Осенний фестиваль (ЛП) - Хаггис Кристофер - Страница 16

Еще здесь был Джулиан. Вот в его сумасшествии, Гектор нисколько не сомневался. Снежно-белый, с полупрозрачными, налитыми кровью глазами и бледно-розовым хвостом, Джулиан непрерывно что-то бормотал под нос, тихо-тихо, прочти неслышно и повышал голос, только разговаривая с кем-то.

Собрав всех «своих» в расширении коридора, освещаемом парой факелов и рассадив по лавкам, Маттиас приветственно поклонился, сам сел напротив и, улыбаясь, поприветствовал каждого в отдельности. Заодно отметил, что Саулиус, сегодня дышит куда лучше, чем в прошлый раз, и это хорошо; что Эллиот к этой встрече успел умыться, по-видимому, специально встав пораньше, и что он молодец; что даже Марк и Джулиан выглядят куда бодрее, а вот Гектор...

Гектор не хотел, чтобы Чарльз пытался изгнать его тоску, он просто хотел перестать быть крысой!

— Как поживаете? Как настроение? — спросил наконец Чарльз, оглядывая их морды, и покусывая свою палку для грызения.

— Очень крысиное! — криво ухмыльнулся Марк, еще глубже погружаясь в плащ.

Гектор промолчал, ожидая, что скажут другие.

Возникла небольшая пауза, но тут заговорил сэр Саулиус — медленно, стараясь не беспокоить обмотанную бинтами грудь:

— Я почти в порядке, сэр Маттиас. Скоро буду совсем здоров. А как твои дела?

Маттиас кивнул:

— У меня тоже все отлично! Я только что закончил очередную историю, и собираюсь прочитать на сегодняшней встрече Гильдии. Я принес её с собой, чтобы разделить с вами, разумеется, если вы хотите услышать.

Гектор кивнул вместе с остальными крысами. Рассказы Маттиаса — одно из немногих удовольствий, оставшихся в его жизни. Иногда суховатые, часто многословные и вычурные, они всегда развлекали их, вселяли надежду, напоминая, что жизнь все еще продолжается. Гектор подозревал, что эти истории Чарльз писал специально для них, быть может, надеясь подбодрить их... Или вселить тягу к жизни в отчаявшихся... А может даже пытаясь заронить в их головы желание выйти из-под земли, покинуть подвал.  Вот только чтобы убедить в этом Гектора, нужно было что-то большее...

— Хорошо! — немного самодовольно кивнул Чарльз — Я прочитаю её вам, но не раньше, чем мы закончим разговор. Джулиан, Гектор, как у вас дела? Вы так ничего и не ответили.

Гектор покосился на Джулиана. Похоже, на сей раз, Маттиас не даст им уйти от ответа. Что ж... Пусть первым ответит он. В прошлой жизни, тогда, до изменения, Гектор всегда был одним из первых. Теперь ему вполне логично стать последним...

Джулиан едва заметно пожал плечами:

— У меня все отлично...

Его голос, бесцветный, равнодушный, потерянный прозвучал еле слышно, как голос тяжелобольного. Сгорбившийся, уставившийся куда-то под ноги Джулиан был столь жалок, что у Гектора даже промелькнули нехорошие мысли — не ждет ли его самого что-то подобное? Был Джулиан таким всегда, или его подкосила крысиная жизнь? Гектор не знал, каким был Джулиан до изменения. Сам он прибыл в Цитадель одним из последних, только леди Кимберли да Мишель появились здесь позже.

Тем временем, Маттиас повернулся к нему.

Гектор криво усмехнулся:

— Живу пока... Если можно назвать жизнью существование в шкуре крысы... — последнее слово он почти прошипел. — А кроме этой досадной мелочи, у меня все просто великолепно!

Уже произнося последнее слово, Гектор подумал: нельзя, нельзя было срываться, теперь Маттиас полезет выяснять, в чем дело... А надо ли оно ему?

Элегантный крыс кивнул:

— Понятно... Значит проблемы все же есть. Может, расскажешь?

Привычный вопрос... Первый вопрос их регулярного, засевшего в печенках обоих разговора. Вопрос, на который последует столь же привычный и знакомый обоим ответ:

— Все здесь прекрасно понимают, в чем моя проблема!

Остальные крысы огорченно вздохнули и начали поудобнее устраиваться на лавках. Опять это бесконечное переливание из пустого в порожнее...

