Вопреки. Том 5 (СИ) - Бэй Анна - Страница 109

  К этому моменту вода в кране перестала течь и послышался тихий шорох. Алиса вышла обмотанная полотенцем и робко замерла в дверном проёме. Волосы были сухие и собраны на макушке в хвост, ниспадая несколькими мокрыми прядками на бархатистые плечи, но это не так привлекало внимание мужчины, как это делали печальные пасмурные глаза.

  Он невольно улыбнулся и положил книгу куда-то совершенно не глядя. Страшно было спугнуть момент неловкой репликой или движением, поэтому он молчал и надеялся услышать что-то от Алисы, которая очень тихо шла босыми ногами по ковру, словно кошка, ступая мягкими лапами. Она не обходила кровать, чтобы лечь со своей стороны, а шла именно к мужу, правда очень медленно, отчего его кровь в жилах кипела, а на лбу чуть выступил пот. Один лишь вид жены действовал на Блэквелла безотказно, он не мог ничего поделать, теряя концентрацию и всецело фокусируясь лишь на Алисе. Дыхание сбилось, он набрал в лёгкие воздуха, когда девушка присела на край кровати прямо перед ним, но сказать ничего романтичного или просто особенного не вышло:

  - Босиком по осколкам? - вырвался хрип из его горла. Он не узнавал себя, будто слыша свой собственный голос откуда-то со стороны. Хотелось ударить себя по голове, чтобы настроиться на вразумительные диалоги, но руки скользнули к полотенцу Алисы.

  - Я случайно тут всё разбила... завтра починю.

  - Я сам... сам всё сделаю, - он присел, опираясь на локти, пытаясь быть ближе, - Алиса, я... волнуюсь.

  - Почему? - спросила она и погладила его взъерошенные волосы, зачёсывая чуть назад, - Потому что я в полотенце?

  - Не знаю, видимо стал слишком слабым, - она уткнулся лицом в её ладонь и закрыл глаза, - А может потому что люблю тебя больше всего на свете. Голова кружится, когда ты рядом... а когда тебя нет, то сердце почти не бьётся.

  Она смотрела на него всё так же с тоской, чуть наклонив голову в бок, а рука скользила от его лица по шее к сигилу на ключице. Винсент прикрывал от удовольствия глаза и старался дышать тише, смотря покорно в лицо Алисе, боясь, что всё прекратится и она снова уйдёт на диван. Изящная ладошка обводила контур чуть сияющего знака на груди, которая качалось в дыхании от её чувственных прикосновений. Алиса плавно приблизилась к знаку лицом и дотронулась влажными губами до знака очень нежно и медленно. Потом снова, потом ещё и ещё, осторожно целуя метку на ключице, а Винсент чуть запрокинул голову, давая простор для поцелуев любимых губ. Алиса не отрывалась, оставляя немного влажные следы на мускулистой шее мужа, но подалась вперёд корпусом, хищно подползая к жаждущему мужу. Её руки немного отодвинули простынь, чтобы их близости ничто не могло воспрепятствовать, руки коснулись напряжённого живота с набухшими венками и волосяной дорожкой от пупка к паху, прикрытого пижамными штанами. Винсент уже шумно дышал, пытаясь рукой притянуть лицо жены к своему, но она своенравно и самозабвенно целовала его тело.

  - Поцелуй меня, - взмолился он, - Лис, пожалуйста, поцелуй.

  Она оторвалась от его кожи и склонилась над его лицом, пристально смотря в мутные от желания глаза. Его губы были с готовностью открыты, а глаза то искали её глаза, то смотрела на её губы, то скользили взглядом по изгибу её шеи. Супруги пытали друг друга взглядом несколько секунд, а потом рука Блэквелл медленно потянулась к закреплённому на груди жены полотенце и потянули за уголок, отчего оно тут же покорно разошлось, показывая голое соблазнительное тело женщины.

