Душа пламени (СИ) - Сотникова Юлия Олеговна - Страница 103

- Думала сможешь обмануть меня, тварь?!

Таким райта я еще не видела. Никогда прежде на меня он не смотрел с такой ненавистью, исказившей любимые черты, никогда в глазах его я не видела презрения и всепоглощающую жажду расправы. Расправы надо мной. Это больно. Больно настолько, что из глаз потекли слезы, стекающие на его ладонь, а силы на то, чтобы бороться закончились. Не узнал... Не поверил... Все напрасно? Видимо. Так чего он ждал? Почему не сверул шею, как многим до меня? Почему продолжал с ненавистью вглядываться в лицо, что хотел найти?

Рывок, полет и острая боль яркой вспышкой разорвавшаяся в голове. Судорожный вдох, и хрип, невольно вырвавшийся из израненного горла. Что произошло? Не знаю... Лишь невыносимый звон в ушах и боль, сопровождающая каждое движение. Звуков нет, лишь звон, с каждой секундой становившийся все нестерпимей. А рука, поднесенная к голове, нащупала влагу. Кровь?

Новый рывок заставляет едва не потерять сознание от дикой боли, и я все же решилась открыть глаза, чтобы посмотреть на своего обидчика. Во взгляде райта ничего, кроме ярости, боли, непонимания и затаенной обиды, а губы что-то зашептали. Или закричали? Не слышу... Ничего, кроме звона, вызывающего боль и тошноту. Боги, как же хотелось закрыть глаза и исчезнуть, лишь бы не чувствовать, лишь бы сбежать от ненависти в этих родных глазах. Больно уже не физически, она прочно угнездилась глубоко в сердце, заставляя чувствовать то, что сейчас чувствовать я не имела права. Заставляя жалеть о сделанном выборе.

И снова встряска, заставляющая застонать, вот только собственного стона не услышала. А он снова что-то сказал, но уже не мне, кому-то за моей спиной, но разве это важно? Сознание медленно уплывало, но я держалась, не позволяя себе окунуться во мрак забвения. И с какой то злой иронией поняла, что эта ситуация мне что-то сильно напоминает. Деревня, пламя, ужас и боль, звоном отдающаяся в голове. Тот же Драйг, удерживающий меня на своих руках, вот только тогда он смотрел на меня по-другому, в тот момент ненависть пылала в моем взгляде. Действительно ирония - вновь лишиться слуха из-за одного и того же Драйга.

В одно мгновение что-то изменилось. Черты лица райта хищно заострились, во взгляде мелькнуло изумление, а потом... Даже в полумраке ночи я разглядела, как он побледнел, а в глазах застыл такой ужас, что сердце сжалось в ожидании беды. Но вместо нападения меня медленно, как хрустальную вазу, опустили на землю и, дотронувшись до щеки, заглянули в глаза. Он что-то спросил, а я с каким-то злорадством усмехнулась, принципиально не отводя взгляда. Что еще хотел узнать райт? Уличить в пособничестве Валиану? Снова облить ненавистью? Слишком плохо мне было для таких игр, слишком пусто в перегоревшей душе.

Голова налилась свинцом и я, наверное, упала бы, не подхвати меня сильные руки. Зачем он меня мучал? Почему не оставил на земле? Почему не добил, хотя бы из жалости?

Руки, прижимающие меня к мужскому телу, дрогнули, и я поняла, что кажется, думала вслух, но не пожалела. Мы куда-то шли, точнее шел Диллан, а устроилась у него на руках, отчаянно борясь с тошнотой и дикой головной болью. Куда он шел? Почему решил оставить меня в живых, если не верил? Впрочем, не важно. Единственное, чего сейчас хотелось - пламени, хоть небольшого огонька, способного избавить от боли, родной стихии, всегда готовой принять, утешить и залечить раны.

И внезапно для себя я его почувствовала. Не маленький огонек, огромное пламя, чувствующее мою боль, и оттого еще более яростное, смертоносное для людей, посмевших обидеть его дитя. Совсем рядом, прямо за этими стенами, стоит лишь немного напрячься и...

Резко вскинувшись, запретив себе думать о раздирающей боли, кровавой пеленой застилавшей глаза, я оттолкнула райта и спрыгнула на ледяной каменный пол, тут же обернувшись, чтобы не выпускать Драйга из поля зрения. А тот замер, изумленно глядя на то, как медленно и настороженно я оглядываю длинный дворцовый коридор. Какого лешего он притащил меня во дворец?! Боль накатывала волнами, заставляя морщиться, но сдаваться я не собиралась.

- Кайр?

