Специалист по магической безопасности - Пряжников Алексей - Страница 68

– Ну вот и прекрасно.

Так, все заняты, можно и подумать.

Я сел в капитанское кресло и вошел в транс – так было проще всего вспомнить все подробности прошедшего разговора.

Меня насторожили три вещи.

Во-первых, амулет. Я не знаю, что конкретно было надето на Веллере, но это было создано руками артефактора. Да, использовалась энергия разума, но, как ни крути, создание артефактов – удел магов сущности. А это значит, что так или иначе Церковь связана с магами. Может, у них где-то в темницах томятся захваченные артефакторы? Маловероятно, конечно… Но это надо взять на заметку.

Во-вторых, сам Веллер является магом сущности. Я помню, я тестировал его еще на «Черной радуге». И хотя магия разума в нем развита очень слабо, он тем не менее умудрился стать видной фигурой в разведке Инквизиции. Слишком он самоуверен для простого полевого агента. А это значит, что сила «пси-дара» не играет решающей роли в иерархии Инквизиции. Кстати, может, он и создал артефакт? Не-э, вряд ли. Для этого нужен учитель, чтобы показать принципы работы с энергией сущности. В общем, это тоже надо взять на заметку.

В-третьих… Сложно сказать конкретно, но мне почудилась какая-то фальшь в его словах, когда он вспомнил про Хельгу Чин. Что-то тут нечисто. Хельга играет куда более важную роль, чем просто случайная фигура на доске. Нюхом чую.

Необходимо понять, как происходит обучение Одаренных. Опять же слово «одаренные» – очень уж знакомая терминология…

Вывод – мне необходимо попасть в Семинарию.

– Лекса? Выяснила что-то?

– Ну пока немного, – недовольно буркнула Александра. – Надо больше времени. Впрочем, почти вся информация по Аркадии засекречена, а по Семинарии – наоборот. Такое ощущение, что они стремятся привлечь как можно больше внимания людей с зачатками магии. Реклама на информационных порталах, сообщения на форумах, посты топ-блоггеров.

– Избавь меня от технических тонкостей, пожалуйста.

– В общем, общий курс Семинарии – четыре года.

– Я пас, – тут же заявил я. Одно дело учиться делу жизни у своего учителя, живя с ним, работая, выполняя его задачи, и совсем другое – четыре года заниматься непонятно чем, непонятно где и непонятно вообще зачем.

– Это общий. Специализированный – от полугода до двух лет. В зависимости от целой кучи параметров.

– Вот это другое дело, полгода я потерплю, наверное, – пробормотал я.

– Во время обучения студенты живут на территории кампуса либо в собственных домах. Однако инфраструктура на Аркадии не очень развита, поэтому арендовать или купить частный дом очень сложно. Так что девяносто девять процентов учащихся живут – кстати, бесплатно! – в общежитиях Семинарии.

– Ну так. В крайнем случае, мы можем жить на корабле. Кстати, а что известно по планете?

– Настоящий ад, – покачала головой демонесса. – Я не совсем понимаю, как на ней вообще живут люди.

– В смысле?

– Атмосфера в чистом виде непригодна для дыхания из-за недостатка кислорода, поэтому газовые маски – там повседневная необходимость; из-за аномальной активности солнц электронные устройства практически не живут, а зимой выпадает горючий снег.

– Горючий снег? – удивленно поднял я брови.

– Да, из-за высокой токсичности атмосферы… Точнее, из-за присутствия в нем какого-то реагента. Скинуть ссылку?

– Не… слишком много бесполезной информации вредно для мозга. Что-то еще?

– На планете есть хищная фауна.

– Час от часу не легче. Разве Кастильская конвенция не обозначила четкие рамки планет, которые могут быть подвержены терраформированию?

– Сваргены могут дышать кислородной атмосферой, им нужен только азот в воздухе.

– Сваргены? – переспросил я.

– Угу, – кивнула Лекса. – Вот, смотри. Тебе понравится.

Она вывела на голоконсоль трехмерное изображение сваргена.

Ну что сказать, довольно пугающая тварь. Насколько пугающим может быть трехметровый шестилапый кролик с клыками размером с мою ладонь. Ну вроде и пугающий, но как-то несерьезно, что ли.

