Обманный Дом - Стоддард Джеймс - Страница 43

Картер запахнул плащ, ниспадавший до земли и чудодейственным образом прятавший своего обладателя, делая так, что тот сливался с мраком и камнями. У Нункасла от изумления глаза на лоб полезли, когда лорд Андерсон стал неотличим от ночных теней.

— Удерживайте позицию, лейтенант. В такой темноте я один могу справиться с целым войском.

— Пожалуй, что и сможете, сэр.

Однако, несмотря на такое смелое заявление, Картер покидал отряд не без страха, поскольку расстановка сил была весьма не в его пользу. В Иннмэн-Пике, пользуясь Словами Власти, он без труда одолел восьмерых, но теперь врагов было намного больше. Низко пригнувшись, он пробирался вверх по склону в тыл противника, лавируя между крупными камнями. Шальные пули свистели кругом, ему приходилось уворачиваться.

Первым анархистом, попавшимся Картеру на пути, стал дозорный, стоявший выше остальных на склоне. Картер поднял с земли тяжёлый камень и стукнул дозорного по макушке. Хрустнула кость, анархист со стоном рухнул наземь. Картера замутило — такое происходило с ним всегда, когда ему приходилось убивать.

Совладав с собой, он тронулся вдоль края ущелья, пригибаясь к земле, дабы не стать мишенью для своих товарищей. Анархисты расположились ниже скального уступа. На фоне серых плащей и шляп белели их лица, и в темноте они напоминали злобных пингвинов. Картер замер и задумался. Если открыть по ним огонь сверху, они тут же примутся палить в ответ, а их тут не меньше десятка. Отвлекающий манёвр продлится всего секунду и не принесёт Картеру ничего, кроме гибели. Вряд ли удастся добиться чего-то стоящего и за счёт ближнего боя с анархистами.

Картер в отчаянии озирался по сторонам. Уступ, под которым находились анархисты, крепился к стенке ущелья тонкой каменной перемычкой толщиной всего в четыре дюйма и шириной в фут. Картер подполз к перемычке и изучил её более тщательно. Он все ещё сомневался в том, что Меч-Молния одолеет такой крепкий камень, и понимал, что успеет нанести всего пару ударов, а потом враги заметят его, привлечённые свечением клинка.

Приняв решение, он встал и выпрямился во весь рост. Пули, рикошетом отлетавшие от камней, грозили задеть его. Одним ловким движением Картер выхватил меч и вонзил острие в каменную перемычку. Мощная золотистая вспышка озарила стену ущелья, градом разлетелись осколки камня. Уступ, лишившись перемычки, отделился от склона и заскользил вниз. Картер не удержался на ногах, покачнулся и упал. Ступни его упёрлись в край скользящего в бездну уступа. Он оттолкнулся и, прокатившись по склону, ухитрился затормозить. Не тратя времени на осмотр ушибов, он обернулся и увидел, как катится вниз сорвавшийся камень. Вот он докатился до анархистов. Дико крича, враги бросились в стороны, но спаслись далеко не все: катящийся камень подминал их под себя и вызвал настоящую лавину. Вскоре вопли анархистов заглушил грохот камней. К тому времени, когда грохот стих, Картер убрал меч в ножны и, перебежав, спрятался за скалой. Его отряд шёл вперёд, открыв немилосердную пальбу по ошарашенным анархистам. Когда начал стрелять и Картер, анархисты, решив, что их окружили, впали в панику и бросились врассыпную, сделавшись лёгкой добычей для воинов гвардии Белого Круга.

Вскоре закипел рукопашный бой. В результате урона, нанесённого анархистам камнепадом, силы почти сравнялись, что давало Нункаслу и его подчинённым явное преимущество — ведь их доспехи выдерживали пистолетные пули. Всеобщую сумятицу немало усиливал и Картер, который вопил во всю глотку, размахивая светящимся мечом.

Все могло бы закончиться быстро и благополучно, если бы не подошёл второй отряд анархистов, который набросился на людей Картера с тыла. Зажатые между двумя отрядами, гвардейцы растерялись, но вскоре заняли круговую оборону. Те анархисты, что были прижаты к стене ущелья, мстительно вопили.

