Самая опасная игра - Уибберли Мэри - Страница 29

— Хорошо, спасибо.

Кэтрин допила воду, но все равно жажда осталась неутоленной. Теперь она чувствовала жар и внутри себя, и дело здесь было не только в палящем солнце. Жар этот проникал в каждую клеточку тела. Кэтрин поднялась со стула, и Девлин взял ее за руку. Вокруг было много народа, и для того, чтобы двигаться сквозь толпу, этот жест его выглядел вполне естественно, но Кэтрин словно обожгло или ударило током.

Луиза до сих пор болтала с подругой, но к ним присоединились еще две женщины их возраста. Заметив приближающихся Кэтрин и Девлина, Луиза помахала им рукой.

— Дорогие мои, познакомьтесь с моими подругами… Шанталь, Иветта, Мари.

Все поздоровались за руку, обменялись обычными приветствиями и улыбками. Три пары любопытных глаз оценивающе оглядели Кэтрин и Девлина, особенно Девлина. Кэтрин понятно было это любопытство, и она с трудом сдержала улыбку. Наверняка после их ухода подруги засыплют Луизу вопросами. Ну, ничего, она справится…

Пообещав вернуться через полчаса, Девлин и Кэтрин удалились от оживленной площади и пошли по узкой мощеной улочке, одна сторона которой была заставлена машинами. Многие из магазинов оказались закрытыми, похоже, все отправились на праздник. Их шаги гулко звучали на булыжнике. Сейчас Кэтрин и Девлин шли рядом, на расстоянии двух футов, поскольку не было необходимости пробираться сквозь толпу. Они шагали молча, каждый был погружен в собственные мысли.

Наконец они отыскали открытый магазин. Кэтрин купила кремовую футболку и светло-голубые шорты, довольно короткие, но удобные и прохладные. Прямо в магазине Кэтрин переоделась в шорты и, когда возвращались назад, остановилась перед одной из витрин, оглядела в стекле свое отражение и улыбнулась про себя.

— Чудесно!.. — Кэтрин еще раз оглядела себя с ног до головы. — В них так прохладно!

— Интересно, какое впечатление они произведут на местных жителей, — буркнул Девлин.

— Да здесь почти все ходят в шортах.

Девлин рассмеялся.

— Верно, но не у всех такие длиннющие ноги.

Кэтрин тоже засмеялась. Все это было частью игры, к которой не следовало относиться серьезно. Впрочем, не совсем так, и они оба понимали это. Дальше они шли молча, да и о чем сейчас можно было говорить. Скоро надо будет уходить с праздника и возвращаться в дом Луизы.

А Луиза ждала их, они попрощались с ее подругами и втроем пошли к зданию ратуши, где в тени была припаркована их машина. Часы на башне ратуши показывали почти пять, и Кэтрин с сожалением подумала, что до конца этого чудесного дня осталось чуть более семи часов. Пока они поднимались в машине на холм, Кэтрин раскрыла пакет, в котором лежали ее джинсы, новая футболка и плюшевый медвежонок. Она сидела позади Луизы, которая разговаривала с Девлином. Кэтрин подумала, что через пару часов они поужинают, потом поболтают, а затем она пойдет спать, не слишком рано и не слишком поздно, потому что долгое пребывание на солнце утомляет… Девлин, наверное, будет допоздна разговаривать с хозяйкой, а может, и нет.

— Кэтрин, как ты себя чувствуешь? — прервал ее мысли голос Луизы.

— Прекрасно, мадам. Праздник действительно получился чудесным, мне очень понравилось.

— Вот и хорошо. А то ты была такой подавленной…

— Я просто размышляла обо всем том, что произошло.

На секунду Кэтрин поймала в зеркале заднего вида взгляд Девлина. Но он не улыбнулся ей.

Время уже перевалило за одиннадцать. Они поужинали, а потом, как и предполагала Кэтрин, сидели и разговаривали. Коснулись массы тем, но только не той причины, по которой они с Девлином оказались здесь. Этот разговор отложили на утро.

— Дорогая, ты выглядишь устало, — ласковым тоном обратилась Луиза к Кэтрин.

— А я действительно устала, — согласилась Кэтрин. — Вы извините меня?

