Вопреки. Том 5 (СИ) - Бэй Анна - Страница 21

  Голос Алисы был очень приятным и хорошо ложился на слух, только звучал зловеще и потусторонне. Было бы страшно слушать черноглазую дьяволицу, пение которой будто отражал воздух, разнося по помещениям, но Эван поддавался не страху, а магии, исходящей от неё. В такие моменты хотелось лишь остановить мир на секунду и попросить Вселенную, чтобы мелодия не прерывалась, но всему был конец.

  Алиса замолкала и долго смотрела в точку, а потом говорила что-то на другом языке.

  - Что? Это твой родной язык? Язык магии?

  - Очевидно, что так.

  В очередной раз Эван завёл какой-то разговор, на что получал лишь односложные ответы, ничего конкретного не говорящие.

  - Так те, от кого ты прячешься, они так опасны, что могут справиться с таким редким магом как ты?

  - Скорее всего...

  - То есть ты не знаешь наверняка?

  - Нет.

  - А ты вообще уверенна, что они для тебя опасны?

  Она обернулась на Эвана до этого увлечённо смотря в окно, и обратила очень тяжёлый взгляд:

  - Проверять я не хочу, это необдуманный риск.

  Она говорила уже намного уверенней и делала паузы реже. Слова складывались в большие предложения, но говорила она крайне редко. Вообще была хмурая и никогда не улыбалась, единственное, что её радовало - это кот, и ещё одна маленькая деталь...

  ... Эван вёз её и кота на инвалидном кресле по коридору, тем самым доказывая врачам и санитарам, что он не в себе (для них в кресле катался лишь кот), но зато большинство душевнобольных оглядывались на кресло и приветствовали девушку:

  - Здравствуйте, дитя! - улыбались ей сумасшедшие, играя в домино, - Прекрасный день!

  - Они видят тебя, - шептал Эван креслу, в котором на самом деле сидела сосредоточенная задумчивая Алиса, - Разве ты не рада?

  - Эван, меня видят психи и псевдо-экзорцисты. Чему радоваться?

  - Всегда есть чему радоваться...

  - Тогда я рада тому, что тебе разрешили оставить Милки, - она положила руку на спину кота.

  Эван нахмурился и прибавил ходу, разгоняя кресло по коридору в сторону, но Алиса была невозмутима, как всегда. Остановившись в самом укромном уголке, куда никто обычно не заходил, мужчина подошёл к Алисе и без вопросов взял её за подмышки, ставя на ноги.

  - Ну и что ты делаешь? - поинтересовалась она раздражённо.

  - Борюсь...

  - "Борешься"? - повторила Алиса, глядя в его глаза пытливо, - Эван Ричард Фэстер, родился 10 декабря 1984 года. В 4 года отдан в детскую хоккейную команду, подавая большие надежды, ведь виртуозно справлялся с шайбой, хотя к командным играм склонен не был. Почему? Боялся жёсткой игры, поэтому в 12 лет бросил спорт, уйдя с головой в учёбу, где проявлял себя в точных науках и ораторском искусстве. Да-да, в 14 ты играл в покер как бог, пользуясь тонким расчётом и наблюдательностью, что выглядело как дар свыше. К 17тилетию увлёкся психологией, даже поступил в колледж на одноимённый факультет, где тоже блистал. Влюбился, начал встречаться, но не боролся за свою девушку, которая, к слову, наверняка тебя любила, учитывая, что терпела твои заморочки 4 года. Все думали, что ты будешь светилом кафедры психологии, но и это занятие ты бросил, вернувшись в большой покер, где проиграл всё, что имел, а имел, к слову, не мало. Примечательно, что за всю жизнь не брал на себя ответственности, инициативы. У тебя было миллион возможностей, ты мог стать великим, а выбрал... мошенничество. Обманываешь глупых, доверчивых и часто бедных людей, которые ведутся на твои цирковые представления. Знаешь, Эван, - она положила руки на плечи мужчины, который отводил глаза во время её рассказа, - Слово "бороться" для тебя явно новое. Ты уверен, что хочешь ввязываться в такие сложные для тебя функции?

  - Я попробую.

  - Ты изменился.

  - Я... - он замялся, - С твоим появлением, я вижу всё совсем иначе.

