Колония строгого режима (СИ) - Сариев Афет Джалилович - Страница 25

После стрельбищ в обязательную программу тренировок входила верховая езда.

Лошади приучились к седлам и стременам. А уздечкой служила специальная привязь с концов рогов, чтобы можно было и одной рукой ими управлять.

Теперь тренировки начинались с семи ударов колокола и завершались на десяти.

Мечами и шипастыми щитами пока тренировались на чучелах. Набирались опыта нанесений ударов. Но скоро должны были устраивать спарринги, начав деревянными.

Как Сергей услышал десятый звон, он вновь за пару секунд построил их строго по группам и по ровненьким рядам, дал стандартные команды по такому построению и отпустил на мирные работы.

Сам же поспешил в пороховой цех. Пора было начать основные работы по получению пороха.

Состав работников, которые уже постоянно должны были заниматься этим делом, повторяли текст по технике безопасности, прописанный для них лично Сергеем.

С инструктажа и начал Сергей, как влетел в пещеру. Он задавал вопросы, на которые те должны были не задумываясь отвечать. Только затем он начинал сами работы.

Начали с получения кристаллов нитрата калия в глиняном чане с подогревом.

Размельченные в дробилке Виктора минералы сильвинита пропустили через Викторову мельницу и порошком загрузили чан наполовину и, в увлажненных масках и рукавицах, залили его азотной кислотой до краев. Слегка грели дно, чтобы ускорить процесс растворения.

Когда порошок, полностью растворенный в кислоте, исчез, убрали поддон с дровами и подвели с холодной водой.

Через долгое время на дне чана накопились длинные слоистые кристаллы.

Работники доставали их длинными стеклянными ковшами и бросали в посуды, погруженные в воды потока. Затем заново загружали чан новой порцией порошка, кислоты и вновь заменяли поддоны.

Это и был весь цикл, который растянулся на целый день.

Под вечер уже целиком эту работу Сергей мог поручить производить им самостоятельно, не опасаясь за их здоровье.

По окончанию дня он распорядился достать полученные кристаллы из проточной воды потока и расставить просушиваться до следующего утра.

Следующее утро должно было ознаменоваться первыми гранулами пороха.

В этот же день с раннего утра Виктор заставил молодожена выйти на срочные работы, пообещав потом предоставить ему целый медовый месяц. А пока нужно было работать, как проклятому.

Стахановский труд кузнецов завершился через десять дней отливкой десятка двухметровых стволов, противооткатных пружин, заготовками массивных дульных тормозов, щитовых прикрытий и деталями чугунных раздвижных станин.

Все это перетаскали тележками в ангар, где Федор и пять его помощников занялись их расточкой, шлифовкой на фрезерном и токарном станках.

В то же время в кузнице началась отливка двух составных частей снарядов.

А Федор каждый ствол закреплял на специально собранном для этого токарном станке, надевая их на двухметровый шабер, затем на цилиндрический каркас с войлочным покрытием. Центробежная сила оборотов бабки выдавливала постепенно шлифовочную пасту, затем полировочную на поверхность цилиндра, и войлок обрабатывал полость по всей длине, пока полость не сверкала.

Потом, готовый изнутри, ствол передавал помощнику, и на другом токарном станке обрабатывалась до блеска уже его поверхность. Треть конца ствола резался под легкий конус, что давала возможность на этот конец забить щелевидный дульный тормоз, отлитый под угол конуса.

Все десять стволов были доведены до состояния такой готовности в течение долгих двадцати дней.

Федор и все остальные засели за изготовление сорокасантиметрового диаметра поршневого затвора, разработанный Виктором бессонными ночами.

Затвор имел механизм, выталкивающий отстрелянную гильзу из казенника, когда его откроют. Целиком затвор вворачивался по глубокой резьбе на нижний конец ствола и его дополнительно намертво заклинивали на нем.

