Властелин летающего замка (СИ) - Хохлов Анатолий Николаевич - Страница 4

-- Служить? Поддерживать существование? С этим я согласен! -- фигура в белом балахоне поднялась и вскинула вверх руку. Под тканью длинного рукава, накрывающего кисть, можно было различить очертания крепко сжатого кулака. -- Но только служить мы должны не копанием в мусоре! Эти руины… даже если они безмолвны для всех остальных, для меня они стонут и плачут! Не я бросил этот мир на произвол судьбы, не в мое время он умирал, но… в мое время, сейчас, я, с моими силами, не желаю бросать погибающие миры! Как только сдам очередное подношение богам, я…

-- Не позволю. То, что ты задумал - верная смерть. Я тебя уже тысячу раз останавливал, и остановлю снова, если потребуется. Вздумаешь помогать мирам Олимпа, тебя сразу обнаружат, обвинят в пренебрежении обязанностями и уничтожат. А если вмешаешься в судьбы чужих миров… судьба твоя будет еще печальнее. Это расценят как предательство и выберут для тебя пытку, что внушает тебе наибольший ужас. Лучше меняй свое видение мира. Тебя не повышают и держат в мусорщиках не из-за того, что ты плохой воин, а из-за того, что ты - самовольный, свободолюбивый бунтарь. «Место бунтарей - в мусорной куче» - думаю, так говорят про тебя твои хозяева.

* * *

Вселенная Таксар, под протекцией Олимпа.

Гора Олимп, первый надземный ярус.

Год 615 с момента перерождения Андрона.

21 июня по временному потоку Олимпа.

Жители этих мест не ведают, что такое ночь. Сразу несколько солнц, кружа в бесконечном хороводе вокруг вершины горы, дарят этому миру бесконечный день.

Сияют в лучах солнц искристые водопады, зеленые леса и луга поднимаются по склонам в невообразимо далекие дали. Размеры горы измеряются астрономическими единицами и повсюду на ее склонах горят белыми искрами главные шпили верховных храмов. Оплот и сердце Олимпа, увидев величие которого, смертные, словно на подрубленных коленях, падают ниц перед своими владыками. Бесчисленное множество террас, на которых размещены целые страны и города на мириады и мириады жителей. Это не считая летающих островов и техногенных станций, что кружат вокруг горы в искусственных гравитационных аномалиях.

Места здесь хватает всем, даже можно найти отдельные, относительно пустующие уголки.

Две девушки в легких белых платьях спустились к глади широкого, кристально чистого озера и начали скользить у самой его поверхности, в непринужденной игре касаясь воды кончиками белых птичьих крыльев. Они кружили так минуты две, смеясь и играясь, пока всплеск пространственных искажений не отвлек их от веселья.

Гости?

Обе крылатые девы спустились к островку, что находился в центре озера и притаились за деревьями, наблюдая за парой чужаков, что вышли из развернувшегося портала и направились прямиком к алтарю расположенного на острове храма. Первой шла высокая, плечистая фигура, с ног до головы закутанная в бело-золотую ткань просторного балахона. Ангел нес на своих плечах неказистый фрагмент непонятной конструкции, в которой крылатые девы, присмотревшись, узнали обломок «Темницы душ». Во все времена, лучших ангелов боги подвергали репликации и хранили в «Темницах душ» матрицы для создания новых копий. В этом фрагменте - неповрежденная матрица какого-то героя далеких эпох? Видимо да, раз мусорщик, нашедший артефакт, притащил его своим хозяевам.

Фрагмент был нестабилен и время от времени выдавал энергетические всплески, грозя взорваться и потерять ценность. Держать его под контролем, своему хозяину помогал конструкт - оживленный и наделенный душой артефакт. Девушка в платье, переливающемся всеми цветами радуги, шла за фигурой в белом и перехватывала энергетические всплески, поглощая или возвращая их обратно в силовую структуру «Темницы душ».

-- Это - человек? -- спорила одна из ангелиц у своей подруги, глядя на фигуру в белом. -- Какой рослый! Настоящий великан!

