Вопреки. Том 5 (СИ) - Бэй Анна - Страница 23

  "Друг!" - подумал он и нелепо улыбнулся, - "Меня со школы так никто не называл".

  И тут я просто замолчала и выдохнула.

  Мне всегда попадаются именно такие люди: заблудшие, потерянные, неприкаянные. Я и сама вечно хожу по дебрям, а по пути нахожу их, чтобы, наверно, взять за руку и вывести из чащи, где они потерялись в своих страхах.

  Так было с Арти.

  С Бальтазаром, Дрейком, Марком, Алексом, Кронком, Лесли и Алакеном.

  Так было с Винсентом.

  Господи, я не могу думать о последнем. Момент, когда я допущу мысль, что он не выжил после Арчера - будет катастрофой, поэтому нужно гнать эти навязчивые идеи поганой метлой. На свою беду я помню мир без Винсента Блэквелла, и не готова прожить в таком аду хотя бы день, но это уже другая тема и нужно скорее бежать от неё, чтобы не сойти с ума.

  Заблудшие души - тема более безобидная, хотя...?

  Куда я завела их всех?

  - Милки... - на автомате шепчу я, но мой мягкий комок урчащей шерсти уже греет мне колени.

  Эван тоже садится рядом и очень осторожно накрывает мои плечи пледом.

  - Эван, - зову тихо, - Почему в твоих мыслях такой пессимизм?

  - Не знаю... - улыбнулся он, - Не верю я в себя. Ну, хоть убей, нет у меня ощущения, что мне уготовано что-то великое.

  - Главное ведь стремиться. Бороться.

  - Я борюсь.

  Борется. За меня, но не за себя. Смотрю на него, пока он читает мне свою подборку, а потом он забавно хмурится и сбивается:

  - Алиса, а что за "чёрная смерть"? Чума что ли?

  - Ну... близко. Скорее магическая чума.

  - И как она с тобой связанна?

  - Мм... - вздыхаю я, не зная с чего начать, - Вообрази, что ты наливаешь грязную воду в стакан и пьёшь. Ощущения?

  - Гадость...

  - А если долгое время пить?

  - Так и заболеть можно!

  - И умереть можно, и вряд ли это будет быстро и безболезненно. Так вот... если воду прогнать через фильтры, но на выходе будет очень чистая, но тем не менее живая вода. Такую хочется пить много, от таких сил больше, мысли чище.

  - А куда девается осадок?

  Умница.

  - Вот именно, - киваю я ему, - Грязь где-то копится, и суть в том, что её очень сложно уничтожать.

  - Но есть ведь способ? У природы всё в балансе.

  - Конечно. Для этого у фильтра есть функция нейтрализации грязи. Но перегружать этот механизм нельзя, иначе он выйдет из строя как вся техника. Бывает такое, что возникает очень большая угроза чистоте, переводя в область магии, это называется демоном. Такие существа генерируют "грязь", питаются, живут ею.

  - Тут говорится, что для того, чтобы стать демоном, нужно умереть.

  - Так и есть.

  - И что... ты? - он замялся и заглянул мне в глаза, кладя руку на моё плечо очень осторожно.

  - Не знаю, наверно, - ответила честно, - Скорее всего я мертва.

  - Как это? Ты же живая.

   - Я не знаю, Эван.

  - Но почему ты всё ещё как живая?

  - Я борюсь...

  - За ребёнка?

  - И за него тоже.

  Задумался. Я тоже замолчала и положила руку на живот, который ещё никак не выпирает. Сложно сказать есть ли внутри жизнь, но я очень надеюсь, что малыш унаследовал упорство отца, который никогда не сдавался: ни на секунду, даже когда казалось, что всё потеряно.

  - Та и как всё же это всё связанно с тобой?

  Эван отвлёк меня от мыслей, и я серьёзно посмотрела на него:

  - Эван, я и есть фильтр.

  Сильно выпучил глаза и убрал руку с моего плеча:

  - Так вот что значит "механизм выйдет из строя"? То есть из существа, которое чистит магию, ты можешь превратиться в того, кто магию загрязняет?

  Не думала об этом. Думала о том, как выжила, как оказалась в прошлом, но не о том, что будет первично.

  - Могу.

  - А это можно предотвратить?

