Преследуемый (ЛП) - Хирн Кевин - Страница 8

— Оберон никогда не шутит насчет охоты, — ответил я. — Ты еще никогда не охотилась на баранов, подобных пустынным. Погоня за ними — вот это настоящий азарт. Особенно в районе парка Папаго, где острые скалы все только усложняют.

— Почему я ни разу о них не слышала?

Я пожал плечами.

— Это местные животные. Одни из тех, на кого так весело охотиться.

Она откинулась на спинку стула и, напряженно раздумывая, выпила смусси, словно это элексир принятия решений. Она хмурилась, рассматривая низкие ветки мескитового дерева, покачивающиеся на ветру.

Потом, без предупреждения, ее губы растянулись в улыбке и она весело засмеялась. Я бы сказал, захихикала, но это было бы недостойно величества богини.

— Новая дичь! — радостно закричала она. — Ты хоть знаешь, сколько лет прошло с тех пор, как я охотилась на новую дичь?! Века, друид, тысячелетия!

Я поднял свой стакан.

— За новизну.

Все новое очень ценилось среди бессмертных. Она чокнулась своим стаканом с моим, и мы некоторое время сидели, допивая коктейли, пока она не спросила, когда мы можем отправляться.

— Не раньше, чем через пару часов, — ответил я. — Парк закрывается в полночь, и надо дождаться, пока смертные разойдутся по домам.

Флида выгнула бровь.

— И чем же мы займемся до этого, Аттикус?

— Ты же гость. Чем только пожелаешь.

Она оценивающе разглядывала меня, пока я притворялся, что не замечаю, вперив взгляд в мотоцикл, стоящий на дороге.

— Ты в самом расцвете сил, друид.

— Благодарю. Ты же, богиня, прекрасна, как и всегда.

— Мне любопытно, до сих пор ли ты так вынослив, как во времена Фианны или стал мягче со времен появления кельтов?

Я встал и протянул ей правую руку.

— Левая еще заживает после сегодняшней драки. Но, если ты согласишься пройти со мной и помочь в лечении, я обещаю в полной мере удовлетворить твое любопытство.

Уголки ее рта изогнулись вверх, и ее глаза загорелись, когда она положила свою руку в мою и встала. Я продолжал смотреть на нее и не отпускал ладонь, когда мы вернулись в дом и направились в спальню.

Я подумал, к черту этот мотоцикл. Утром я, пожалуй, захочу пробежаться до самого магазина.

Глава 5

Сейчас современные люди, лежа в постели после секса, обычно разговаривают о своем детстве или планируют, куда отправятся в отпуск.

Одна из моих недавних партнерш, милая молодая девушка по имени Джесси с тату феи Тинкер Белл на лопатке (хотя с настоящей феей у этой мультяшки нет ничего общего), хотела обсуждать научно-фантастический сериал Звёздный крейсер «Галактика», как аллегорию на политику Буша во время его президентского срока.

А когда я признался, что ничего не знаю ни о сериале, ни о политической ситуации в Америке, да и не очень-то хочу узнавать, Джесси обозвала меня гребаным сайлоном и пулей выбежала из дома. Надо признать, что, несмотря на растерянность, я в какой-то степени был рад.

Флида же хотела поговорить о древнем мече Мананнана Мак Лира, Фрагарахе, Ответчике. Это напрочь убило интимную атмосферу, и я начал раздражаться.

— Он все еще у тебя? — спросила богиня.

Именно тогда я понял, что ее приход (а может быть и секс тоже) был спланирован только ради ответа на этот вопрос. Низшим феям, напавшим на меня, я соврал, не моргнув глазом, но не уверен, что этот трюк сработает с Флидой.

— Энгус Ог точно так думает, — промямлил я.

— Это не ответ.

— У меня есть причины быть осторожным. Даже подозрительным, не в обиду тебе будет сказано.

Она продолжала непрерывно смотреть на меня где-то минут пять, ожидая, что я расколюсь и признаюсь. На смертных это работает безотказно, но не на друидах. Именно они научили этому, детей богини Даны еще до моего рождения. Так что я молчал, пытаясь не рассмеяться, и ждал, что она сделает дальше.

