Вопреки. Том 3 (СИ) - Бэй Анна - Страница 24

Лорд Блэквелл. Был великим дальновидным стратегом, целенаправленно идущим по тропе войны. Остался таким же безупречным, но... пошёл другим путём, ведущим к самоубийству.

Он назвал меня Путеводной Звездой.

- Зачем вы идёте за мной? - спросила я то, что внезапно мелькнуло в моей голове в память о примере Квин. Она говорила, что освещает мой путь, но я делаю шаг и веду за собой.

- Алиса... - тихо сказал Хозяин, - Я иду в темноте на ощупь. Я рождён Квинтэссенцией, поэтому всегда ориентировался в этой темноте лучше других: у меня хорошая интуиция, хорошее осязание, обоняние, но я всё же слеп, ведь та Квинтэссенция, к которой привык я ещё в утробе матери была значительно слабее, чем-то, с чем я сталкиваюсь сейчас.

- Стоп. Вы - прирождённый стратег, ваши таланты не зависят от Пятой Стихии. То, что вызывает у меня самовозгорание мозга, для вас как дважды два.

- Я могу просчитать развитие событий, предугадать поведение людей за долго до того, как они примут решение. Люди принюхиваются к пище в порыве попробовать её на вкус, а я её уже попробовал, переживал, переварил и... в общем ты поняла. Это просто, когда дело касается людей, их трусости и алчности. В геополитике я ориентируюсь без чьей-либо подсказки, ведь вся она - плод деятельности человека. Но мы говорим о магии, о воле случая, о том, от чего никто не застрахован. Сегодня я еду на коне с флагом по земле побеждённого противника с чёткой уверенностью в завтрашнем дне, ведь просчитал всё с погрешностью до доли секунды, но завтра так и не настанет, потому что внезапно давлюсь карамельной, которую в этот момент держу за щекой.

Образно, ёмко. Мне и вправду приходят неосознанные решения, оглашение которых кажутся нелепыми до поры до времени. Как сегодня с Марком, когда я говорила странные вещи, но мне они казались такими... реальными! А предчувствие перед битвой за Мордвин?

Снова пауза, после которой голос Хозяина продолжил излагать мысли.

- Когда отказывает один орган чувств, все другие обостряются, но ты слепишь, освящая те пути, которых я даже не знал.

- То есть "эпическое самоубийство" - дорога, проложенная мною? - мой голос прозвучал хрипло, потому что это было больно осознавать, но Хозяин почему-то засмеялся:

- Нет! Нет, нет и ещё раз нет! Это моя давняя мечта, которую ты нагло у меня забрала.

- "Мечта"? Люди мечтают о мире во всём мире, о Ламборджини Диабло, катаясь на "Ваз 2110", или об урожае в засуху, но не о самоубийстве!

- Каждому своё, искорка. - он пожал плечами, наблюдая за гостями в зале.

- И что, других грёз у вас нет?

- Ммм... - задумчиво проурчал он, по-прежнему на меня не глядя, - Сейчас мне очень хочется нагнуть тебя раком. И это устойчивое желание.

От неожиданности я поперхнулась виски, и оно пошло через нос - не самое приятное ощущение. По спине постучала чужая рука - ещё одно неприятное ощущение, потому что я ненавижу, когда меня касаются чужие люди. Хотелось оторвать ту руку, что только что лежала на моей спине, но пришлось сдержаться.

- Познакомь меня со своей цыганкой, Блэквелл, и я твой должник, - слышу я шёпот одного высокого блондинистого молодого человека.

В его карих глазах нет ничего внушающего надежду на спасение человечества от гиены огненной: он пустой, алчный и подлый. С ним два мужчины совсем не запоминающейся наружности и женщина (вот у кого цыганские корни, а вовсе не у меня!) Красивая молодая женщина с очень смуглой кожей, тёмными пушистыми вьющимися волосами, красивым лицом и голубыми глазами. Очень красивая, но через чур худая, ведь намёка на женские формы у неё и в помине нет.

- Ловлю на слове, - говорит в это время Хозяин, - Энтони, это Леди Алиса Лефрой; Алиса, это Лорд Энтони Саммерс из Кэмптона с супругой Линорой Деметрией Саммерс, - он сделал паузу и посмотрел на Линору как-то задумчиво.

О чём он думал я без малейшего понятия, но Баронесса пялилась на него так откровенно и пошло, что я хотела сделать ей лоботомию. Эта тварь не стеснялась своего мужа, всё в ней (поза, мимика, взгляды, вздохи) говорили Винсенту "Возьми меня!". Лоботомии мало, ещё препарировать, линчевать и...

