Серые Башни (СИ) - Ильченко Татьяна - Страница 72

— Я хочу вернуть это лорду Акадзомэ и прошу вашей помощи.

Я как Ниссу увидел, как говорить забыл. Лентолет побелел весь, на лице ни кровинки. Мальчишка-паж ручонки свои загребущие к мечу потянул, тут я и отмер. Затрещину Томи отвесил, да клинок опять шелком прикрыл.

— Где взяла?

— В бабушкиных драгоценностях, — пожала Тэйе плечами.

— Нет. Спросят, скажешь, в тайнике лежал, а ящерица твоя его нашла.

— Почему?

— Потому! Нечего именной меч позорить! Нельзя чтоб такое оружие с бабскими цацками лежало, поняла?!

— Поняла! — схватила сверток и рядом с собой положила. Железка безмозглая с ее руки стекла и сверху на шелк уселась. Охранничек, Мрак его забери!

— Позволено ли мне будет спросить, леди, — прохрипел Лен. — Какой именно помощи ты от нас просишь?

— Акадзомэ в Ничейной бухте. Я прошу вас сопровождать меня туда.

Тут я снова онемел, а Лентолет аж в синеву отдавать начал.

— Томи, подай воды, — улыбнулась она. — Чего вы так перепугались? Думаю, лорд Киова обрадуется, когда ему вернут Ниссу. И примет предложение дружбы.

— Примет дружбу? Он, приняв от тебя меч, тут же перережет им твое горло, — прошипел я и залпом осушил поданный пажом бокал.

— Он не сделает этого, — она упрямо сжала губы. — Если вы не захотите помочь, пойду одна.

Конечно, пойдет! Наверно Лен тоже так подумал, потому что потребовал вина.

— Киова глава рода Итогава Кай, честь имени для него на первом месте, он не будет делать то, о чем ты говоришь, Гру. Я знаю. Я читала.

— Умная какая! — буркнул я и посмотрел на Лентолета. Он вздохнул, пожал плечами и обреченно кивнул. Ясное дело, одну ее никто не отпустит, а так хоть какой-то шанс.

— И как ты собираешься это сделать? — спросил я, надеясь, что девчонка начиталась какой-то чепухи.

Она улыбнулась, расслабилась и заговорила. Умно. Хитро. Дальновидно. Жаль что Тэйе не мужчина, клан только выиграл бы с таким лордом, как она.

Глава 16

Сидхок Рейф Вольтар, лорд-хранитель Фраги

Я живу во Мраке. Видеть ее каждый день, знать, что она неравнодушна ко мне и не замечать ее робких попыток сблизится, худшая пытка из возможных. Но я не вправе, я не могу позволить себе этого. Не сейчас. Я не могу смотреть на нее открыто, но сегодня, стоя в тени, я упивался восхищением и горечью. Куда она собралась, в этом платье, похожая на цветок? Зачем берет с собой Лентолета в парадном облачении? Не важно. Важно, что она смеялась.

А потом, леди и ее эскорт выехали из крепости, и я поднялся на стену. Тэйе была прирожденной наездницей. Для того чтобы так управлять этим жутким животным, едва заметными движениями рук, заставляя ровно идти вперед, причем не шагом, не рысью, а вот так быстрым галопом, надо просто родиться в седле.

Тэйе диа Агомар

Поднявшись на вершину холма, мы остановились. Все молчали. Я обернулась и кивнула Лену, пора приводить наш план в исполнение.

— Останетесь здесь, — велел он пятерым сопровождавшим нас Теням. — Будете ждать нас.

Никто из них не посмел ослушаться.

Когда мы отъехали, я хотела еще раз повторить Лентолету и Томи, как важно выполнить все то, что мы задумали, но передумала. И только ободряюще улыбнулась своим спутникам.

Со стороны могло показаться, что мы бесцельно передвигаемся по равнине, но на самом деле все ждали сигнала Гру. Наконец, норд кивнул.

— Мы можем ехать, в нашу сторону уже никто не смотрит. Только делать это нужно быстро. У нас несколько минут, чтобы скрыться, — Хранитель вздохнул.

От того, как быстро мы сумеем спуститься с холма и повернуть, зависело очень многое. Дозорные на башнях и оставленные нами Стражи не должны были видеть, в какую сторону мы поехали.

Я взглянула на своих спутников. Лентолет и Томи, верхом на быстрых тонконогих лошадях, ждали приказа Хранителя, заметно нервничая.

