Таблоид - - Страница 40

Готовый к тому, чтобы превратиться в сигару, табак свозят в Бремен, Германия. Там функционирует крупнейший в мире аукцион сигарных табаков.

Купить табак в Бремене может любой дурак. Другой вопрос — способен ли этот любой дурак превратить его в настоящую сигару?

В мире известно больше 200 производителей сигар. Из них 5-6 крупных. Остальные маленькие и очень маленькие. Как правило, внутрь сигары закладывают табак не одного вида, а смесь из нескольких разных сортов.

Именно от этого зависит букет сигары. Рецепт собственного микса производители держат, разумеется, в строжайшем секрете.

После того как СССР прекратил бесплатно поставлять кубинцам газ и нефть, те прекратили присылать нам свой ром «Havana-Club» и самые вкусные на свете сигары.

Так что у нас в стране под видом сигар жаждущие самоутверждения пэтэушники курят в основном сигариллы. Выглядят пэтэушники при этом глупо.

Разница заключается в том, что внутри сигары находится целиковый, но туго скрученный табачный лист. А внутри сигариллы — табак рубленный, как в сигарете. Отличие во вкусе приблизительно как между водкой «Stoly» и напитком, получаемым методом сования включенной электродрели в банку клея «БФ».

Процесс курения сигар радикально отличается от курения сигарет. Сигарами не затягиваются. Сигару как бы пробуют на вкус, получая взамен не утоление никотинового голода, а гурманское удовольствие.

Прогрейте ее язычком пламени. Опалите конец. Осторожно вдохните. Попробуйте на вкус… выдохните, не затягиваясь.

Кстати, модное веянье мочить сигару в коньяке курильщики со стажем считают оскорбительной профанацией. Хорошая сигара в ароматизаторах не нуждается. Перед вами продукт самодостаточный.

Еще сигарофилы утверждают, что курить сигары менее вредно, чем сигареты. Дело в том, что основной вред здоровью причиняет не никотин (его и в сигарах, и в сигаретах относительно немного), а смолы, выделяющиеся при горении бумаги и клея.

Как вы понимаете, относится это исключительно к сигаретам. Сигара — чистый табачный лист. Кроме того, сигарный дым почти вдвое более холоден, чем сигаретный, или, скажем, марихуановый. Что тоже немаловажно для здоровья.

Как и вино, сигары должны быть выдержанными. Однако ни в коем случае не пересушенными. Чтобы букет доставил удовольствие, храниться сигара должна при определенной температуре и влажности не менее 60 процентов.

Для этого сигары упаковываются в алюминиевые чехольчики. Внутри каждого лежит кипарисовая пластина (для аромата) и кусочек поролона (для влажности).

Сигариллы же для этого просто запечатывают в целлофан. Это дает гарантию кондиционности года на два. Потом можете ее выкинуть. Кстати, сигариллу, купленную поштучно в ларьке, лучше выкинуть сразу.

Для того чтобы хранить уже открытые сигары, многие кладут в коробки кусочек яблока или колбочку с водой. Лучше купить особую сигарницу с ароматическими прокладками, внутри которой постоянно поддерживается нужный микроклимат.

Стоит она дорого. Долларов около шестисот. Но ведь и заниматься вы собираетесь не чем попало, а наколачиванием понтов. В этом деле аксессуары — штука наиважнейшая!

Например, сигары «totalmente a mano» (ручной скрутки) и «hecho a mano» (частично ручной скрутки) имеют острые концы, которые следует обрубать особой гильотинкой или отстригать небольшими сигарными ножницами.

У нас эти гильотинки известны по их смежной профессии. Являясь далекими родственниками отечественных паяльников и утюгов, гильотинки помогают чикагской братве получать долги с клиентов. Будто специально они сделаны под размер человеческих пальцев и… впрочем, вы ведь смотрели фильмы братьев Коуэнов, да?

Прикуривать сигару следует от длинной кедровой спички. В крайнем случае — от газовой зажигалки со специальным двойным пламенем, которое опаляет сразу всю прикуриваемую площадь. Но никогда от «Zippo» или других бензиновых зажигалок! Пары бензина убивают белоiк. Вкус будет испорчен безнадежно.

Ритм жизни курильщика сигар радикально отличен от того, в котором живет человек, судорожно хлопающий себя по карманам в поисках спасительной пачки, стреляющий сигареты у сослуживцев и торопливо затягивающийся, перед тем как бежать дальше.

Сигара — это всегда пауза. Всегда тщательно обставленный ритуал.

Удобно усаживаемся. Достаем тридцатисантиметровую «Койбу». Отстригаем платиновой гильотинкой кончик. Достаем из жилетного кармана спички.

Прикуриваем… вдыхаем ароматный дым… осторожно кладем сигару в пепельницу… выдыхаем дым. Откидываемся в кресле и обводим собеседников умиротворенным взглядом.

И так, перемежая сигару чашечкой кофе и светской беседой с приятными собеседниками, — в течение нескольких часов подряд.

Жизнь удалась!

А вот — материал номер два.

Нет на свете города более странного, чем Петербург!

Город этот молод: семьдесят процентов зданий появились на глазах двух последних поколений горожан. Город этот моложе, чем Нью-Йорк. Но сравниться с ним по странности может разве что Рим или даже Александрия.

В Петербурге сохранилось лишь 217 зданий, относящихся к XVIII веку. Мы же поговорим всего о трех.

В своих мемуарах Джакомо Казанова писал:

«Петербург производит впечатление блестящей европейской столицы, захваченной ордой дикарей. Великолепные площади, роскошные дворцы, широкие чистые улицы — а по ним ходят грязные оборванные крестьяне, и по замерзшей Неве в упряжках из северных оленей ездят карелы».

Чуть ниже он добавлял:

«Впрочем, и среди местных дикарок встречаются весьма прехорошенькие».

К моменту приезда в Петербург Казанова был звездой европейского масштаба. При всех дворах континента болтали о том, как он был шпионом в Стамбуле и, влюбившись, чуть не принял там ислам, или о том, как, выкопав подкоп черенком от ложки, сбежал из Пьомби — самой страшной тюрьмы Старого Света.

Приехать в Петербург Казанова собирался давно. Здесь у него имелась недвижимость. В свое время его мать приезжала сюда с гастролями и приударивший за ней дворянин купил красотке симпатичный загородный коттеджик.