Крепче цепей - Смит Шервуд - Страница 99

Он пытался осмыслить множественность их восприятия, и это, как всегда, нарушало его внутреннее равновесие. Посматривая на свою спутницу, такого же человека, как он, Мандериан спрашивал себя, как же ей это удалось — и расскажет ли она когда-нибудь о том, что узнала.

Когда они вышли из транстуба, из-за угла вдруг выскочил Ивард и бросился к ним.

— Критическое время, — выдохнул он. — Мы...

В этот момент по кораблю прошла вибрация, извещающая о переходе на режим реального времени. Ивард открыл было рот, но Вийя опередила его, сказав спокойно:

— Это ненадолго, чтобы они могли связаться с монитором.

Так и оказалось: на пути в классную Мандериан ощутил внутреннюю дрожь — они снова вошли в скачок. Ивард взахлеб делился своими впечатлениями о размерах мостика, о флотской форме, о Нг и ее команде. Мандериан поддакивал, не слушая его: гностора сейчас куда больше занимало наблюдение за своими спутниками.

Они прошли мимо рядов пустых пультов к удобным мягким сиденьям перед огромным экраном. Ивард, перескочив через спинку дивана, устроился рядом с троицей келли, которые тихо заухали, гипнотически поводя своими шейными отростками.

Мандериан испытал нечто среднее между заинтригованностью и тревогой, увидев, как эйя ответили им с помощью пальцев, подражая их движениям. Обе группы успешно разрабатывали собственную сигнальную систему.

Вийя тем временем села, по-прежнему не говоря ни слова. Мандериан посмотрел, как эйя устроились рядом и внезапно замерли, уставившись на экран. Ивард прислонился к связующей Келли, рассеянно поглаживая ее ленты, а келли гладили его шейными отростками.

Мандериан взглянул на экран как раз вовремя, чтобы ощутить третий и еще более мощный толчок реакции: Эренарх, стоящий позади капитана, мельком посмотрел на имиджер и тут же отвел глаза.

Это было столь мимолетное движение, что Мандериан едва не упустил его, а на мостике наверняка и вовсе никто не заметил. Но Эренарх явно дал понять: он знает, что за ним наблюдают.

«Он знает, что мы здесь. То есть не мы, а Вийя», — поправил себя Мандериан и от души пожалел, что здесь нет Элоатри, с которой он мог бы это обсудить.

Он одинок, и все размышления придется отложить на потом.

Корабль снова вышел из скачка.

Дверь в рекреацию зашипела, и все разговоры смолкли. Люфус Капнифер у автомата забыл о горячей чашке кафа, которую держал в руке, увидев на пороге Моррийона. Бори, оглядевшись, вошел в комнату легкой, слегка шаркающей походкой и молча сел за стол в середине.

Рифтеры, бормоча извинения и стараясь не встречаться взглядом с помощником Анариса, поспешно ретировались.

Люфус хотел последовать за остальными, но Моррийон задержал его у двери, сказав:

— Люфус Каннифер, останься. — Его ровный голос говорил о том, что он уверен в повиновении.

Люфуса проняла дрожь. «Он знает, что никто не посмеет перечить ему после того, что они сделали с Хестиком и Согом».

— И вы тоже, Нисах Ан-Жайван. Подойдите сюда. — Женщина двинулась к нему через комнату, а все прочие, кто еще оставался, хлынули вон, напирая на механика Оглторпа Баггула, который замешкался в дверях. Моррийон и его поманил к себе.

— Тебе доверена особая честь, — сказал Моррийон Люфусу. — Ты поведешь шаттл, который доставит Панарха и остатки его Малого Совета на Геенну. Это твой экипаж, — показал он на двух остальных, — не считая трех тарканцев. Шаттл возьмешь в ангаре правого борта. Мы выйдем на орбиту примерно через четыре часа, после чего вы отчалите.

Моррийон встал и вышел, не оглядываясь.

Трое рифтеров переглянулись, и Каннифер расплылся в ухмылке, охваченный восторгом. «Вот он, случай, которого я ждал всю жизнь!»

— Чего-чего?! — воскликнула Нисах. Ее визгливый голос действовал Канниферу на нервы.

