Самая опасная игра - Уибберли Мэри - Страница 58

Луиза, понимая их состояние, поднялась из-за стола.

— Пойдем, Кэтрин, нам пора заняться обедом.

Она отправилась на кухню, а Кэтрин последовала за ней. Слезы душили ее. Уже в кухне Кэтрин сообщила Луизе:

— Я не хочу возвращаться в свой дом, с ним связано слишком много воспоминаний.

Луиза с нежностью посмотрела на нее.

— Ну и не возвращайся. Можешь пожить у меня. А как только Девлин сообщит нам, что все опасности позади, ты позвонишь своему агенту, попросишь, чтобы работу тебе присылали сюда, и работай, пока не будешь готова вернуться в Англию. А если и Джон пожелает сюда вернуться… — Луиза замолчала, на лице ее появилась лучезарная улыбка. — Это будет просто чудесно!..

— Мы не можем надоедать…

— О чем ты говоришь? Что значит надоедать? Ты привнесла в мою жизнь свет, молодость и красоту… И еще ты должна знать, что мне очень нравится твой отец.

— Вы ему тоже очень нравитесь, — с улыбкой заверила Кэтрин. — Спасибо, мне действительно по душе такой вариант. — Она поцеловала Луизу в щеку. — Мне стало легче от ваших слов. — Кэтрин помолчала. — Они завтра уедут. Девлин завтра уезжает.

— Оно и к лучшему. Тебе надо забыть его. Хотя это и не легко.

— Да, я знаю. — В глазах Кэтрин сверкали невыплаканные слезы, она посмотрела на Луизу. — Я уже совершила одну ошибку, влюбившись в Джеффа. Второй ошибки не будет.

Джон вернулся во Францию через две недели, чтобы закончить свое лечение в доме Луизы. Во время его отсутствия они с Кэтрин почти каждый день общались по телефону, а в день возвращения Джон сообщил, что им больше не угрожает никакая слежка, они могут поехать куда угодно, делать что угодно, но это пока все, что он может сообщить. И Кэтрин не стала приставать с расспросами.

Она не сидела без дела: навела порядок в доме, где жил отец, познакомилась с почтальоном Жаном, который сыграл важную роль в установлении местонахождения ее отца. Наблюдая за Жаном и отцом, сидевшими в кафе возле почты, Кэтрин подумала: ты помог Девлину найти моего отца, но даже не подозреваешь об этом. На прощание она наградила Жана сердечным поцелуем.

Кэтрин позвонила своему агенту в Лондон и получила от нее не только незавершенную работу, но и кучу новой, так что у нее теперь просто не было времени думать о Девлине… В течение дня, во всяком случае. Но со своими снами она ничего поделать не могла. Они были такими явственными и волнующими, и в каждом из них присутствовал Девлин. Кэтрин понимала, что с его отъездом что-то оборвалось в ее жизни, а в сердце поселилась печаль, которую невозможно было прогнать.

Все более очевидным становилось то, что Луиза и Джон постепенно влюбляются друг в друга, и, хотя Кэтрин это только радовало, любовь эта почему-то еще больше усугубляла ее печаль. Кэтрин взяла напрокат компьютер, закончила перевод одной книги, перевела половину следующей и тут как-то вечером внезапно поняла, что ей надо уехать.

А за несколько дней до этого она ответила на телефонный звонок, потому что Луизы и Джона не было дома, и услышала голос Девлина. Но он звонил не ей, а Джону, и это моментально стало ясно. Кэтрин почувствовала, как при звуке его голоса у нее учащенно забилось сердце. Их разделяло множество миль, но голос Девлина звучал так четко, словно он находился в соседней комнате. Кэтрин трудно было говорить, но она изо всех сил старалась, чтобы Девлин не заметил этого. Он поинтересовался, как у нее дела, как Луиза, и у Кэтрин создалось впечатление, что для него этот разговор всего лишь вежливая болтовня с малознакомым человеком. Просто трубку снял не тот, кому он звонил, и неудобно было сразу прерваться. В конце Девлин сообщил, что у него важное дело к Джону. Кэтрин пообещала все передать отцу, когда он вернется, попрощалась и положила трубку.

Потом она еще несколько минут стояла возле телефона. Голос Девлина продолжал звучать в ее голове… И в сердце. Вот тогда, наверное, у нее и закралась мысль, что во Франции ей больше делать нечего, и если она хочет начать новую жизнь, то надо возвращаться в Англию.

