Словарь афоризмов русских писателей - Тихонов Александр Николаевич - Страница 106

Мы забыли бояться молнии, грома и ливня — подобно капле морской, которая не боится ведь урагана. Мы стали ничтожной и благодарной частицей этого мира.

Народ умен — да жить хочет. У больших народов такой закон: все пережить и остаться!

Научные исследования? Только те, которые не пойдут в ущерб нравственности — в первую очередь, самих исследователей.

Нельзя быть таким слишком практичным, чтобы судить по результатам, — человечнее судить по намерениям.

Носить в себе талант, еще не прогремевший, распирающий тебя, — мука и долг, умирать же с ним — еще не вспыхнувшим, не разрядившимся, — гораздо трагичней, чем простому обычному человеку…

Одиннадцать веков стоит Русь, много знала врагов и много вела войн. А — предателей много было на Руси? Толпы предателей вышли из нее? Как будто нет. Как будто и враги не обвиняли русский характер в предательстве, в переметничестве, в неверности.

Одна из утомительных необходимостей человечества — та, что люди не могут освежить себя в середине жизни, круто сменив род занятий.

Почему вообще вы берете себе право решать за другого человека? Ведь это — страшное право, оно редко ведет к добру. Бойтесь его!

Раз и навсегда никто на земле ничего сказать не может. Потому что тогда остановилась бы жизнь. И всем последующим поколениям нечего было бы говорить.

Революция бывает торопливо-великодушна. Она от многого спешит отказаться.

Сердце сжать — и не верить! Ничего не ждать от будущего — лучшего! То, что есть — будь рад тому! Вечно — так вечно.

Слишком менялось представление о счастье в веках, чтобы осмеливаться подготовлять его заранее. Каблуками давя белые буханки и захлебываясь молоком — мы совсем не будем счастливы. А делясь недостающим — уже сегодня будем!

Страшно подумать: так и наши нескладные гиблые жизни, все взрывы нашего несогласия, стоны расстрелянных и слезы жен — все это тоже забудется начисто? Все это тоже даст законченную вечную красоту?

Топнуть ногой и крикнуть «мое!» — самый простой путь. Неизмеримо трудней произнести: «кто хочет жить — живите!»

Человечество почти лишено познания безэмоционального, бесчувственного. В том, что человек разглядел как дурное, он почти не может заставить себя видеть также и хорошее.

Это — трусливое и спасительное чувство человека: представлять себя еще не самым плохим и не в самом плохом положении.

Это тоже закон неизученный — закон общего взлета массового чувства, вопреки всякому разуму.

Ясное старение — это путь не вниз, а вверх.

Только не пошли, Бог, старости в нищете и холоде.

СОЛОВЬЕВ ВЛАДИМИР СЕРГЕЕВИЧ

Нравственная обязанность настоящего патриота — служить народу в человечестве и человечеству в народе.

Совесть — это социальный стыд, а стыд — это природная совесть.

Справедливость в нравственном смысле есть некоторое самоограничение, ограничение своих притязаний в пользу чужих прав; справедливость является, таким образом, некоторым пожертвованием, самоотрицанием.

Справедливость не есть простое равенство, а равенство в исполнении должного.

Ум, одолевший собственные сомнения, не делает сердце равнодушным к чужим заблуждениям.

Человек должен быть нравственным свободно, а для этого нужно, чтобы ему была предоставлена и некоторая свобода быть безнравственным.

Чтобы должным образом осуществлять благо, необходимо знать истину, для того, чтобы делать, что должно, надо знать, что есть.

СОЛОУХИН ВЛАДИМИР АЛЕКСЕЕВИЧ

Банально, но все-таки, если прислушаться, самый зловещий из всех земных звуков — тиканье часов.

Безграничное доверие может стать угнетающим, превратиться в обузу. Его ведь нужно оправдывать. Его неудобно потерять.

Всякое искусство есть диалог между художником и публикой.

Высшее счастье человека, хотя это и банально, в принесении радости другим людям.

Гений — завершающий штрих, шпиль на здании культуры народов или целой цивилизации. Естественно, что шпиль не может повисать в воздухе, он опирается на здание, покоится на прочном плане культуры, на многовековом основании.

Говорят, что каждую секунду на земле рождается человек и умирает человек. Да, но умирают очень часто наши знакомые и даже друзья, рождаются же совсем неизвестные для нас люди.

Если наука есть память ума, то искусство есть память чувств.

Записная книжка — протез памяти.

Имеющий в руках цветы Плохого совершить не может.

Искусство — как поиски алмазов. Ищут сто человек, а находит один. Но этот один никогда не нашел бы алмаза, если бы рядом искало сто человек.