Они так и сидели в столовой, после того как в восемь поужинали и выпили вина. До ужина Кэтрин успела посмотреть все картины Луизы, написанные за последние два года, и они ей понравились. Пейзажи, портреты друзей, животные, интерьеры дома. Писала Луиза в простой манере, картины ее были нежными, но вместе с тем красочными.

Девлин держал себя уважительно с обеими женщинами, был любезен, шутил, и все же большую часть времени его взгляд задерживался на Кэтрин. И они оба осознавали это. С самого утра между ними возникла какая-то неуловимая связь, и сейчас она продолжалась. Эту связь нельзя было объяснить словами, она таилась где-то в глубине души и все же связывала их неразрывной нитью.

Кэтрин обратила внимание на то, что Девлин тщательно старался не дотрагиваться до нее. Интересно, заметила ли Луиза, как бьется жилка у нее на шее или как был напряжен Девлин, когда передавал ей соль, хлеб, вино, стараясь даже мельком не коснуться ее руки? Как будто боялся, что от малейшего прикосновения возникнет нечто вроде электрического разряда, который сотрясет их обоих.

Девлин тоже встал из-за стола, когда Кэтрин поднялась со стула, подошла к Луизе и поцеловала ее в щеку.

— Спасибо за все, — поблагодарила она. — Спокойной ночи, мадам!

— Спокойной ночи, Кэтрин!..

Девлин распахнул перед ней дверь столовой и тоже пожелал спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Девлин!.. — ответила она и стала медленно подниматься по лестнице наверх, а разговор в столовой возобновился.

Войдя в спальню, Кэтрин включила ночник, закрыла ставни и направилась в ванную, где приняла душ и постирала нижнее белье и голубую футболку. Перед тем как вернуться в спальню, Кэтрин оглядела себя в зеркало. Она слегка загорела, на носу появилось несколько веснушек. Потом сняла повязку с обожженной руки. Все уже зажило, осталось лишь розовое пятнышко.

Накинув на голое тело вместо халата куртку, Кэтрин подошла к окну и снова раскрыла ставни. Несколько минут она стояла у окна, любуясь бледным лунным светом, а затем подошла к кровати и юркнула под прохладную, пахнущую лавандой простыню. Девлин оказался прав, с наступлением темноты пришла прохлада. Да, день был чудесным. Кэтрин повернулась на спину и выключила ночник, бледный, серебристый лунный свет залил комнату, прочертив дорожку на полу. Спать не хотелось, Кэтрин лежала и смотрела на дверь.

Через несколько минут она услышала шаги Девлина, поднимавшегося по лестнице, затем хлопнула дверь ванной. Кэтрин бросило в жар, разлившееся по телу тепло было почти болезненным. Прислушиваясь к звуку воды в ванной, Кэтрин представила себе, как Девлин стоит под душем и намыливает тело. Кровь в висках застучала так сильно, что, казалось, этот стук был даже слышен в комнате. Дотронувшись до груди, Кэтрин почувствовала, как ноют набухшие соски, в голове всплыли такие картины, что ей стало трудно дышать.

Шум воды в ванной прекратился, и наступила тишина. Кэтрин бессознательно начала считать секунды, и каждая цифра звучала в ее голове, как удар барабана. Сорок одна, сорок две, сорок три… тишина. И тут раздался стук в дверь ее спальни. Но сердце Кэтрин билось так громко, что поначалу она даже не услышала его. Стук повторился.

— Войдите, — промолвила Кэтрин.

Дверь медленно открылась, и в спальню вошел Девлин.

ГЛАВА 8

— Кэтрин, я принес ваш бумажник.

— Ой, а я совсем забыла про него. — Кэтрин похлопала ладонью по краю кровати. Девлин казался призраком, бледной тенью в лучах серебристого лунного света, заливавшего комнату, но Кэтрин смогла разглядеть, что он одет в халат. — Садитесь, Девлин. — Он протянул ей бумажник, который Кэтрин положила на прикроватную тумбочку. — Спасибо. Я так рада, что мы сегодня побывали на празднике, мне он очень понравился.

В голове Кэтрин вихрем закружились мысли: а вдруг Девлин слышит ее сердцебиение, ощущает ли он те невидимые флюиды, которые витают в воздухе, от чего ей трудно дышать? Чувствует ли он все это?.. Внезапно она поняла — да, чувствует.

Девлин присел на краешек кровати, но не слишком близко к Кэтрин.

— Нам нужен был отдых… обоим, — тихим голосом произнес Девлин.