Мой мир - Маяков Александр Викторович "Alex Shostatsky" - Страница 35

Хельга, подруга Ингвара в этих местах, служит в сагбрудской полиции. Не самое подходящие место для молодой красивой девушки, но ей это нравится. Когда-то её родители познакомились здесь. Но тогда уже настали тягостные времена, и через месяц после рождения Хельги семья перебралась в Осло. С тех пор прошло двадцать пять лет. Хельга выросла, стала полицейской наперекор родителям и отправилась служить в тихий городок. В конфликте с родителями Сагбрук сыграл ключевую роль. Или их дочь будет ловить убийц и маньяков в столице или же, по сути, отсиживать службу в тихом местечке. А местечко было действительно тихим. Население еле-еле перевалило за две тысячи, плюс две-три сотни туристов. Кражи, тем более убийства, здесь довольно редкое явление. Так что полицейских здесь всего трое. Хельга и два разваливающихся раритета, которые целыми днями режутся в карты. Поэтому в участке Хельга появляется крайне редко, предпочитая работать в «поле». Иногда работа в поле заносит её к Ингвару. И тогда стервозная блондинка превращается в ласковую и нежную кошку. Так получилось, что только Ингвару приглянулась эта девушка в полицейской форме. Нет, у неё были поклонники и до лесника, но дело в другом. Когда Хельге было пятнадцать и её тело стало привлекать представителей противоположного пола, ей на глаза попался один каталог. Это была небольшая брошюра из секс-шопа, показанная на досуге одной подругой. Подруга Хельги фантазировала на тему фаллоимитаторов, но Хельге это было не интересно, так как лишаться девственности не входило в её планы. А вот раздел костюмов её заинтересовал. Точнее, одно фото из него. На фото была изображена женщина с хищным взглядом и гордо поднятым подбородком. На женщине был кожаный обтягивающий топ с декольте и полицейским жетоном. На бедрах еле держались кожаные шорты, а на ногах были надеты внушительные ботфорты. Голову венчала многоугольная фуражка полицейского. Надпись под фото гласила: «Не один мужчина не устоит перед властью закона!» Фраза простая и банальная, но на Хельгу произвела колоссальное впечатление. Она так и видела себя в полицейской форме, сводящей с ума всех мужчин. Она грезила эротическими допросами по ночам и решила пойти служить в полицию.

Мама с папой были в шоке. Умница и красавица Хельга решила всю жизнь возиться с подонками и ублюдками. Но Хельга так красиво и ярко рассуждала о долге и справедливости, что родители сдались. Да и, как уже говорилось, упоминание города юности родителей сыграло не малую роль. Хельга не была дурой и не собиралась вести допросы с маньяками и серийными убийцами. Её цель была другая, покорять мужчин своей красотой и подчинять силой мундира. Но здесь её ждало разочарование. Мужчины видели в ней, в первую очередь, полицейскую и форма только мешала. А в гражданской одежде… такие отношения её не устраивали. Именно полицейский фетиш нужен был Хельге. И она нашла его в Ингваре.

Ингвару, как раз, нравились женщины в форме. От них веяло какой-то неприступностью, вызывающей желание покорить. И в один момент, Хельга и Ингвар встретились. Она просто приехала к новому леснику, как и положено полицейскому. Так уж сложилось, что полиции и леснику иногда приходится сотрудничать. Хельга знала, что встретит отставного солдата, но что он будет молодым, не рассчитывала. В тот день у неё было скверное настроение. Она представляла встречу со старым воякой, который из вежливости пригласит её на чай. А она, сославшись на неотложность дел, откажется. Все ограничится знакомством и вежливым обменом улыбками. Но перед ней предстал Ингвар. Долгая дорога, новое место, молодой мужчина был перед ней в небритом и слегка взлохмаченном виде. Но это только подлило масло в огонь либидо Хельги. Именно таких мужчин она соблазняла в своих эротических фантазиях. Сердце девушки трепетало. Она была в шаге от реализации своей безумной мечты.

Представить себе состояние Ингвара было сложно. Надо было просто поставить себя на его место. Конечно, в отличие от Хельги, он не раз удовлетворял свой фетиш, но ему, как любому человеку с определенными наклонностями, этого было мало. Это как запретный плод, вкусив раз, хочется еще и еще. И этот плод, созревший плод, был перед ним.

Стандартная процедура вежливости, включающая в себя чаепитие, и… той ночью их мечты сбылись.