...И я делаю учтивый реверанс, делая заметку моментально: этот Энтони мне и раньше не нравился, судя по отзывам Марка и Дрейка, а также статей в "Гермесе", но теперь я подкрепила ранние выводы своим личным наблюдением. Остальные мужчины в его компании были до кучи записаны в список тех, кого бы я посадила на кол, а его блядина вообще на гране того, чтобы я пустила в ход саи.

Мои новые знакомые разглядывают меня абсолютно беспардонно и высокомерно. Баронесса многозначительно облизала губы (я не удержалась и закатила глаза. Да, леди себя на не ведут. Слава богу, что я не леди!) и куда-то съебалась. Скатертью дорожка.

Я бы обрадовалась её уходу, но как оказалось, лишь присутствие Линоры-возьми-меня-прямо-здесь сдерживало словестный понос из пошлостей у Барона. Он заговорил, как будто меня тут вообще нет:

- Она совершенство, Блэквелл! Это она твоя передовая подневольная исполнительница желаний и цепная псина? Одолжи мне её на вечерок...

Хозяин смотрел на своего собеседника с удивлением:

- Губу свою охуевшую закатай, Саммерс.

- Уступи, а я тебе отдам половину своей срочной армии? Соглашайся, от такого не отказываются!

Винсент... думает?

Паника. Я уже пообещала ему отдаться, но неужели он разделит меня с кем-то ещё? Нет... Винсент Блэквелл не делится своими любовницами.

Хочу убить этого подонка Саммерса, здесь и сейчас.

Испепелить Квинтэссенцией к чёртовой бабушке! Но едва собрав разряд в здоровой руке, понимаю, что руку этого дебила сдерживает в мёртвой огненной хватке разъяренный Блэквелл, оставляя ожог на месте прикосновения.

Я киплю от гнева. Вот опять, дыхание перехватило, грудь сковало, холод в руке. Но в этот раз сильнее.

- Так бы и сказал, что она твоя! И держи её на привязи, я тебя предупреждаю!

- Моя. - сквозь зубы рычит на Энтони Саммерса он.

- Всё-всё! Отстал! Не кипятись, мы не враги.

- Пошёл на хуй!

Этот мудак уходит. Мне срочно нужно на воздух или хотя бы маленькую молнию. Если ток не пробежит по телу, я задохнусь. И он проходит мелким разрядом. Чувствую тёплую руку Винсента на моей ледяной коже, он мягко держит меня за плечо:

- Ты в порядке?

- Майкл Уоррен, Майло Тайрэл, Энтони Саммерс... Какие интересные у вас друзья, сир...

- У тебя свой список неугодных?

- Да.

- А я там есть?

- Нет.

- А Алекс Вуарно?

При чём здесь Алекс!?

- Нет, как и в списках, приглашённых на сегодняшний бал.

Я думала, что на это атака закончилась, но чёрта с два, потому что Хозяин неустанно задавал вопросы:

- Почему?

- Что за вопросы!?

- Выявляю алгоритм твоих антипатий.

- И как успехи?

- Сломал голову.

- Тогда совет: не пытайтесь. Доброй ночи, - прощаюсь я, скорее бежать отсюда! Но Винсент меня перебивает.

- Ты забыла? Ты моя сегодня, и этой ночью мы спать не будем.

- Сегодня?

- А что тянуть? Хочешь, чтобы я стал импотентом от воздержания?

- Ой, да о каком воздержании речь? Второй день ваш гарем восстанавливает силы.

- У меня полно сил! - он зловеще улыбнулся, а я поёжилась, - А ведь признайся: твой план был не позаботиться обо мне, а истощить меня настолько, чтобы я перестал до тебя домогаться?

Была такая мысль, но удовольствия оттого, как он сношался с другими женщинами, я, мягко сказать, не получала.

- Не исключено, что всё именно так. Я надеялась, что вы взвоете рано или поздно.

- Не учла регенерацию, - он учтиво мне кивнул всё так же зловеще улыбаясь, - И кстати, ты обещала меня обучить магии без кристалла. Когда ты этим займёшься?

- Мне всё равно не уснуть, поэтому сегодня. Что тянуть?

- Нет, сегодня у меня на тебя другие планы!

- После секса вы перестанете меня воспринимать, поэтому урок заведомо обречён, вам это надо? Что для вас важнее, Герцог? - вызывающе спросила я, зная заранее, что он выберет долг, как бы сильно он не хотел секса.