Признание шефа разведки - Вудворд Боб - Страница 131

Кейси выступал за операцию. Сделка будет осуществлена быстро, и, если первые поставки оружия результатов не дадут, дело прикроем. Иран играет особую роль в мировых делах, он занимает уникальное географическое положение, находясь в подбрюшье России. США не могут повернуться к нему спиной, позволить ему подпасть под советское влияние.

— А что можно сказать об иранском посреднике Горбанифаре? — спросил кто-то. — В срочном сообщении ЦРУ от 1984 г. он был назван талантливым фальсификатором. Можно ли использовать таких людей, доверяться им?

— Но Горбанифар помог освободить три месяца назад Уира, — ответил Кейси. — У него отличные контакты в Иране, и, хотя он не прошел в свое время проверку на полиграфе, можно проверить его еще раз.

Мнения членов группы разделились, но у всех создалось впечатление, что президент выступает за продолжение операции.

Через четыре дня, 11 января, Горбанифар прибыл в Вашингтон, и вечером в отеле «Фор сизонс» ЦРУ подвергло его проверке на детекторе лжи. Результаты проверки поступили к Кейси. На 13 из 15 поставленных вопросов Г орбанифар дал лживые сведения. Несомненно, это фальсификатор и махинатор и его деятельность может принести ущерб интересам Соединенных Штатов.

Кейси приказал Чарли Аллену провести беседу с Горбанифаром. 13 января беседа состоялась и продолжалась пять часов. Вскоре доклад на девяти страницах был представлен Кейси. В нем говорилось, что Г орбанифар «чрезвычайно эмоциональный и энергичный человек, имеет о себе очень высокое мнение, которое целесообразно постоянно поддерживать. Интеллигентный человек. Нажил солидный капитал на поставках оружия и предоставлении «других услуг». Он прямо говорит о том, что надеется получить от договоренности с США».

Что касается заложников, то, по сообщению Аллена, Горбанифар «готов работать по этому вопросу с Белым домом. Эти усилия следует предпринимать вне связи с другими вопросами».

«У нас имеются убедительные данные, что Г орбанифар близок к премьер-министру, министру по делам нефти и другим высокопоставленным должностным лицам. Однако он, несомненно, преувеличивает свои возможности».

«Самым неудачным обращением с Горбанифаром была бы попытка поучать его».

На следующий день вечером Кейси встретился с Нортом и пояснил ему, что Уайнбергер будет ставить палки в колеса до тех пор, пока Пойндекстер не скажет ему, что президент выступает за продолжение инициативы в отношении Ирана, причем без задержки. Кейси предложил созвать совещание. Оно состоялось 16 января в кабинете Пойндекстера. Присутствовали Споркин, Кейси, Уайнбергер и Миз. Министр юстиции Миз заявил, что, по его мнению, в соответствии с предлагаемой директивой задержка с уведомлением конгресса об этой операции вполне законна. Конгресс проинформируют после отъезда заложников из Ливии. В то же время все согласились с тем, что президенту следует выступить в конгрессе с оправданием своих действий, даже если это будет грозить его пребыванию на своем посту.

На следующий день президент Рейган подписал директиву, разрешающую продажу оружия Ирану по линиям ЦРУ. Ее единственный экземпляр Пойндекстер положил в свой сейф. Заместитель директора ЦРУ по оперативным вопросам Клэр Джордж прочитал директиву в кабинете Пойндекстера в Белом доме. ЦРУ потребуется продать Ирану 4508 ракет «Тоу». А с Горбанифаром Джордж не хотел связываться. И прежний опыт работы с ним, и последняя проверка на полиграфе, когда Г орбанифар назвал правильно лишь свое имя, говорили, что он может подвести.

Кейси взвесил все «за» и «против». Горбанифар, конечно, мошенник, и у ЦРУ была полная возможность убедиться в его ненадежности. Но в этом канале было что-то, что срабатывало. «Все-таки стоит попытаться, — сказал Кейси, — ничто другое не действует. Посмотрим, что получится. Если он не выручит заложников, прикроем дело».