– И чем они питаются?

– Мелкими грызунами. И хищниками помельче.

На голоконсоли стали появляться разные зверушки, все, как один, шестилапые.

– Да, милая планетка.

– Не то слово, – хмыкнула Александра.

– Мэтр? – прервал нас Джахи. – Я разлочил прошивку контроллера двигателя. Какие значения сигнатуры выставить?

– Порт приписки Земля, а название… – Я улыбнулся. – Назови «Башня». В конце концов, у каждого мага должна быть своя башня.

Глава 22

Полет занял три недели.

За это время я проштудировал всю нарытую Лексой информацию, но ее откровенно не хватало для создания полной картины ситуации на планете.

Дни на корабле проходили очень рутинно: тренировки с Кати, ругань с Лексой, обалденные обеды от Деда – и как он умудряется из сухпайка приготовить не просто что-то съедобное, а такую вкуснотищу?

Аркадия встретила нас неприветливо – электромагнитной бурей, из-за которой приземление на планету было невозможно. Впрочем, в любом случае нам сначала предстояла стыковка с орбитальной станцией «Антарес Прайм» – по словам Веллера, именно там находилось большинство офисов компаний, имеющих представительства на Аркадии. А несмотря на фактически полный контроль корпорации «Дары Волхвов» над планетой, таковые были, и в немалом количестве – мелкие предприятия по добыче аркадиума, гильдия наемников, транспортные компании и прочие частные предпринимательства. И корпорация и правительство были не против пользоваться частным сектором как запасным вариантом. К тому же дополнительные инвестиции в виде налогов были совершенно нелишним добавлением к экономике планеты.

«Антарес Прайм» представляла собой большую шестиугольную посадочную площадку, прилепленную к огромному тороиду, в котором и располагались жилые помещения. Тороид был испещрен наростами технических помещений, словно днище корабля ракушками и моллюсками, а посредине тороида находился орбитальный лифт класса «Иггдрасиль».

Конвоировавший нас крейсер «Томаззо де Торквемада», как только «Башня» вошла в радиус действия оборонных орудий станции, прыгнул из системы, напоследок скинув еще один файл с инструкциями, согласно которым мне предстояло встретиться с Себастьяном Навахо, рекрутером Семинарии, в одном из местных баров с непритязательным названием «Нажираловка».

Посадочный коридор мы получили так быстро, будто только нас и ждали, – а может, так оно и было на самом деле.

Диспетчер сообщил, что номер нашего посадочного слота – «ноль двадцать семь», и проплачен он на четыре года вперед, поэтому платы за швартовку с нас не взяли. И на том спасибо.

Через пятнадцать минут после приземления мы сидели в ближайшем ресторанчике и изучали пакет, пересланный с крейсера Инквизиции. А прислали нам немало. Кроме упомянутой уже инструкции, там были документы на всех нас, официально зарегистрированные в базах данных Внешней Дуги. Согласно документам, мы были полноправными гражданами, вдобавок «основной религиозной направленности». Что это значит, я не знал.

А еще приличная сумма кредитов на счету каждого. По двадцать тысяч на нос. На широкую ногу Инквизиция живет, однако.

Вдобавок у Джахи в документах была лицензия на работу телохранителем с возможностью носить холодное оружие, а у Кати обнаружилось пилотское удостоверение.

Внимательно изучив документы, мы обнаружили, что у всех, кроме Кати, указана фамилия «Эмрис». Любопытно.

– Ну вот мы и на месте, – произнес я, потягивая горькое пиво местного разлива. – Если я правильно понимаю ситуацию, нам предстоит задержаться на этой планетке.

– Не обязательно, – пожала плечами Кати. – Можно послать все к черту…

– …И стать пиратами? – с иронией спросил я. – Нет, спасибо.

– Ну почему же сразу пиратами? – смутилась девушка. – У нас есть хороший корабль, отличный пилот, и мы можем заняться транспортным бизнесом.

– Нет. – Я покачал головой. – Принимаем как данность, что мне необходимо попасть в эту Семинарию. Но в целом идея неплоха.