Возвращение короля Коболда - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 57

Карлик схватил противника за руку и резко потянул на себя. Зверочеловек согнулся пополам, трахнувшись головой о каменный пол.

— Неплохая работа, — одобрительно крикнул Род. — Вот потому-то я и нокаутировал обе половинки всякой пары. Отделить друзей от врагов мы можем и позже.

Йорик закончил связывать Мугорка, словно тушеное мясо, и повернулся вступить в бой, но как раз когда он это сделал, Векс, пригвоздил последнего зверочеловека.

— У-у! Вечно я упускаю самое забавное!

Род огляделся в огромной пещере и увидел, что в ней не осталось ничего стоящего, за исключением его самого, Брома, Векса, Йорика и Магнуса. Хотя Магнус на самом-то деле, собственно говоря, не стоял; он парил над лежавшим без сознания зверочеловеком, лепеча:

— Спит?

— Эй, мы победили! — Йорик, вытянув руку, обошел инертное тело Мугорка и продолжил обход, сворачивая все дальше и дальше ко входу в пещеру, пока шел к Роду. Внезапно Род сообразил, что Йорик отводит его взгляд от глубины пещеры. И резко развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как черный дверной проем семь футов на три позади чудовища засветился, ожив. Свет его показал невысокого искривленного человека. Ниже шеи он походил с виду на карикатуру на Ричарда III — изумительно сухопарое тело с горбатой спиной, высохшей рукой, укороченной ногой — и настолько худое, что казалось почти хилым.

Но голова!

Он приковывал внимание, внушал повиновение. Голубые как лед глаза пронзили Рода ответным взглядом из-под кустистых седых бровей. Над ними подымался высокий, широкий лоб, увенчанный гривой седых волос. Лицо представляло собой сплошные неровности и углы с лезвием носа посередине. Это было продолговатое лицо с острыми чертами, лицо ястреба…

Лицо орла.

Род уставился на него, наэлектризованный, когда фигура начала меркнуть, таять. Как раз когда она стала прозрачной, уголки рта загнулись кверху в сардонической улыбке, и фигурка подняла руку, отдавая честь. А затем пропала, и «дверной проем» потемнел.

— Впечатляет, не правда ли? — пробормотал позади него Йорик.

Род, моргая, медленно повернулся.

— Да, действительно. Очень. — Он еще с миг пристально смотрел на Йорика, а затем снова повернулся к «дверному проему». — Машина времени?

— Конечно.

Род повернулся обратно.

— Кто он? Только не говори мне, что Орел. Это вполне очевидно.

— Там, в лаборатории времени, мы зовем его Док Энгус, — предложил иной ответ Йорик. — Хотя ты не мог слышать о нем. На этот счет мы очень осторожны. Официально он числит на своем счету охапку мелких патентов, но крупные вещи он хранит в тайне. Те попросту обладали чересчур большим вредоносным потенциалом.

— Такие, как машина времени?

Йорик кивнул.

— Ее изобрел он.

— Значит, — Род с трудом подыскивал слова, — анархисты... тоталитаристы...

— Они украли схему, — горестно покачал головой Йорик. — А мы-то считали свою систему безопасности такой надежной! Проделали это они на самом-то деле довольно находчиво... — Тут он увидел выражение лица Рода и умолк. — Ну, как-нибудь в другой раз, может быть. Но стоит сказать, что Док Энгус взбесился на них — по-настоящему взбесился.

— И поэтому решил бороться с ними везде, где только может?

Йорик кивнул.

— В стотысячном до н. э., в миллионном до н. э., в миллионном н. э. — называй любую дату.

— Для этого, конечно, потребовалась немалая организация.

— Разумеется — и поэтому он создал ее и нашел способы сделать ее самофинансируемой.

— И если он борется с анархистами и тоталитаристами из будущего, — медленно произнес Род, — то он тогда, выходит, на нашей стороне.

Йорик кивнул.

Род в изумлении покачал головой.

— Ну и ну, вот это называется держать зуб на кого-то!

— Злость, — негромко рассмеялся Йорик. — На самом-то деле именно так и называется его организация — ЗЛОСТ, и означает это — Защита Личноправовая Особенно Самостоятельных Творцов с патентами.

Род нахмурился. Затем пришло понимание и нахмуренность превратилась в кислую улыбку.