Боек был в виде подпружиненного стержня в отверстии на торце затвора и с кольцом извне. Чтобы произвести выстрел, нужно будет оттянуть за кольцо стержень до упора и отпустить. Шершавый стержень пробьет тонкую перегородку капсюли и трением подожжет зажигательную смесь, погруженную в порох гильзы в пропитанном серой тонкостенном пергаментном корпусе.

Такой же трубчатый корпус должен был зажиматься вершинами конусов снаряда. Только подпружиненный шершавый боек запирался в взведенном состоянии в конце трубки, связанным через конусное отверстие сквозь неплотную конусную пробку и с внешним фиксатором на конце снаряда. От удара об землю фиксатор легко сорвется, а освобожденная пружина чиркнет по зажигательной смеси. Взрыв пороха заткнет отверстие металлической конусной пробкой и корпус по рискам должен разрываться, на осколки.

С противооткатным устройством, Виктор решил просто. Мощные, как автомобильные пружины-рессоры и рычаг торможения колебаний. Боковые шестерни с редукцией поднимали противооткатное устройство со стволом от станины с горизонтального положения вверх, вплоть до сорока пяти градусов.

Сами чугунные станины имели колья фиксации и колесный ход. На них же стояли квадратной формы щиты прикрытия.

Еще Виктор планировал стационарно закрепить на этих щитах подзорные трубы, подвижно наводимые зубцами редуктора на цель для точности пристрелки.

По окончании полной сборки, в олифе, полученной перекипятением конопляного масла, размешали нужное количество сурика, добытого Сергеем, и им покрасили весь металл пушек.

И однажды, когда поздним вечером Сергей утомленный выходил из порохового цеха, увидел, как катит к перилам Балкона вереница свежеокрашенных пушек.

Глазам не веря, он подбежал к Виктору, и точно на этот раз раздавил бы его в объятиях, если тот не успел бы ловко увернуться.

— Ты того! — предупредил Виктор. — Смотри, ребра сломаешь, останешься без снарядов.

Сергей от души захохотал и воскликнул:

— Такой талантливый и такой неженка! Давай обниму тебя тихонько.

Но это он считал, что тихонько. А дыхание Виктору все равно перехватило.

— Достаточно с тебя, великий герой. Лучше пойдем, отметим событие. Вино осталось?

— Есть еще немного, — заулыбался Сергей. — Пойдем ко мне.

Они устало побрели к дому.

Третье здание почти достроилось. Осталась крыша и отделка.

— Скоро заселим еще двадцать семей, — мечтательно заметил Сергей.

— Послушай. Я недоволен крестьянскими домиками. Это что там за маразм творится? Почему ставят такие примитивные избушки?

Сергей только вздохнул:

— Некогда, Витек. Ну, две руки же всего! Страда началась. Им тоже некогда строительством заниматься. А наши тут горбатятся. Вот, завершится тут, всех пошлю поселок строить.

— И еще, — вспомнил Виктор. — Теперь есть школа, и крестьянские дети пользуются подъемником. А он открыт передней стороной. Нужно срочно обезопасить.

— Точно! Я и не подумал. Завтра с утра пошлю доделать. Спасибо, что заметил.

С утра воины уже были в строю. Он сразу двоих из строителей вывел из строя и послал доделывать перила подъемника. Остальных погнал на стрельбы по движущимся мишеням. После пошли обычные занятия по верховой езде, что, как правило, пока завершались частыми ушибами от падений на скаку. Но Сергей с удовлетворением замечал, что пикирований на землю совершают в последние дни меньше.

С ударом в десятый раз по колоколу, воины вновь превратились в строителей, кузнецов, лекарей, крестьян и разбежались по своим каждодневным работам. А Сергей отправился, как обычно, в свой пороховой цех.

Спешно провел дежурный инструктаж по технике безопасности, потом опять разрешил двоим работникам самостоятельно добывать кристаллы нитрата калия.

Остальные вновь должны были мелить в муку готовые уже нитраты. Так же помелить уголь, серу, и каждый порошок собрать по отдельным емкостям.

По завершению этих работ, в нужных порциях от каждого порошка засыпали в мешалку.

Основательно замешанные меж собой порошки пересыпали в другую емкость.