— Ну, Барби, приготовься. Постарайся не отстать! — прошептала я на ухо гроги.

В ответ она презрительно фыркнула, обнажив клыки, и шумно задышала.

— Пора, — почти пропел Гру.

Мне говорили, что гроги, преследуя добычу или убегая, могут двигаться очень быстро, но я и представить себе не могла, что это будет настолько стремительно. Барби распласталась над землей и так быстро перебирала ногами, что толчки следовали гораздо чаще, чем у обычной лошади, бегущей полным галопом. Она не бежала, не скакала и не мчалась — она текла. Только мышцы, ходившие под шкурой, говорили о том, что она двигается. Слететь на землю при такой скорости означало верную смерть, и поначалу я судорожно цеплялась за поводья, проклиная дамское седло. А через несколько минут, расслабилась. Тягучее, струившееся движение не подбрасывало меня, а плавно покачивало. Это был полет! Это так захватило меня, что я почти забыла о главном. Барби остановилась сама, совсем рядом с лагерем акадзомэ. Через несколько минут меня догнали остальные. Лошади тяжело дышали, роняя клочья пены. Барби плюнула в их сторону и потянулась к ближайшему кусту.

— Эта тварь быстро бегает! — выдохнул Гру.

— Зачем ты так! — сказала я, успокаивая оскалившуюся гроги. — Малышка, он не хотел тебя обидеть.

Хранитель скривился.

— Больше не устраивай таких гонок, девочка, это очень опасно!

— Я и сама не ожидала, что Барби такая быстрая. Я как будто летела! Это было так здорово, Гру!

— Так и лошадей загнать недолго!

— Гру, перестань. Ну как ты, Лен? Ты все помнишь?

— Со всем уважением, леди, — оборвал меня страж. — Я дал слово и выполню все, что от меня требуется! Может, ты помолчишь?

Киова Симарун Аквайо Итогава Кай лорд Акадзомэ

Я старался сосредоточиться на песне моря, звучавшей совсем рядом. Это всегда помогало, но не теперь. Едва мой корабль отошел от пристани Каиссы, я понял — все напрасно! Напрасно я придавал такое значение тем странным снам, что снились мне почти каждую ночь. Там, за стенами дворца, я хотя бы спал! Тут был лишен и этого.

Четыре раза рассвет заставал меня на вершине холма. Я смотрел, как восходящее солнце прогоняло утренний туман и огромный замок, всплывая над долиной, напоминал о старом позоре. Долгие часы, я не отрывал глаз от Серых Башен. Где-то там, за неприступными стенами была Нисса. Вот и сейчас, ярость, горечь утраты и стыд сплелись в моей душе в тугой узел. Вернувшись в лагерь, я тотчас же уединился в своей палатке. Лицо Властителя, никогда не должно выражать ничего кроме холодной отчужденности. Какие-либо чувства — непозволительная роскошь для Высоких лордов Акадзомэ. Чувства — удел слабого. Проявляя их, ты даешь своему врагу грозное оружие. Разве мой дед, Хокку, не поплатился за это? Дружба с Фраги принесла ему позорную смерть. Ему и всем его потомкам, кроме меня. Всю жизнь я делал один осторожный выбор за другим, не допустив ни одной ошибки. Мне почти не пришлось убивать на пути к трону, за меня это делали другие, всегда к моей выгоде. Моя мать, мечтавшая о власти, может гордится своим сыном, мои права никто не осмелился оспаривать, пока… Ни один из лордов-хранителей Акадзомэ, кроме пожалуй, опозорившего себя Хокку, не правил больше шести лет. А со времени моей коронации прошло уже пять с половиной. Вот если бы я получил Ниссу! Я глубоко вздохнул, стараясь отогнать ненужные мысли. Эта поездка была ошибкой, нужно возвращаться, но сначала надо успокоиться. Медитация не помогала, напряжение росло, и я покинул палатку. Десять моих Теней слаженно поклонились. Через несколько минут все закончилось и только один из них оставил мне небольшую царапину. Скучно. Я закрыл глаза, представляя, как лепестки диких роз падают в маленькие водопады в дворцовом саду. Дыхание замедлилось и стало глубже. Я уже не слышал шума волн и приглушенных стонов охраны. Только тихий шелест падающих лепестков, их тонкий аромат… Но состояние блаженного равновесия было нарушено.

— Господин, — мой личный слуга, опустился рядом со мной на колени.