Для ознакомления с директивой Макмагон направился к Пойндекстеру. От советника по национальной безопасности он узнал, что есть намерение снабжать Иран и разведывательной информацией, чтобы помочь ему в войне с Ираком.

— Но это может дать ему преимущества в ведении наступательных операции, — с возмущением заметил Макмагон, — и привести к катастрофическим последствиям. ЦРУ уже дает иракцам информацию о положении на фронте. Может ли ЦРУ, администрация предоставлять разведданные двум сторонам? Это уже верх цинизма.

— Передача разведывательной информации способствовала бы установлению доверия, — настаивал Пойндекстер, — а первая тысяча ракет проверила бы действенность канала по освобождению заложников.

Макмагон был непреклонен.

— У нас появилась возможность, которую мы не должны упускать, — говорил Пойндекстер, прямо не отвергая доводов Мак-магона. — Мы должны продолжить ее использование. Если не получится, все, что мы потеряем — немного разведывательной информации и 1000 ракет «Тоу». А если сработает, тогда, возможно, мы многое изменим на Среднем Востоке.

Макмагон помчался обратно в Лэнгли и по телеграфу связался с находившимся за границей Кейси. Кейси подтвердил, что знает об этой операции и одобряет ее.

Макмагон убедил Норта передавать Ирану не всю информацию о положении на фронте, а только часть ее. Этого было достаточно для демонстрации доброй воли, не способствуя в то же время достижению Ираном военного перевеса. Норт с ним согласился.

23 января около 5 часов вечера Пойндекстер, прямой, строгий, с перекинутым через руку зимним пальто, вошел в редакцию газеты «Вашингтон пост» и проследовал в кабинет Брэдли. У нас была статья о Ливии, которая должна была пойти в следующем номере газеты. В ней говорилось, что президент секретно направляет в Каир генерал-лейтенанта Дейла Вессера, начальника группы планирования Объединенного комитета начальников штабов, для продолжения разработки секретного военного плана нанесения совместного удара по Каддафи (операция «Роуз»), Пойндекстер заявил Брэдли, что опубликование этой статьи ограничит действия президента в отношении Каддафи и терроризма. При объявленной войне, а обстановка близка к таковой, ни одна американская газета не решилась бы на публикацию статьи, в которой раскрывались секретные планы. Если статья будет опубликована, египтяне отвергнут миссию Вессера. Пойндекстер сказал, что план гораздо обширнее и сложнее, но «Вашингтон пост» раскрывает его основные положения. Пока ничего не решено, заявил адмирал.

Брэдли ответил, что ему непонятны ссылки Пойндекстера на национальную безопасность, если президент не планирует ничего серьезного. Перед уходом Пойндекстер просил Брэдли держать его в курсе дела относительно возможной публикации этого материала.

После определенных раздумий Брэдли решил упомянуть о миссии Вессера в статье, где говорилось о направлении двух авианосцев с кораблями сопровождения к берегам Ливии для проведения учений. В пятом абзаце статьи были такие слова: «Рейган приказал «направить в Египет эмиссара для продолжения обсуждения вопросов о координации возможных военных действий».

Брэдли позвонил Пойндекстеру и проинформировал его об этом. В статье не упоминалась фамилия Вессера и не говорилось ничего о намеченном на следующий день его отъезде в Египет. Пойндекстер резко возражал: статья приведет к аннулированию секретной миссии Вессера, поскольку египтяне очень болезненно воспринимают утечку информации.

В Белом доме Пойндекстер готовил Совет национальной безопасности отреагировать соответствующим образом на публикацию статьи.

На следующий день все средства массовой информации сообщили о планах проведения военных учений у берегов Ливии, и упоминание в «Вашингтон пост» не названного по имени эмиссара прошло незамеченным.

Запросов от прессы в Белый дом не поступало. Не было звонков и из посольства Египта ни в государственный департамент, ни в Совет национальной безопасности. Пойндекстер был удивлен. Когда кто-то из сотрудников Совета национальной безопасности спросил, что делать, Дон Фортьер, заместитель Пойндекстера, вызвав общий смех, ответил: «Наложите эмбарго на отправляемые в Египет экземпляры «Вашингтон пост».