Вопреки. Том 3 (СИ) - Бэй Анна - Страница 73

- Ты так слепо в неё веришь... ты веришь ей! Почему?

- Тебе не понять этого, - серьёзно произнёс он и начал изучать потолок с интересом, - Я знаю легенду появления Элементалей, слышал её от папы. Стихиям не дано познать такие чувства, какие могут испытывать люди, поэтому природные явления воплотились в человеке, чтобы чувствовать. Однако, попав в ловушку человеческого разума, они уже потеряли истинную свободу, их тянуло к первозданности, к стихийности проявления. Элементали всегда сильнее, чем простые маги, но и риск потерять разум от той необузданной мощи, что таит в себе Стихия, намного сильнее, как и тяга к порокам. В трансе Архимага я так мало чувствовал, но любая деталь могла свести с ума от гнева, - он замолчал и сжал руку девушки с нежностью, а потом повернулся к ней лёг на бок, всматриваясь в черты её лица. Винсент провёл пальцем по её подбородку и вдохнул аромат кожи девушки, которая всё ещё пахла тем сладковатым запахом, что обычно витал вокруг неё ореолом, - Алиса... - позвал он шёпотом и прикрыл глаза.

Внезапно девушка дёрнулась и села в постели, тяжело дыша. Она начала шумно кашлять, ловить ртом воздух, которого не хватало.

- Нет... нет! Нет-нет-нет, глупая! - судорожно бубнила Квин себе под нос сквозь сбитое дыхание, - Ты же себя погубишь!

Блэквелл сел рядом и весь напрягся от происходящего. Он видел метаморфозу на своих глазах: тело девушки сокращалось в судороге, она была вся напряжена и боролась с внутренними изменениями.

- Алиса, вернись, - мягко, но с нажимом приказал Винсент и замер в ожидании.

За окном блеснула молния, озаряя всё пасмурное небо небывалым светом, и Винсент понял, что не всё потеряно. Он развернул девушку к себе лицом, прислонился к её лбу своим и начал наблюдать за её реакцией. Его руки прикоснулись к её плечам и напряжённо скользнули вниз, властно её лаская. Её тело перестало содрогаться и теперь девушка не двигалась и, казалось, даже не дышала. Её глаза были закрыты, но ресницы еле заметно дёргались. Раскаты грома сотрясли стёкла на окнах, но Блэквелл не обратил на это внимание, он лишь тихо окликнул:

- Ты ведь не оставишь меня одного, Лис? Ты обещала. Ну же, не бойся... Найди путь назад, я помогу тебе.

А потом он потерял дар речи, не зная, что говорить, как не спугнуть момент. Он начал напевать под нос мотив давно всеми забытой колыбельной, которую так любил слушать в детстве, заводя старую музыкальную шкатулку с миниатюрой заснеженного Мордвина. Он пел тихо и смотрел на неё, в надежде, что она откроет глаза и посмотрит родными серыми глазами, но этого не происходило:

- Будет легче, Лис, обещаю. Научись возвращаться, найди самое сильное, что в тебе есть, и зацепись за это, - он замолк, потому что голос начал срываться, - Знаю, последний человек, о котором ты будешь беспокоиться - это я, но... потерять тебя - это было худшим, что я испытывал в этой ебучей жизни! - в его глазах застыли слёзы, - Пожалуйста, вернись...

- Больно, - прошептала девушка хрипло, - Как же больно... почему?

- Тише, - успокаивал он, - Боль пройдёт, обещаю.

Она закашляла себе в ладонь, и он увидел на её руке черную жидкость, которой задыхалась девушка. Он не успел больше ничего ей сказать, потому что она всё открыла глаза, но то была Квин, а не Алиса. Она сидела неподвижно, не произнося и звука, лишь смотрела в пустоту долгое время. А Винсент прижал её к себе и тихо прошептал:

- Квин, если она умрёт, то забери меня. Ладно?

И она безучастно кивнула.

Глава 42

Она не понимала куда её вели, не понимала где она. Глаза отказывались нормально фокусироваться, а мозг не узнавал помещений, лишь запах был знаком, но она никак не могла зацепить хоть одну ассоциацию. В ушах звенело, но это было не так значимо по сравнению с паникой, которая пришла с осознанием ситуации: её вели в плохое место. Свет ослепил её больше минуты назад, застав врасплох, а в уши врезались слова:

- Леди, успокойтесь, идём с нами, и всё будет хорошо. Герцог придёт позже.