-- Разве ты не знаешь, что мужчины после перерождения часто добавляют себе роста? -- со смешком, отозвалась вторая. -- Чтобы казаться величественнее и значительнее! Как будто рост может чем-то помочь в войне богов! Посмотри на него! Рослый, плечистый, а по рангу… кватарх! Первый, самый низший. Даже мы с тобой, меча в руках никогда не держали, а уже митроархи!

Делая вид, что ничего вокруг себя не замечают, чужаки водрузили свое подношение на алтарь и фрагмент, засияв ярким светом, исчез. Оценен, одобрен, принят. Отправлен в хранилища богов.

-- А конструкт у него ничего так. -- снова сказала одна из ангелиц. -- Красивый и сильный. Впервые вижу конструкта, который был бы сильнее своего хозяина!

-- Их сила зависит не столько от создателя, сколько от материала, из которого конструкт сделан. Даже сейчас видно, что она - творение драконов. От драконов в ней гораздо больше, чем от своего создателя!

-- Странно только что такой сильный конструкт от слабого хозяина не сбежал. Управляющих структур вроде бы нет. Неужели… держит любовью?

Девушки захихикали, представляя романтические отношения между ангелом и его созданием, а объект их внимания и насмешек, фигура в балахоне, сделал своей помощнице знак рукой и она спешно ретировалась, канув в развернувшееся пространственное искажение. Ангел остался один.

Глубоко вздохнув, он поднес руку к своей груди и содрогнулся. Из его тела поднялся алый сгусток энергии. Слабый, почти угасший. Последние искры едва теплились в нем, но они разгорелись ярче, когда ангел поднес его к алтарю. Силовые нити потянулись от алтаря и начали наполнять сгусток новой энергией.

Дело это было обычным для любого воина или слуги Олимпа, ангелицы не придали действиям чужака никакого значения и продолжили весело пересмеиваться.

-- А мусорщики, оказывается, могут найти действительно стоящие вещи! Как думаешь, стоит завести с ним знакомство? Несчастный низший, он, наверное так одинок! Поглажу его ладошкой по плечу, и он мне, на радостях тоже что-нибудь интересное и удивительное из мертвых миров притащит! Вроде тех кристаллов, из которых конструкта себе сделал.

-- Заманчиво, конечно, но если мы хотя бы близко к мусорщику подойдем, на нас все косо смотреть начнут! Это же… это же… низший класс! Дно, ниже которого только «Поток грешников»!

-- Да не пугайся ты так, я же пошутила! Чтобы я к ущербному подошла? От него же вонь такая, что листва на деревьях вянет! Рядом с таким пройдешь, потом по всему телу язвы расползутся! Полетели отсюда?

-- Да, пока он здесь, будем держаться от острова подальше. Надо нашим прислужницам сказать, чтобы дорожку к этому храму помыли и ветра свежего принесли. После такого-то посетителя!

Но улететь они не успели. Почувствовав прибытие нового гостя, крылатые девы решили задержаться, за что и были вознаграждены.

Пространственное искажение, из которого появился воин богов, переливалось багрово-алыми тонами. Огненные крылья взметнулись высоко вверх и хлынули водопадами на окружающий мир. Они не жгли, дарили мягкое тепло и свет, но лишь потому, что архангел был в своих владениях и близ него были лишь верные слуги Олимпа. Будь он в окружении врагов, пламя крыльев серафима в миг сожгло бы их всех в пепел и развеяло бы души до полного, безвозвратного уничтожения.

-- Серафим! -- в изумлении и восхищении, ангелицы пали ниц перед верховным воином богов, а тот прошел мимо, не удостоив их даже взглядом. -- Великий серафим! Он снизошел на нижние уровни! Не может быть! Невозможно! Своими глазами увидеть его…

Ангел в балахоне тоже пал ниц, но даже малой толики восхищения не возникло в его душе, хотя воин в сияющих доспехах действительно был величественен, грозен и прекрасен. Встреча с богом или архангелом были для него крайне нежелательны. Неужели высшие среагировали на крамольные речи и полную возмущения болтовню низшего служителя? Или… или решили спросить с него за дружбу с ангелом другого ордена? Но до сих пор все же было в порядке! Сотни лет! Сотни лет они закрывали глаза на его «ересь», а теперь…