— Я думал, ты сказал, что он не запатентовал машину времени,

— Это лишь еще больше взбесило его. Схема принадлежала ему, и им следовало б уважать его права. Но эти... даже не уплатили ему за право пользоваться изобретением! Поэтому он собрал нас воедино защищать патентные права, особенно его, вверх и вниз по всей линии времени — а демократия охраняет права личности лучше любой другой формы правления, в том числе и патентные права, поэтому...

— Поэтому он и поддерживает нас. Но как это увязывается с несколькими тысячами псионичных неандертальцев, скачущих по нашей планете?

Смущенный Йорик дернул себя за мочку уха.

— Ну, всему этому полагалось протекать совсем не так...

— Ты не против объяснить мне, как же ему полагалось протекать? — Голос Рода сделался опасно мягким.

— Ну, все началось с тоталитаристов...

Род нахмурился.

— Как?

— С помощью тектогенетики. — Йорик показал большим пальцем через плечо на Коболда. — Возможно, ты заметил, что они в ней порядком поднаторели. Будущее создало кое-какие классные устройства для генной инженерии.

Род кивнул, по-прежнему хмурясь.

— Ладно, готов поверить. Ну и что же они наинженерили?

— Неандертальцев с Дурным Глазом, — усмехнулся Йорик. — Они сварганили породу мутантных проецирующих телепатов и внедрили их по всей Земле. Рассчитывали, что они размножатся естественным путем и станут господствовать в любом обществе, в каком только они окажутся — фактически полностью захватят власть в свои руки. Положение тоталитаристов будущего сильно облегчилось бы, если б они сумели помешать демократии вообще когда-либо возникнуть.

Род содрогнулся.

— Безусловно, облегчилось бы. — Перед глазами у него промелькнуло видение того, как человечество развивается и продвигается вперед по длинному пути истории, всегда скованное волей сменяющих друг друга групп тиранов. — Как я понимаю, они генетически отличны от других неандертальцев.

Йорик кивнул.

— Скрещивание с обычными дает лишь бесплодное потомство. Поэтому они бы оставались меньшинством и не посмели бы ослаблять узду из страха быть стертыми в пыль не-пси.

Род начал понимать, что человечество побывало на волоске от катастрофы.

— Но вы сумели изловить их всех.

Йорик кивнул.

— Изловили их и сумели убедить все мелкие группы проецирующих собраться вместе. Тоталитаристы допустили ошибку, попросту дав сделать свое дело природе; они оставили их без надзора.

— Чего вы, конечно, не повторили.

— Ну, мы думали, что следим внимательно, — Йорик, казалось, смутился. — Но однажды ночью тоталитаристы сбросили на нас несколько штурмовиков, перебили большинство из отряда ЗЛОСТ и прогнали остальных, а потом установили машину времени и перегнали всех неандертальцев на Грамарий.

У Рода расширились глаза.

— Теперь все начинает обретать смысл. Каких действий они ждали от зверолюдей — немедленного захвата власти?

— Уверен, что именно его. По крайней мере, к тому времени, когда мы сумели снова найти их, они бегали в рогатых шлемах и говорили об уходе в викинги — и мне кажется, они не сами до этого додумались.

— Поэтому вы вдарили по силам тоталитаристов всеми имеющимися у вас средствами и снова похитили своих неандертальцев. Но почему вы не могли забрать их в какое-то другое место?

— Пожалейте бедных людей, милорд! Вы б хотели, чтоб они провели всю свою жизнь, служа шариками в космическом теннисе? Нет, мы сочли, что лучше будет разрешить им остаться и попробовать держать их под защитой. Мы выставили сильную охрану — но забыли про просачивание,

— Мугорк. — Род скривился. — Значит, он не настоящий неандерталец.

— О, он подлинный экземпляр, спору нет — точно так же, как и я!

Род уставился на Йорика. А затем медленно кивнул.

— Понимаю. Они «усыновили» его в раннем детстве и вырастили из него агента.

Йорик кивнул.

— План с дальним прицелом, но он окупился. Когда масло подлили в огонь, мы ничего не могли тут поделать. Приходилось либо перебить народ, который мы пытались сделать цивилизованным, либо бежать — и поэтому мы бежали. — На мгновение он сделался несчастным. — Сожалею, что мы оплошали.