Однако Маттиас не принял вызова:

— Очень хорошо, Гектор. Если ты хочешь быть жалким — будь. Я желаю хорошо провести время в компании сородичей, а ты сегодня явно не в духе. Отлично, можешь проваливать! Мы сумеем развлечься без тебя!

Гектор замер на своей лавке, словно гвоздем прибитый. Как мог Маттиас сказать такое?! А как же их спор?! Гектор впился взглядом в элегантного крыса-морфа, и сидел, надувшись, злясь на весь мир, покуда Чарльз морочил головы остальным.

А Маттиас старался изо всех сил. Он пересказал все новости Цитадели, поведал очередной анекдот о Мишеле, «новичке-из-глухой-деревни», рассказал несколько забавных историй и напоследок напомнил о наступающем празднике — Осеннем фестивале Равноденствия.

Чарльз даже добился от Эллиота и Джулиана обещания, что они обязательно придут, соблазнив первого красочными описаниями готовящихся на кухне праздничных блюд, а второго — фейерверком. Марк уже сам планировал поход, правда, в полной форме — как настоящая крыса. Наверняка проберется туда втихую и будет шмыгать повсюду, пытаясь съесть и утащить столько еды, сколько сможет. Саулиус уже имел наготове оправдание — его ранение. Впрочем, Маттиас все равно уговорил старого рыцаря, как минимум побыть на вручении призов гильдии Писателей и послушать рассказ победителя. Поколебавшись, Саулиус все-таки кивнул.

И только Гектора Маттиас ни о чем не попросил — и это почему-то еще больше разозлило его...

Наконец Чарльз уступил настойчивым просьбам Марка и приступил к чтению.

Обычно Гектор наслаждался его историями, но не сегодня. Наверное, из-за гнева, но он нашел все написанное Чарльза сырым, банальным, пустым и не имеющим ни малейшего художественного вкуса. Все было как-то мелко, глупо, без обычной для Маттиаса глубины, подтекста и многослойного смысла... Это... это были просто слова, старательно расставленные по пергаменту! Это не было искусством!

Вот только все остальные были в полном восторге; даже Саулиус посмеялся над одним эпизодом, правда, тут же скривившись от боли.

Закончив чтение, Маттиас раскланялся, принимая похвалы и благодарности. Эллиот горячо расхвалил услышанный рассказ, Марк согласно повизгивал, сидя на куче одежды уже в полной крысиной форме, Саулиус тоже выдавил из себя короткий комментарий на своем архаичном языке, и даже Джулиан кивнул и улыбнулся.

Наконец Маттиас поднялся на ноги:

— Ну что ж, вот и все. Мне нравится видеть вас, друзья мои, но обязанности не дают нам сидеть на месте.

Не дожидаясь, пока обменявшись прощальными кивками, крысы начнут расходиться, Гектор вскочил и унесся в свою комнату, демонстративно хлопнув дверью...

Сев за стол, Гектор резким движением смахнул на пол статуэтку и, взяв первый попавшийся том, начал выводить на листе фигурную буквицу, щурясь в тусклом освещении. Стоило добавить огня в светильнике, потому что он едва мог видеть, что делает, — но сейчас Гектор не желал обращать на это внимания. Он ненавидел эту работу, но ему нужно было делать хоть что-то, чтобы питаться и покупать масло для светильника и одежду...

Он услышал, как скрипнула входная дверь. Похоже, Маттиас сегодня напрочь забыл о манерах!

— Гектор, знаешь, в Метаморе есть жители, которым пришлось хуже, чем тебе.

Гектор не обернулся; он не хотел даже видеть стоящее позади него отвратительное существо. Чарльз может нарядно одеваться и гордо выступать по двору, думая, что все восхищаются им. Но он просто дурак; вся Цитадель смеется над самонадеянным крысом!

— Мне показалось, вы сами хотели, чтобы я был жалким и ничтожным! — едко заметил он.

Чарльз задумчиво погрыз палку, и ответил:

— Я хочу, чтобы ты понял — я не буду тратить время, вылизывая твое самолюбие.

— Моё самолюбие??

Это было уже слишком. Гектор развернулся на стуле, раздраженно хлестнув хвостом по ножке, и оскалился:

— Мое самолюбие?!!

— Да твое!! Да самолюбие! Ты чересчур много думаешь, о том, какой ты БЫЛ великолепный! А у меня на это времени нет! — с этими словами Чарльз повернулся к двери. — Не знаю, какая блоха тебя сегодня укусила, Гектор, но я определенно не хочу заполучить себе парочку таких, а потому, до встречи!