  Это было для Эвана важным признанием, не романтическим, но сокровенным, однако Алиса фыркнула и посмотрела в сторону, будто её это раздражало.

  - Опять двадцать пять! У тебя, дорогой мой, передозировка Квинтэссенцией. Скоро ты и правда можешь сойти с ума, и не думай, что я шучу. Так действует моя магия. - она повернулась к нему снова, - В чём твой план? Просто поставить меня на ноги? Воспроизвести развитие младенца? Ползать и переворачиваться я уже умею - надо бы хоть тортик по такому поводу слопать.

  - Нет, никаких стандартных схем! - улыбнулся он радостно, - Я видел тебя в деле: тебе чужды размеренные потуги, да?

  - Да. - впервые за всё пребывание в лечебнице, Алиса улыбнулась, и Эван стал вдруг увереннее.

  - Ну раз ты не можешь ходить, давай танцевать? - он спокойно взял её чуть выше талии, держа небольшую дистанцию, и смотрел лишь на её безжизненные ноги, а она на него.

  Музыка была классическая и не быстрая, что способствовало спокойному течению их странного занятия, которое ещё более странно смотрелось со стороны. Через несколько минут у Эвана устали руки, и он хотел было посадить девушку в кресло, но она остановила его:

  - Нет, продолжаем.

  - Сил нет...

  - У меня есть, - она положила ладони на его трясущиеся от напряжения руки и пропустила лёгкий ток, который помог держать её, - Лучше?

  - Чувствую себя марионеткой.

  - Так и есть, - снова хитрая улыбка, - Эван, ты покраснел.

  А он и вправду налился румянцем от близости и воздействия обаяния Алисы. Она всегда смотрела на него странно: будто зная его очень хорошо, видя насквозь, но всё же надеясь на что-то для себя неожиданное. Это не было высокомерием, в том взгляде была усталость и некая обречённость, но всё же всегда присутствовала какая-то очень призрачная, еле заметная, но искорка.

  - Ты говорила, что родилась здесь и раньше тебя видели люди.

  - Да, так и было. Я вполне обычно жила в этом мире.

  - Как? Ты ведь жутко необычная.

  - Ты про глаза? - она хитро посмотрела, - Они не всегда были такими.

  - Да? А раньше какими были?

  Она не спешила отвечать и лишь опустив взгляд на свои бездвижные ноги, смущённо ответила:

  - Серыми.

  - О! - улыбнулся её собеседник, обладая тоже серым цветом глаз, - Здорово! Тебе бы пошёл серый... а когда они стали чёрными?

  - В июне, - спокойно сказала Алиса, - Временно. Навсегда лишь в сентябре.

  - То есть почти год уже...

  - Нет, - поправила она и очень серьёзно посмотрела она прямо ему в глаза тем самым способом, от которого по спине Эвана пробегал мороз, они станут такими только через 2 месяца.

  - То есть... - Эван остановил кружение вокруг своей оси под музыку и непонимающе спросил, - Ты из будущего?

  А она очень медленно кивнула, снова отводя взгляд. Эван прекрасно знал, что на эту тему она говорить сейчас не будет, поэтому заговорил о другом:

  - Тебя надо постричь... - сказал он, - У тебя волосы неровно как-то отрезаны. Плохой парикмахер!

  Алиса почему-то рассмеялась очень громко и запрокинула голову, но в смехе было больше грусти и накопленного напряжения, чем радости и веселья:

  - Из Элайджи отвратительный парикмахер, ты прав!

  - Это твой муж?

  - Это мой деверь.

  - Не ладите?

  - Не ладим.

  Она снова отвечала сжато, умалчивая саму суть, но было понятно, что за её словами лежит большая невесёлая история.

  - Может и хорошо, что я не знаю, - кивнул Эван, - Мне кажется, что ты из тех людей, у кого семейные проблемы доходят до вселенской катастрофы. И не из-за таланта делать из мухи слона, а буквально: ядерные взрывы и все дела...

  Алиса снова хитро улыбнулась и кивнула, подтверждая мысли своего странного знакомого.

  - На сегодня хватит, - сказала она и перестала подавать ток в его руки, отчего она тут же упала бы на кресло, но...

  - Вот это прогресс! - восхищённо воскликнул Эван, глядя как Алиса не очень уверенно, но всё же стоит на ногах.