Их отношения длятся уже почти год. Они видятся пару раз в неделю. Либо он едет к ней, либо она к нему. Они не собираются жить вместе и проделывать это каждый день. Это бы сделало их влечение обыденным, а они этого не желают. Пусть и короткая, но разлука придает некой остроты их встречам. Накопившаяся страсть вырывается на свободу, давая всю волю их фантазиям.

Свободные отношения. У них есть всего пару ночей в неделю, но это их ночи. И знаете, они не пользуются свободой. Ни Ингвар, ни Хельга не пытаются найти еще кого-нибудь на стороне. Конечно, Хельгу раздражает, когда Ингвар начинает при ней флиртовать с этой толстухой Уной. Да, по сравнения с Хельгой, Уна, продавщица небольшого магазинчика, где предпочитает отовариваться Ингвар, была пышкой. До форм времен Ренессанса ей далеко, но и до осиной талии Хельги столько же. Но бесила Хельгу вовсе не талия. Из-за особенностей фигуры, грудь Уны была на пару размеров больше. И поэтому Хельга ревновала. Но и она была хороша! Сама девушка не упускала возможности отомстить Ингвару, пококетничав с барменом местной забегаловки Фростом. Это такая игра. Ингвар заигрывает с Уной, дразня Хельгу. А Хельга заигрывает с Фростом, дразня Ингвара. Только Ингвар, в отличие от Хельги, не воспринимает эти игры в ревность всерьез. Все равно это часть их прелюдии.

* * *

- Алло.

- Ингвар?

- Ингрид?

- Сколько раз говорила, не называй меня по имени!

- Хорошо, мама.

- Так лучше.

- Что-то случилось?

- А что, я не могу позвонить своему сыну просто так? Обязательно что-то должно произойти?

- Нет, просто ты так просто не звонишь.

- Хотела узнать, когда ты собираешься домой возвращаться.

- Я и так дома.

- Ингвар! То твой дом казарма, то лес какой-то! Тебе тридцать лет!

- Двадцать девять.

- Не паясничай! Я тебя рожала! И я хочу внуков!

- Мама! Ну, хватит!

- Не хватит! Ингвар, подумай о нас! Хватит рисковать жизнью. То армия, то лесничество. Не дай Бог, с тобой что-то случится!

- Хорошо, мама, я подумаю над этим.

- Где ты там подумаешь? Уже как Маугли! Скоро на волчице женишься.

- Нет, есть у меня вариант. Человеческий.

- Да? И кто она? Из приличной семьи?

- Она из Осло.

- То, что она из Осло, не гарантирует, что она из приличной семьи.

- Она служит в полиции.

- То, что она служит в полиции, не гарантирует, что она из приличной семьи.

- Я… я люблю её и мне плевать из какой она семьи.

- Почему так не уверенно?

- Уверенно!

- Ну ладно. Надеюсь, вы…

- Мама!

- Хорошо, хорошо. Не буду давить. Всего доброго.

- И тебе.

* * *

- Моди, что за сказки ты нам тут рассказываешь? – Громко произнес Бруни.

- Тише, придурок, - зашипел на собеседника тот, кого назвали Моди. Двое других собеседников молча наблюдали за перепалкой. Кроме них в баре почти никого не было. Оно и понятно, время-то обеденное. Туристы сейчас либо гуляют по лесу с Ингваром, либо шарятся по музею и лесопилке. В баре они появятся не раньше вечера. Поэтому осторожность не помешает. Хоть бармен и занят беседой с каким-то стариком у стойки, отголосок разговора охотников мог долететь и до него. А «охотники» этого не хотели. Так как они… браконьеры. Один из господ не бедных, что ранее уже упоминались, заказал им добыть голову огромного волка с алыми глазами и человеческим взглядом.

- Чего ты орешь? – Воровски оглянулся Моди.

- Но это бред, Моди. – Настаивал на своем Бруни.

- Заказчик хочет, - выпуская клубок сигаретного дыма, начал рассуждать Моди, - заказчик платит, мы выполняем.

В этой компании Моди был авторитетом и не Вермунд, не Эйнар не могли ему перечить. У Бруни были привилегии. Как ни странно, но этот рыжий высокий парень приходился Моди родным братом. Моди был почти на две головы ниже Бруни. Его черные волосы были коротко стрижены, да и бриться он предпочитал крайне редко. Вообще, Моди внешне напоминал Ингвара. Фрост даже принял его за лесника. Хотел крикнуть: «Эй, Ингвар, ты чего забыл здесь в столь ранний час да еще без Хельги?!», но присмотревшись, не решился. А вот Свейн, завсегдатай бара, принял заезжего за лесника. Ну, старику это простительно.