Да, надо вернуться в Йоркшир и снова стать самой собой. Кэтрин позвонила старой школьной подруге Кристине, которая работала учительницей в Йорке, и попросила подыскать и снять для нее коттедж где-нибудь поблизости. Подругу очень обрадовал ее звонок, она сначала отругала Кэтрин за то, что та неожиданно пропала и так долго не давала знать о себе, а потом предложила пожить у нее.

— И не вздумай снимать коттедж, чтобы я больше не слышала такой чепухи.

Кэтрин заверила Кристину, что скоро приедет к ней, положила трубку и почувствовала, что у нее на сердце стало легче. Кристина очень добрая, у нее потрясающее чувство юмора, много друзей. Пожалуй, пора и мне обзаводиться новыми друзьями, подумала Кэтрин.

Стоял август, самое жаркое время в Провансе, и это несколько сглаживало боль от расставания с Луизой и отцом, который быстро поправлялся и набирал вес. Джон пообещал дочери, что скоро навестит ее, а пока они с Луизой были заняты тем, что писали письма и звонили тем, кто помогал Джону пробраться во Францию: отцу Патрику О'Доннеллу, его сестре, которая жила в Западной Ирландии. В ее доме Джон скрывался несколько недель после того, как Патрику удалось тайком вывезти его на теплоходе из Бразилии, она же сопровождала Джона во Францию, помогла ему найти коттедж в окрестностях Фаенса. Сестра Патрика пообещала Джону и Луизе, что скоро приедет к ним в гости, а они заверили, что ее ожидает королевский прием.

Джон и Луиза проводили Кэтрин в аэропорт Ниццы, где и распрощались со слезами на глазах. Из Ниццы Кэтрин вылетела в Лондон, а оттуда в Лидс, где ее встретила Кристина и отвезла к себе домой. У Кристины Кэтрин прожила две недели, а потом присмотрела себе уютный коттедж, который и сняла. Вдвоем с Кристиной они съездили в Готтэм. Кэтрин забрала свою машину, собрала вещи и покинула дом, из которого Девлин увел ее в ту роковую ночь. Потом они с отцом продадут этот дом, и уже больше ничто не будет напоминать ей о Девлине.

И началась ее новая жизнь. Кристина вытаскивала Кэтрин на вечеринки, привлекла к работе любительского театра, и та, к своему удивлению, обнаружила, что снова начинает радоваться жизни. Девлин постоянно присутствовал в ее мыслях, в ее снах, с этим она ничего не могла поделать, и все же чувства к нему, похоже, начали потихоньку ослабевать.

Август перешел в сентябрь, потом пришел октябрь. И, проснувшись однажды утром, Кэтрин вспомнила свои сны этой ночью… Но в них не было Девлина. Наверное, она наконец-то освободилась от него.

В середине октября темным, холодным и дождливым вечером Кэтрин возвращалась домой. Остановив машину сбоку от дома, она взглянула на окна гостиной, свет лампы за плотно закрытыми шторами, которую она всегда оставляла включенной, как бы приглашал в тепло и уют. Кэтрин устала после репетиции любительского театра, — премьера должна была состояться на следующей неделе, — и сейчас мечтала о том, как приготовит себе коктейль…

Войдя в дом, Кэтрин зажгла свет в холле и замерла. Ей показалось, что даже сердце остановилось на несколько секунд. На ковре в центре холла лежала карточка с единственным написанным на ней словом: «Девлин».

— Боже мой! — прошептала Кэтрин, и в этот момент из гостиной вышел Девлин.

На этот раз он не был одет во все черное, как в ту памятную ночь в подвале ее дома, на нем были джинсы и темно-синий пуловер. Он подошел к побледневшей, дрожавшей Кэтрин.

— Я скучал без тебя.

— А как… как ты?..

— Как я попал в дом? — закончил он за нее. Девлин показал Кэтрин связку отмычек. — С помощью этого. Правда, пришлось пару минут повозиться с сигнализацией. — Он улыбнулся. — Обычно в качестве кода все используют дату своего рождения. Совсем не оригинально.

Кэтрин посмотрела на Девлина и внезапно почувствовала удивительное спокойствие. Они расстались три месяца назад, она больше не любит его, если вообще когда-то любила.