— Этот уродец только что вручил нам билет с «Самеди» и корабль в придачу. — Каннифер радостно потер руки. — Можете себе представить, сколько мы получим на Рифтхавене за съемку того, как толпа изолятов разрывает Панарха на куски?

У Нисах отвалилась челюсть, а в глазах появился расчет.

— Думаешь, они малость с ним позабавятся?

— То ли до того, как убьют, — Багтул облизнул свои мокрые губы, — то ли после.

Каннифер скривился. Он видел порночипы из коллекции Багтула — сам он предпочитал живых партнеров. Он пожал плечами.

— Тем больше солнц мы загребем.

— А нам эти гееннцы не опасны? — нахмурился Багтул.

— Не-е, — презрительно протянула Нисах. — В информации о системе ФФ сказано, что у них там нет металла, кроме как в том большом кратере — у них не может быть оружия, о котором бы стоило беспокоиться. Одни копья да камни, небось. Щиты это запросто выдержат.

— Представляете, как Панарху всадят кой-куда каменный наконечник? — захлебнулся Багтул, забыв о своем страхе.

Какое-то время все молчали. Каннифер догадывался, что они, как и он, подсчитывают будущие прибыли. Только придется остаться на планете сколько понадобится, чтобы изоляты успели обнаружить чистюль.

— Багги, помнишь твой чип, где чистюльские сучки оказались на астероиде? — Говоря это, Каннифер дотронулся до носа и уха, намекая этим универсальным жестом на возможные жучки.

— Ну? — недоуменно отозвался механик.

— А помнишь, почему так вышло? — В видеофильме механик повредил двигатели, чтобы воспользоваться бедственным состоянием своих жертв.

— Ну, — помолчав, ответил Багтул.

— Хреново это — такая поломка. Но на имиджеры она не влияет.

— Угу. — В голосе механика появилось понимание. — Классная была история. В следующий раз, как буду на Рифтхавене, спрошу старого Скроггера, нет ли у него чего-то в этом роде.

— Вот-вот. — Каннифер повернулся к Нисах. — Смотришь такое, и прямо отрываться не хочется.

На ее лице тоже забрезжило понимание.

— Клево, — медленно проговорила она. — Прямо обалденно. Надо, пожалуй, пойти в шаттл, проверить системы. Там придется немного потрудиться, если я правильно понимаю.

Каннифер кивнул, и все трое вышли. Он прямо-таки видел перед собой груды будущих солнц.

Эммет Быстрорук расхаживал по своей каюте, нервно покусывая мякоть большого пальца. Он сознавал, что надо бы поспать — до Геенны оставалось меньше четырех часов, — но не мог. Он точно занюхал целый стручок флигианского снежного чеснока — нервы вибрировали, словно двигатель при перегрузке.

Оказавшись у пульта, он нажал несколько клавишей, но тут же стер команду, не закончив ее. «Если я буду все время прерывать Тат, она никогда не добьется толку». Его бесила такая зависимость от маленьких бори, но это лучше, чем положиться на милость другого бори, секретаря Анариса.

Он еще немного повозился с тианьги, но потом решил, что дальнейшее усиление транквилизирующих запахов превратит его в зомби. Посмотрел, что делается на мостике: система стала еще более замусоренной. Модель системы ФФ, полученная им из МинерваНета, показывала, что это происходит из-за астероидов, влекомых в Узел газовыми гигантами системы и перемалываемых там в гравий и пыль. «То же самое ждет и „Самеди“, если мы не будем бдительны». Но пока что сканирование Моб говорило, что Узел вроде бы не реагирует на их присутствие.

Хорошо и то, что крейсера поблизости не видно. Хотя как знать. Система такая грязная, что даже такой большой корабль можно не обнаружить, пока он не подойдет совсем близко.

Быстрорук отошел от пульта. Может, панархисты еще ничего и не знают. Он надеялся на это. За последние часы он несколько раз тренировался с моделью ФФ и готов был повторить это, но он с болезненной ясностью сознавал, что с капитаном, который эту самую модель проходил в Академии, ему не тягаться.

Он вздрогнул, когда зазвонил вестник. В глазок он увидел бесформенную фигуру Моррийона, и гнев с новой силой вспыхнул в нем, когда он понял, что бори всегда знает, где он находится, — иначе бы тот пришел на мостик, а не в каюту. А вахтенные не сказали бы бори, где он есть, не предупредив сначала капитана.