  - Сложный вопрос, - вздыхаю очень тяжело, - Жизнь демона - это выбор.

  - Ты ведь умная, ты ведь не сделаешь такой глупый выбор?

  - Ты плохо понимаешь мою природу. Я и раньше сталкивалась с перегрузкой от магии, но сейчас всё куда хуже. По сути я ведь без тебя лишь приведение, слышу мысли десятков людей, пылю из-за любой мелочи, а магия лишает рассудка. Будь вокруг безопасно, я бы продержалась дольше, но на меня охотятся, и поверь, те, кто приходили за мной в тот посёлок - вернуться.

  - Ты мне расскажешь кто это?

  Какой же он любопытный!

  - Это... я не знаю.

  Соврала. Я всё прекрасно знаю, потому что думала об этом очень долго.

  Вот как это было:

  В том посёлке на меня свалилось навязчивое дежавю, но дело было не в картинке, не в звуках, а в... запахах. Я слабо соображала, но прекрасно знала, что так или иначе мой организм сталкивался с подобной угрозой, возможно даже не раз.

  Попав в клинику, я каждую свободную минуту посвящала воспоминаниям и, по глупости, - пыталась рыться в тех призрачных закоулках памяти предыдущих жизней, но всё было словно в тумане. Я чувствовала: я близко, но времени становилось всё меньше. Я и мой малыш могли в любую секунду подвергнуться нападению, а незнание врага в лицо делало меня слабой, поэтому я фильтровала всё, что переживала через призму жизни в Ординарисе, ведь именно здесь меня посетило дежавю. Избирательно проживала каждую секунду именно в этом мире, и, может это было не самым верным решением, но одно воспоминание меня смутило...

  Это было в Малайзии, точнее... случилось это совсем недавно. Сейчас конец апреля и именно в это время я переместилась из Форта Браска к Винсенту, чтобы попросить помощи, но он был немного занят. Сцена на бензоколонке, гонка на мотоцикле, потом офис высотки, где какой-то Ли Ви Хун был помехой для...

  Боже... Винсент тогда так страстно, но тем не менее сдержанно, меня целовал, гладил с чувством моё тело, шептал еле слышно какие-то вещи, настраивая меня на взлом компьютера, в котором я в итоге нашла список поставок ингредиентов для лекарств.

  Только ведь это было то, что я искала, но нашла я куда больше. Тогда я даже не задавалась вопросами, что это за информация, а зря. Помимо поставок зелий, был ещё очень немаленький список имён. Будь на моём месте человек, который не имел в жизни одного важного опыта (об этом позже), то имена в списке Ли Ви Хуна показались бы немного странными, но ничего не говорящими, однако теперь я вижу в них куда больше нитей, ведущих в Сакраль.

  Дело в том, что имена всех людей, которые показал мне тогда компьютер, были связаны одной приставкой в конце "Кир", а, насколько я помню слова моего почившего друга Бальтазара, такой приставкой обладали все жители острова Убуд.

  Эмигранты. Это был список эмигрантов за многие годы, и суть была в том, что этот, как я надеялась, погибший народ, укоренялся в немагическом мире долгие-долгие годы.

  Меня будто пробил ток от одной мысли, что "мудрость" Убуда не погрузилась на дно океана, когда Винсент Блэквелл осуществлял свою кару. Охота на Квинтэссенцию, кристаллы, питающие целые посёлки и острова - всё это выжило вместе с эмигрантами. Я красочно вспомнила свои "островные каникулы", вспомнила тот ужас, что испытала от воздействия зловоний, парализующих меня, те обряды островитян и их сахарные улыбки с маниакальным взглядом.

  Мне стало дурно.

  - Ты дрожишь. - тихо прошептал Эван, - Холодно?

  Нет. Страшно.

  Страшно, что раньше мне было нечего терять, я не боялась умереть. Теперь боюсь... боюсь потерять ребёнка Винсента, и это сквозит каким-то неприятным чувством, будто я не выполню задание Хозяина, а ведь внутри меня человек. Человек из моей плоти и крови, ребёнок мужчины, дороже которого для меня нет и не было на свете.

  Ударяю со всей силы по клавишам рояля, пальцы бегают как остервенелые. Это недобрая, беспокойная и очень зловещая мелодия выскакивает из-под пальцев, открывая меня с новой стороны.