Судьбы (ЛП) - Бросс Лейн - Страница 6

Парочка останавливалась на каждом шагу и начинала самозабвенно целоваться.

Целоваться – понятие, прежде незнакомое Коринфии.

Она смотрела, как рука парня медленно скользит вверх по крестьянского стиля белой блузке девушки к её волосам. Странное чувство охватило Коринфию, точно такое же, как при прикосновении того парня в машине. Она отвернулась и прижала руку к желудку. Раздался тихий звон колокольчика и то поток лап по камню- на нее уставились бусинки глаз собачки.

Коринфия широко улыбнулась. Она присела на корточки и, зарывшись пальцами в теплую шерсть собаки и вдыхая запах живого существа, поцеловала его влажный нос.

– Эй, малыш, – прошептала она. Девушка почувствовала радостное биение жизни прямо под кончиками пальцев. Энергия, согревающая тело. Но она была осторожна. Как бы не почерпнуть её...

В Пираллисе она видела и знала много животных, но у неё никогда не было своего питомца. В её городе ничто никому не принадлежит и тем не менее каждый и всё принадлежат великому порядку. Здесь, в Гумании, она обнаружила некую связь с животными. Казалось, у них общее понимание, общий язык нужды. Язык, который невозможно выразить человеческими словами.

Собака приветливо тявкнула, отзываясь на ласку девушки.

– Сэмми! Сэмми! – прозвучал голос с другой стороны колонны. Собака побежала на зов хозяйки.

Коринфия выпрямилась и вслушалась в звук их отдаляющихся шагов парочки. Затем поспешила к центру круглого здания. Сквозь сотовидный потолок мягко струился свет луны, а через арки и прореди кустарников подмигивала сверкающая золотом лагуна. Напряжение отпустило-дело сделано.

Она приблизилась к самой дальней арке, что располагалась у самого берега лагуны. Cлабое жужжание, едва различимое для человеческого слуха – наполнило воздух. Это был звук маленьких Вестников, растворяющихся в воде. Светлячок затрепетал в ее ладони и Коринфия со вздохом облегчения выпустила маленькое существо на свободу.

Посланник сразу же оживился и присоединился к тысяче себе подобных, каскадом сверкающих комет падающих в воду. Послышалось слабое шипение от угасания света крошечных крыльев. На месте исчезнувшего светлячка вынырнул крошечный прозрачный стеклянный шарик, который уже через несколько секунд пропал из виду.

Знакомая боль воспоминания: она снова пробирается по реке Пираллиса вместе с сестрами подбирает прозрачные шарики, отделяя темные несовершенные, позволяя прозрачным шарикам дрейфовать дальше к краю водопада. Нежно-сиреневый свет луны освещал кожу ее рук, перебирающих невесомые шарики, которые плавно перестукивались меж собой, покачиваясь на волнах.

Большинство судеб не требовали внимания - они могли сами осуществляться, но с темными поврежденными шариками дело обстояло иначе- их следовало отдавать Посланникам. Хотя она так и не узнала, что с шариками случилось после этого, но была твердо уверена, что их с сёстрами действия сохраняли вселенную в равновесии.

Они должны были сортировать несовершенные стеклянные шарики и доставлять их Посланникам. Но сестры-Судьбы также превратили это в игру: побеждает тот, кто в течение дня найдёт больше таких частей.

Её сёстры – Алексия, Алессандра, Беастриса, Бриенна, Калисса... вспоминают ли они Коринфию?

Девушка ощутила прилив страстного желания: она знала, что в лагуне находится Перекрёсток, обратный путь в Пираллис. Именно так Посланники путешествовали между мирами. Она часто мечтала, как пустится в плавание, последует домой.

Кричали бы её сёстры от радости? Вспомнили бы её спустя столько времени?

Её не оставалось ничего, кроме как – ждать. Она была изгнана за то, что когда-то пренебрегла законами вселенной. Она не могла вернуться в Пираллис без разрешения Невидимых.

Она стояла на берегу лагуны, задумавшись о других светлячках-судьбах, большая часть которых исполнилась без чьей-либо помощи.

В первые её дна на Гумане (так люди называют Землю), Миранда отвела её к лагуне прямо перед восходом солнца. Они безмолвно смотрели на двух Посланников, мерцающих зелёным светом. Они нырнули в воду перед ними. Свет погас, а на их месте наружу выплыли невесомые стеклянные шарики.