Что за Герцог и куда он придёт она совершенно не понимала, как и всего остального, но идти в это загадочное место она не хотела. Ложь резала слух, она точно знала: в этом месте "хорошо" точно не будет. Она оступилась о полы длинного красного платья, и чуть было не упала, но её тюремщики очень крепко её держали. Голова кружилась, а свет слепил, звуки вокруг казались страшно громкими, хотелось лечь на холодный пол и не двигаться, а её куда-то спешно тащили, бесконечно оглядываясь.

- Нет... стойте! - попыталась сказать она, но изо рта послышался тихий шёпот, - СТОЙТЕ! - со всей силы крикнула она и свет начался мерцать.

Стража остановилась очень резко, как будто запнувшись от слов девушки, и от этого её сильно замутило, рвота подкатила прямо к горлу, а на лбу выступил пот. На простое "стойте" ушли все силы, и теперь она была слабее, чем сначала. Свет перестал мерцать, и послышались посторонние звуки из другого конца коридора, будто на встречу шло несколько человек.

- Вот ёбанная шлюха! Теперь Винсент выпрыгнет как чёрт из коробочки! - послышался за спиной неприятный осипший голос человека, который говорил в нос. Она почувствовала запах свежей крови и поняла, что у этого мужчины сломан нос и может даже пара зубов, судя по речевым дефектам.

"Винсент" прозвучало до боли знакомо, и девушка начала судорожно соображать откуда же она слышала это имя, будто она миллионы раз его произносила.

Мужчины по бокам потащили её дальше, хоть она и пыталась сопротивляться. Девушка повернула голову и увидела в коридоре с очень высокими потолками какое-то движение, от которого сердце забилось очень быстро. Лампы, освещающие помещение, лопнули, воцарился мрак. Силуэт приближался с какой-то невероятной скоростью, но совершенно беззвучно, будто не касаясь пола.

Она попыталась что-то сказать, но всё, что смогла сделать, это приоткрыла губы в беззвучном порыве. Образы в темноте мелькали очень быстро, слышно было как что-то тяжёлое ударяется о что-то очень звонкое, бьётся ваза, и как метал входит в плоть с хлюпаньем. Снова был навязчивый запах крови и слова того неприятного человека:

- Это ничего не изменит, ведь завтра истекает срок! Тебе придётся перерезать этой сучке горло, а так бы она может выжила!

- Твоя забота тронула моё каменное сердце, Майкл Уоррен. Сдохни!

Хруст позвонков и последний вздох неприятного человека не привлекли внимания девушки, потому что теперь её мозг был занят тем, что она услышала за пару секунд до этого: хриплый, тихий, но властный голос, который будил в ней что-то очень горячее. Она почувствовала, как мозг начал брать на себя невероятные нагрузки, как будто после долгого беспробудного сна.

Снова запах совсем рядом, но уже такой, что хотелось уткнуться носом и дышать им вечность. Сил хватило осуществить это желание, и она начала хватать лёгкими воздух, будто не могла надышаться. В это время чьи-то сильные руки приобняли её, и она почувствовала себя в безопасности. Лишь тяжёлый вздох мужчины, что держал её, вызвал беспокойство, она дрожащими от бессилия руками, которые отказывались её слушаться, с невероятными усилиями приобняла этого сильного мужчину. Она хотела что-то сказать, но изо рта вырвался странный звук, похожий на икание. Он резко отстранился и взял её голову в свою тёплую руку, а из второй появилось пламя, светившее прямо ей в лицо, отчего она начала щуриться и отводить глаза.

- Глазам не верю... - тихо прошептал он, и их взгляды встретились.

То, что она увидела, приковало её взгляд. Мужчина с изумрудными глазами, полными тревоги, смотрел на неё и не дышал, он будто не верил своим глазам. Девушка хотела что-то ему сказать, даже открыла рот, но снова не могла сложить из букв слово, потому что не помнила ничего, даже как говорить. Она боялась, что мужчина бросит её в этой темноте, что пламя, идущее из его руки, потухнет, поэтому надо было ему что-то сказать.