  Алиса приблизилась к губам мужа, исполняя его желание, но теперь отстранялся он, перехватив инициативу её пыток. Привстав на мускулистых руках с торчащими от возбуждения венами, он быстро опрокинул Алису на спину, ложа её голову на подушку, перехватил её руки, заводя их над головой и властно блокируя, а потом раздвинул своими ногами её ноги. Она была абсолютно голой в его власти, открывая вид на самые интимные места своего восхитительного тела, которое он сканировал снова и снова с желанием. Он лёг сверху, специально с нажимом тараня её промежность своим напряжённым членом, скрытым в пижамных штанах, отчего Алиса выгнулась и очень шумно вздохнула, выдавая лицом нетерпение, а потом слишком медленно приблизился к её губам, целуя томительно и с нежностью. В его руках она была покорна и податлива, заводя мужа ощущением власти над её телом, он сдавливал её запястья с силой, возможно даже причиняя дискомфорт, но целовал её губы очень нежно и медленно, будто ничего важнее и приятней в его жизни быть не может. Часто и томно дыша, Алиса на секунду упустила губы мужа, и он стал целовать её шею, грудь, соски, слегка оттягивая их зубами. Нежность превратилась в неистовую страсть, руки уже не были последовательны в движениях, всё стало хаотично и бесконтрольно, большие горячие ладони мужа сжали её грудь ощутимо, отчего она простонала, но не остановила его, потому что сама обезумила от страсти. Запасться освободились от хватки, и её ладони уже тянулись к шнурку, на котором держались штаны на талии атлетического тела мужчины. Она освобождала его бёдра от пижамы, когда почувствовала, как палец Винсента проникает в её влагалище очень нежно, но потом входит уже второй, потом движение туда-обратно и Алиса вздрогнула от внезапно накатившей волны удовольствия. Это было неожиданно и очень спонтанно, всего от пары прикосновений мужа, но ток пробил её, и голова закружилась. Она не кричала, лишь содрогнулась в оргазме захватывая воздух ртом, прогибаясь в дугу.

  - Охуеть... - прорычал возбуждённый муж, - Господи, девочка моя... я не ожидал!

  Она открыла мутные глаза всего чуть-чуть, чтобы словить мужа неясным взглядом, а он смотрел на неё так похотливо, что у неё побежали мурашки:

  - Не останавливайся, - попросила она, - Пожалуйста!

  Команда была не нужна, ведь он сам ждал вторжения в её тело с неистовой жаждой, и дождался. Был властным, но нежным, каким и был в отношении своей любимой Алисы, которую обнимал, как антикварную вазу, но в ту же секунду рвал на куски, в жажде завладеть ей полностью, сливаясь в одно целое, отдавая ей свою саднящую душу. А после моментов самых интимных откровений их тел и душ, она обнимала его.

  - А теперь, прошу, объясни мне как ты вернулась. Почему людям для спасения нужно Искупление, и почему тебе оно не понадобилось?

  Алиса хмыкнула, будто проще быть ничего не может, и всё же говорить было сложно. Не потому что она не хотела, нет, всё иначе - это была одна из самых сложных тем вселенной, для которой не существовало терминологий, облегчающих формулировки.

  - Душа... - начала она, садясь ровно. Руки скользнули к волосам, заплетая косу, - Душа - тонкая материя. Это жизнь в самой её сути. Тело умирает, а душа нет. Понимаешь? Это самая магическая магия, которую можно представить.

  - Квинтэссенция?

  - В самой сердцевине да, - кивнула она, - Ведь она даёт импульс бездвижному телу, но на деле всё намного сложнее. Некромантия убивает душу и порабощает материи. Так из трупа получается инферн, который двигается, испытывает голод, жажду, но в его голове нет мыслей, он не может чувствовать даже боль, не говоря об остальных чувствах. Он не осязает, не слышит, думаю, что и не видит даже. Лишь неуёмный голод, ведомый чёрной смертью.

  - Демон ведь тоже под властью Некромантии!

  - Так ведь мы оба знаем, что демонами становятся лишь сильные маги, душу которых вытравить крайне сложно. Но, как я сказала, душа - тонкая материя, которую Некромантия убивает, убивает самую сердцевину.

  - Квинтэссенцию? - вновь спросил Винсент уже с улыбкой и поцеловал жену в плечо, а она кивнула, - Поэтому ты не умерла?

  - Не поэтому, - она вдруг стала хмурой, - И Квинтэссенцию можно было бы убить, но в мире во всём есть баланс, поэтому есть кое-что, казалось бы, незначительное, что способно исцелить даже самую прогнившую душу.

  - Искупление?

  Алиса вновь улыбнулась, теперь уже снисходительно.

  - А что есть искупление?