Повсюду вокруг Картера свистели и бились о камни пули. Он забежал за груду скатившихся со склона камней, убрал меч в ножны и переждал пальбу. Как только направление огня сместилось, он прополз немного вперёд за камнями и выглянул из-за них, продолжая оставаться под защитой Дорожного Плаща. Положение его товарищей было незавидным. Замысел Картера провалился, нужно было срочно придумывать что-то ещё. Оглядевшись по сторонам, он не увидел другого камня, который можно было бы легко столкнуть вниз, и решил стрелять, убивая врагов по одному. Если бы ему удалось убрать побольше анархистов с этой стороны, у Нункасла появился бы шанс продвинуться вперёд. Картер уложил пистолет на камень и прицелился в вожака анархистов. В темноте это было не так-то просто, но Картер навёл прицел на грудь врага, затаил дыхание и потянул спусковой крючок. Анархист мгновенно исчез из поля зрения. Картер снова пригнулся, затем опять выглянул и присмотрел новую цель. Он бы многое сейчас отдал за возможность стрелять из винтовки, но в Эвенмере винтовками пользовались крайне редко, поскольку они были неудобны при стрельбе в замкнутых помещениях.

Картер прицелился — и тут позади него послышался ужасающий рёв. Он в страхе повалился ничком на землю, повернулся набок и увидел, как через него перепрыгнуло нечто страшное и огромное. Чудовище расшвыривало валуны, будто мелкие камешки, а завывало оно так, как все волки на свете, соберись они в одну стаю.

Картер, опомнившись, вскочил на ноги. Чудовище одним мощным прыжком оказалось в самой гуще анархистов. Первого попавшегося оно ухватило зубами за ворот и принялось трясти, как охотничья собака пойманного кролика. Даже оттуда, где прятался Картер, он услышал, как хрустнули шейные позвонки. Зверь отшвырнул труп в сторону, задрал голову к небу и полу людским-полузвериным голосом возопил:

— Псы Проклятия! Алая Роза в Витраже! Райское Воинство на Адском Побережье! Прочь! Прочь! И никто нас не остановит!

Затем чудище утробно завыло.

Картер стоял, не в силах пошевелиться. Телом чудовище напоминало огромного пса, но вместо морды у него был лик Старикашки Хаоса — антипода Порядка, принявшего материальное обличье. Растрёпанные, спутанные седины, сверкающие жёлтые глаза, один из которых намного больше другого, вытянутые волчьи челюсти, ряды хищных клыков, обнажённых в жутком оскале. Чудовище провело лапой по убитому анархисту, уселось и вновь завыло:

— Первый и Последний! Конец Всего! Двери Его Лика, Светильники его Пасти! Свергни Дом, Зверь Порядка, Дочь Гадеса!

С этим воплем монстр набросился на анархистов, и хотя некоторые в отчаянии стреляли в него, пули, не принося зверю никакого ущерба, отскакивали от его пятнистой шкуры. За минуту чудовище прикончило два десятка анархистов, после чего ринулось на воинов Белого Круга. Одним прыжком оно оказалось посреди них и расшвыряло в стороны, словно оловянных солдатиков. Ущелье огласилось воплями ужаса. Картер бросился на помощь товарищам, оступился, упал, разбил в кровь плечо и колено. Вскочив на ноги, он высоко поднял Меч-Молнию и побежал так быстро, как только мог.

Пёс-гигант оторвался от своей кровавой работы. В одном из его жутких глаз мелькнул отблеск светящегося Меча-Молнии.

— Гимны Экстаза! Мертвец в Потайной Комнате! Хозяин собственной персоной, да только теперь у него нет Слов Власти!

Чудовище забыло о других жертвах и развернулось к Картеру. Преодолев разделявшее их расстояние несколькими прыжками, оно остановилось менее чем в десяти ярдах от него.

Картер остолбенел. Будь у него Слова Власти, он бы мог повелевать Хаосом, а без них на это нечего было и надеяться.

— Зачем ты явился? — как мог сурово вопросил Картер.

— Тот Дом на горизонте притягивает меня и придаёт мне форму. Анархисты, что обитают там, хотят, чтобы новые миры сменились старыми, они хотят всюду насадить Порядок — неизменный, застойный, недвижимый. Они жаждут сотворить Вселенную из сухого праха, совершённый механизм, лишённый красоты, желания, ярких вспышек воображения. И вот я явился во плоти, дабы вонзить клыки в их плоть, дабы сокрушить стены этого Дома, если сумею. Но Порядок слишком силён, да, слишком силён! Эта мерзкая тварь сжигает меня, мало-помалу, как солнце через увеличительное стекло. Я погибаю, таю, исчезаю, а если я исчезну, со мной погибнет вся красота — порыв летнего ветерка, шевелящий листву, внезапный дождь, хлынувший с ясного неба, запах древних страниц раскрытой книги. Ты — Хозяин, ты владеешь Ключами! Почему ты оставил меня ради Леди Порядок?