Война - Стаднюк Иван Фотиевич - Страница 254

Рассеченная противником на две части и охваченная с флангов 13-я армия генерал-лейтенанта Ремезова одним стрелковым и одним механизированным корпусами, весьма ослабленными, продолжает бои в районе Могилева, отвлекая на себя значительные силы врага и удерживая одной дивизией плацдарм на берегу Днепра. Окруженные было на кричевском направлении два других стрелковых корпуса 13-й армии разорвали при содействии 21-й армии генерал-лейтенанта Герасименко вражеское кольцо и удерживают рубеж на реке Соже.

Не меньше тревог вызывала обстановка и на других фронтах, со всей очевидностью свидетельствуя, что немецкому верховному командованию пока в основном удавалось осуществлять свои планы, несмотря на колоссальные потери германских войск и большое нарушение сроков достижения ими намеченных рубежей.

Когда генерал армии закончил обзорный доклад и о положении на других фронтах и начал излагать проекты Генерального штаба новых оперативных решений, Сталин не очень деликатно перебил его:

– Обождите с решениями. Мы слышим их каждый день… Решения, решения… А немцы прут на восток! Нам надо понять, – Сталин указал рукой на сидевших за длинным столом, – почему неудовлетворительно выполняются командующими фронтами ваши прежние решения!

– Товарищ Сталин, – сдерживая обиду, спокойно и хмуро заговорил Жуков, – я только могу обосновывать предлагаемые планы и решения. А принимаете или отвергаете их вы как Верховный Командующий.

Слова Жукова будто ударили Сталина. Он непривычно резко повернулся к нему и посмотрел долгим, недобрым взглядом.

Жуков, выдержав потемневший взгляд Сталина, уточнил свою мысль:

– Я хотел сказать, что как начальник Генерального штаба обязан предлагать решения. Они берутся не с потолка. Управления и отделы Генштаба день и ночь собирают и группируют информацию с фронтов о противнике и наших войсках, непрерывно все взвешивают, вычисляют, предугадывают…

– Я вас понял, – сдерживая гнев, перебил его Сталин. – Я полагал, что мы, опираясь на вашу информацию, вместе вырабатываем и принимаем главные, кардинальные решения. Поэтому и директивы вдвоем подписываем…

– Вы меня неправильно поняли…

– Правильно понял! Мне ясно, что вы порой забываете о том, что решения командующих фронтами должны вытекать из директив Ставки Верховного Командования.

– Почему забываю?! Это элементарно!

– Вот я и вынужден напомнить вам о наших с вами элементарных функциях и о том, чем они отличаются от функций нижестоящих штабов.

– Пожалуйста, напомните, если вы полагаете, что начальник Генерального штаба не понимает таких простых вещей! – Уже откровенная обида Жукова будто выплескивалась из его сумрачно и колко глядевших глаз.

Сталин все-таки не смягчился. Недовольно посмотрев на Жукова, он чуть ускоренным шагом подошел к расстеленной оперативной карте и, постучав по ней трубкой, холодно сказал:

– Плохо, что вы заставляете меня повторять простые вещи. Да, в ходе меняющейся обстановки первые и немедленные решения должны приниматься командующими фронтами и командующими армиями. Мы же с вами, как одно целое, обязаны разрабатывать, исходя из слагающихся оперативно-стратегических ситуаций, общие планы и главные замыслы действий фронтов с далеко идущими целями… Обязаны координировать усилия фронтов и армий, вместе взятых. И поскольку нам бывает виднее общая картина войны на всех ее направлениях и участках и нам легче поэтому определять главные замыслы противника, наша задача непрерывно снабжать штабы фронтов оперативно-стратегической информацией и четко направлять их деятельность через командующих и начальников штабов. А если они – командующие и начальники штабов – не справляются со своими функциями, не умеют пользоваться нашими разработками и опираться на них, им надо или помогать, или немедленно заменять их более способными генералами!..

Умолкнув, Сталин с вопросительной укоризной обвел всех взглядом, в котором сквозило кроме неизвестно кому адресованных упреков и недовольство самим собой – своим раздражением и своими не очень четко высказанными претензиями. Видимо почувствовав неловкость и перед Жуковым, он уже спокойно, с подчеркнутой деловитостью спросил у него:

– Скажите, товарищ Жуков, а последние решения маршала Тимошенко вы считаете правильными?

– Я не понял вашего вопроса, товарищ Сталин.

– Мне кажется, – продолжал Сталин, – что Тимошенко крохоборничает, бросая навстречу немцам всего лишь по две-три дивизии… А вы его не поправляете, потому что вам, начальнику Генерального штаба, неудобно поправлять наркома обороны.

– Товарищ Сталин, на войне все удобно, что для пользы дела и во вред врагу, – озадаченно ответил Жуков.

– Вот это вы правильно сказали. – Сталин улыбнулся одними глазами. – Поэтому мы нашли удобным для пользы дела разгрузить товарища Тимошенко, освободив его от поста наркома обороны, чтоб он сосредоточил все свое внимание на командовании Западным направлением. Ему пора бить врага не растопыренными пальцами, а крепкими кулаками из группировок по семь-восемь дивизий, нацеливая их на самые угрожающие направления.

– Георгий Константинович, – обратился Калинин к Жукову, когда Сталин умолк, – поздравили бы вы товарища Сталина. С этого часа он Народный комиссар обороны Советского Союза.

Жукова эта новость не удивила. Он посмотрел на Сталина болезненно-печально и непривычно тихо произнес:

– Поздравляю, товарищ Сталин… И примите мое сочувствие… – Затем, тяжело вздохнув, добавил: – Здоровья вам крепкого!

Сталин ничего не ответил. После неловкой паузы он поднял на Жукова взгляд, в котором угадывалась разгоравшаяся энергия какой-то новой и важной мысли, и медлительно сказал:

– Сейчас наша с вами главная забота должна устремляться в двух направлениях: первое – наращивать и укреплять глубину обороны и второе – непрерывно ставить войскам наступательные задачи…

– А тыл, промышленность, вооружение? – извинительно напомнил Калинин.

– Все заботы теперь главные.

– Это уже другой наш фронт! – с той же энергией во взгляде недовольно ответил Сталин. – Полководцы там испытанные, надежные – Шахурин, Косыгин, Устинов, Тевосян, Малышев, Паршин, Вахрушев!.. – В этом перечислении Сталиным фамилий народных комиссаров как бы звучало недовольство военными полководцами. – Вот вам пример поиска мысли, решение проблемы, когда Тевосян и Малышев, опираясь на опыт и знания своих ведущих кадров, уже сейчас, в эти июльские дни, сумели дать нам броневой лист, хотя броневой стан еще только вывозится на Урал!.. Трудно поверить: начали катать броневые листы на блюминге! На пороге решения этой проблемы и Кузнецкий металлургический комбинат!..