– Утром мы их собираем, – Миранда сгребла охапку стеклянных шаров и передала их Коринфии. – А ночью мы посылаем обратно осуществлённые.

– Осуществлённые? – спросила Коринфия. Это было до того, как она узнала о миссии Исполнителей, и что от них требовалось. И до того, как она узнала, что стала одной из них.

Коринфия взглянула на стеклянные шарики в своих руках. Они были тёмными. Она сразу поняла, что их отобрали её сёстры Судьбы, а Посланники перенесли их сюда. Ещё она знала, что она больше не Судьба.

– У тебя новая работа здесь, на Гумане, – словно читая её мысли, сказала Миранда. – Сегодня не так уж много шариков, но будет утро, когда их будет несколько дюжин. И в эти дни тебе придётся работать быстро.

Миранда объяснила, что меньше шариков прибывает в мир людей, когда вселенная находится в полном равновесии. А это значит, что судьба осуществляется по естественному порядку.

– А те другие шарики в Пираллисе? Те, которые исчезают за краем водопада?

– Не думай о них, – мягко ответила Миранда. – Это не твоя забота.

Но годы шли, а Коринфия всё думала о них. Те шарики олицетворяют смерть и рождение, влюблённость, происшествия и случайные встречи.

Действительно, это не должно иметь значения. Как Исполнитель она должна выполнять приказы, а не заботиться о людях, которых это касается. Тем не менее, стеклянные шарики всегда приковывали её внимание. Такие маленькие сосуды, содержащие огромные жизни и возможности.

Она слишком любопытна, запрещённое уж больно зачаровывает её. Любопытство - вот причина ее изгнания на Гуману. Невидимые – неизвестные существа, контролирующие всю вселенную и обеспечивающие равновесие во Вселенной, отправили её на Гуману в наказание. Теперь она должна подчиняться им – завершать несовершенные судьбы.

Тем не менее, не таинственность и сила Посланников и стеклянных шариков зачаровывают её сейчас. Она думала о людях, о круговороте их жизней и смертей. Это беспокоило её так же, как и кровь на её виске.

Что-то меняется.

Она меняется.

Она должна поговорить об этом с Мирандой. У её Хранителя есть ответы на все вопросы.

Коринфия остановилась у северо-западной колонны и оглянулась, чтобы убедиться, что никто не подсматривает. На одной из колонн был выгравирован еле различимый прямоугольник. Одно крепкое нажатие- знакомый щелчок. Она быстро проскользнула приоткрывшуюся дверь.

Внутри большой колонны стояла почти кромешная тьма. Она стала спускаться по узкой лестнице, проводя пальцами по знакомым каменным выступам стен, тихо считая до тринадцати.

Коринфия часто задумывалась о других Исполнителях. На что похожи их дома? Были ли они спрятаны, как её дом? Жили ли они вместе, как люди? Она закрыла глаза и попробовала очистить разум. Миранда всегда говорит, что её голова забита ненужными вопросами.

Похолодало. В конце лестницы коридор превратился в ряд пещерообразных комнат. Поворот направо, с первого раза нащупала шнурок. Слегка потянула. Две лампочки вспыхнули под низким потолком, освещая пространство вокруг.

Много лет назад эти помещения использовались как запасник выставки Эксплораториума (популярный интерактивный научный музей в Нью-Йорке), но никто кроме Коринфии и Миранды не был там больше десяти лет. Коринфия прошла по земляному полу к избитой скамье дьякона, которая занимала большую часть одной стены. Она быстро зажгла несколько столовых свечей, и танцующие блики света и тени замерцали на стенах, поднимая настроение.

Дом, ее новый дом, крепкой мраморной плитой отгородивший от прежней жизни. Миранда сделала все, чтобы его благоустроить. Это были такие вещи, как тарелка , стоящая на стенде, заполненным разнокалиберными баночками-скляночками, или деревянный шкаф с вмятинами, который они пытались вмуровать в трещину в стене, небольшой умывальник, небольшой сосуд для кипячения воды для чая. Через месяц после того, как Миранда привела ее сюда, Коринфия пожаловалась, что грязный пол очень холодный. Миранда приобрела им огромный потертый восточный ковер, который занял большую часть комнаты. И хотя он был слегка потертый и выцветший, с одинаковыми скучными оттенками коричневого, но Коринфия полюбила снимать свою обувь и гладить пальцами ног поверхность ковра. Если она закроет глаза и сконцентрируется, то сможет даже притвориться, что гуляет по мягкому мху, который покрывает землю Пираллиса.