Я поглаживал ее правую руку с такой же, как у меня татуировкой, позволявшей ей черпать силы из земли просто усилием воли. Потом решил занять себя, пытаясь определить, на что похожи причудливые тени отбрасываемые листвой. Когда она заговорила снова, я успел найти тени дятла, пантеры и Майкла Джордана, забрасывающего мяч в корзину.

— Расскажи мне тогда, как он впервые к тебе попал? — в конце концов, спросила она. — Легендарный Фрагарах, меч, способный разрубить любую броню. В Тир на Ног я слышала несколько версий, но мне интересно услышать ее от тебя самого.

Она опять давила на самолюбие. Думаю, Флида ждала, что я начну хвастать и, в конце концов, проговорюсь, что он у меня в гараже, я продал его на eBay или что-то типа того.

— Ладно. Я украл его в битве при Маг Лене, когда король Ирландии Конн «Сто Битв» был так увлечен планированием нападения на короля Мунстера, Муг Нуадат, что едва замечал с каким именно оружием он идет в бой, — я взмахнул рукой, словно выхватывая меч. — Конн знал, что войско Муг Нуадат превышает его собственное численностью, и шансы победить в честном бою ничтожно малы, поэтому решил напасть ночью, застав их врасплох. Голл Мак Морна и остальные из клана Фианны отказались нападать ночью, говоря что-то о чести, но меня эти вещи не волновали. Я видел, что оставляла после себя война. Быть человеком чести прямой путь к тому, чтобы быть убитым. В 18 веке я долго наблюдал, как многие из британцев лишались головы, пытаясь заставить местное население этого континента подчиняться глупым правилам, которые они устанавливали для своих колоний в Америке.

Флида хмыкнула и снова спросила.

— Так это было до того, как клан Фианны возглавлял Финн Мак Кумал?

— Задолго до. Так или иначе, я незаметно покинул лагерь Фианны и присоединился к Конну в битве. Он прорубал себе путь среди воинов армии Муг Нуадат — то есть, только представь, среди где-то семнадцати тысяч гэлов и двух тысяч испанцев — когда рукоять меча выскользнула из его рук, сплошь покрытых кровью врагов, и Фрагарах буквально упал мне в руки. Конн ничего не заметил в хаосе вокруг, выхватил первый попавшийся меч и стал продвигаться дальше.

Флида снова хмыкнула.

— Я не верю. Он так просто оставил свой меч?

— Точнее будет сказать, уронил, — я поднял правую руку. — Все, что я сказал — чистая правда, клянусь именем своего отца. Я поднял меч, почувствовав магию, струящуюся в нем, и, окутав себя туманом, покинул поля боя, бережно унося свой приз, чтобы никогда более не возвращаться, пока Кормак Мак Арт не встал во главе клана Фианны.

— Неа, просто так ты бы его не унес.

— Ну да, не совсем, — усмехнулся я. — Просто подумал, что короткая версия тебе бы понравилась больше.

Богиня, казалось, серьезно задумалась, понравилась ли ей эта короткая версия.

— Я ценю, что ты не ожидал многого. Это похоже на то, как жертва пытается выжить, действуя продуманно, что только делает охоту еще интереснее. Но я уверенна, что ты сильно сократил свой рассказ. Твоя версия и так уже сильно отличается от тех, что слышала я. Мне нужны подробности.

— Стой. Что ты слышала в Тир на Ног? Что они рассказывают?

— Я слышала, что ты украл меч у Конна хитростью. Кто-то говорит, что ты усыпил его. Другие, что ты тайно поменялся с ним мечом, сделав его иллюзорную копию. Но ты применил не только хитрость, трусливый воришка.

— О, как любезно с твоей стороны. Хорошо, тогда ты должна знать, что я думал обо всем этом к тому моменту, как Фрагарах упал передо мной на поле боя. Что, еще раз повторю, чистая правда.

Битвы ночью — просто сумасшествие. Я даже не всегда был уверен, что дрался против людей из вражеской армии. Их нельзя было отличить друг от друга, если бы не свет блеклой луны, звезд и нескольких далеких костров. К тому времени я уже случайно убил нескольких своих и до жути боялся, что меня ждет такая же участь.

И я думал, что все это опасно, глупо. И, вообще, зачем я это делаю? Какого хрена я тут делаю? А причина была в следующем: Все мы здесь, глубокой ночью, пытались истребить друг друга, потому что у Конна был волшебный меч, который дал ему Луг Ламфада, «Сияющий» из племени богини Даны.