Не знаю, услышал меня Драйг или нет, но тут же медленно вышел вперед, обходя застывшего Диллана. Так вот с кем переговаривался райт в парке.

Он что-то сказал, заставив меня застонать от досады.

- Не слышу. Мне нужен огонь. Он близко, на улице. Пожалуйста.

Надеюсь, слова я произнесла правильно, однако смысла моей просьбы, судя по хмурому взгляду, друг явно не понял. А я начала злиться, видя, что ни один из них не шевельнулся, чтобы пропустить, позволить выбраться наружу. А вместе со злостью пришел огонь. Не тот, что был мне нужен, а мой внутренний, забирающий последние силы. Он отразился в моих глазах, искорками промелькнул меж волос и устремился к наследнику, заставив интуитивно отпрыгнуть в сторону. Именно это мне и требовалось, чтобы мгновенно собравшись, со всех ног помчаться туда, куда стремилась моя душа.

Пытались ли меня перехватить? Пытались и не раз, заставив образовать вокруг себя кокон пламени, стоивший мне, пожалуй, слишком много сил. Только бы продержаться, только бы успеть. И это не было прихотью, я прекрасно понимала, что в условиях войны, когда на каждом шагу можно попасть под удар, слух был мне жизненно необходим. Да и удар в голову сделал скорее обузой, а этого нельзя было допускать.

Из здания, ведомая внутренним зовом, я выбралась довольно быстро и тут же облегченно выдохнула, найдя взглядом пылающие конюшни. Огонь. Совсем близко, всего в несколько десятков шагов, и я уже чувствовала ласковое ободряющее тепло, обещающее спокойствие и радость, защиту. Но... Силы закончились, и я рухнула на землю, понимая, что встать уже не смогу. Ну что ж, вот и плата за самонадеянность.

Моей щеки коснулась чья-то ладонь. Хотя кого я обманывала, ведь прекрасно знала, кто это, стоило Диллану лишь приблизиться. Это он перестал чувствовать меня, не я. Приподнял за плечи, откинул слипшиеся волосы с окровавленного лба, едва ощутимо полопал по щеке, видимо пытаясь заставить открыть глаза. Но увы, мне это было не под силу. Тело налилось свинцом, прижимая к земле, а в голове крутилась единственная мысль, что огонь так близко и так...далеко.

А потом меня отпустили, и спустя мгновение ладоней коснулся жар, медленно распространяющийся по всему телу, принося облегчение и восстанавливая силы. Боль отступила, а до слуха донеслось ласковое потрескивание костра, показавшееся мне прекраснейшей музыкой. Всего пару минут, ровно столько я позволила себе нежиться в исцеляющем огне, прекрасно зная, что этого вполне достаточно, а после открыла глаза и села, тут же отыскав взглядом застывшего за пламенной границей мужа. Проследила за огненной дорожкой, протянувшейся ко мне от конюшен, и поняла, что вновь обязана Отцу за помощь.

- Ты в порядке? Слышишь меня? - Это уже приблизившийся Кайр.

- Слышу, - поднявшись на ноги и убедившись, что в ближайшее время не собираюсь рухнуть от бессилия, с легким недоумением обнаружила, что абсолютно обнажена.

Удивляться нечему - это для меня огонь безопасен, ткань же оставалась всего лишь тканью, легко разрушающейся под воздействием пламени. Вот только перспектива разгуливать по городу голой мне не понравилась.

- Плащик не раздобудешь? - представив, в каком виде предстала перед мужчинами, тут же опустилась на землю и притянула колени к груди, хоть как то скрывая наготу. Ладно Диллан, он все уже видел, а вот перед Кайром мне было неловко, даже несмотря на то, что в данной ситуации смущаться в принципе было глупо.

А наследник, поняв, что обращалась я к нему, мгновенно исчез, оставив нас с райтом наедине. Да уж, романтика - обнаженная дева в самом центре огромного огненного цветка, мрачный окровавленный мужчина и гора трупов.

Он молчал, не отрывая от меня пристального взгляда, я же просто не знала о чем говорить. Спросить, поверил ли что я это я? Глупо. Если бы не поверил, просто убил бы. И теперь сожалел о том, что не узнал сразу, о том, что испугал и причинил боль, переживал, съедая себя изнутри. А я не могла утешить хотя бы потому что в этот раз он действительно напортачил. Не важно, что Диллан напал на меня, хотя, следовало признать, что то, с какой ненавистью он сжимал мое горло, запомниться надолго. Куда страшнее для меня было то, с какой легкостью он перешагнул через жизни ни в чем неповинных людей.