Любовь и смерть на Гавайях.Каменная гвоздика - Хинц Наоми А. - Страница 35

Но в общем все происходило буднично и быстро. В доме стало пусто и голо. Вещи были аккуратно уложены в маленький «фольксваген» с прицепом. Он был забит доверху. Громадный тюк лежал и на багажнике.

В кухне Джейсон, выглядевший так, будто теперь вовсе не ест и не спит, сказал Каролин:

— Я до сих пор не могу в это поверить.

— Забирай, — резко ответила она, протягивая ему коробку с кастрюлями и горшками. Они взглянули друг на друга, и в глазах у обоих сквозило страдание. Но это продолжалось лишь мгновение.

Его голубые глаза блеснули. Он начал умоляюще:

— Каро…

Но она уже отвернулась. И он вынес коробку с посудой за дверь.

Эллен вошла в кухню с охапкой постельного белья и положила его на стол.

— Я вижу, Харви разрешил тебе пользоваться его машиной! Это так любезно с его стороны.

— Я купила ее у него.

— Ты… купила у него? А деньги?

— Я продала свои облигации.

Ей не хотелось обсуждать этот вопрос с Эллен.

— У тебя было облигаций всего на пятьсот долларов. А Харви купил этот «остин» только в прошлом году, и знаешь, во сколько он ему обошелся?

— Он пользуется «мерседесом». Он сказал, что две машины его разорят.

Голубые глаза Эллен стали узкими, как щелочки.

— Так вот откуда ветер дует! Ты всегда поглядывала в его сторону.

— Ох, Эллен, то, что ты говоришь, пошло.

Эллен взглянула на нее с нескрываемой злобой и произнесла усталым голосом:

— Желала бы я поссориться с тобой, но… не могу. Знаю, ты всегда была привязана к Харви, но любила Джейсона, любила моего мальчика. Это убивает меня, Каролин, ты сломаешь мальчику всю жизнь…

— Никто не может разрушить чужую жизнь. Я не могу повлиять на его жизнь, а он не может разрушить мою. Или вернее так — я не позволю ему сделать это.

— Но ты обещала перед Богом…

— Да, — она встретилась твердым взглядом с Эллен, — мы оба обещали, только он слишком скоро забыл об этом. По-моему, подзабыла и ты.

«Почему я говорю, как жестокая дрянь?» — подумала она.

Когда звук отъезжающего тяжело груженного «фольксвагена» затих вдали, Каролин пыталась найти на полке аспирин. Айк Адамс вошел в кухню. Аспирин все не находился, она бессильно опустилась на стул, оперлась локтями о стол и сжала виски.

— У меня страшная головная боль. Даже все кружится перед глазами. Пожалуйста, попробуйте найти пузырек с аспирином на какой-то из полок.

Он достал аспирин, налил немного воды и протянул ей.

— Сколько это еще будет тянуться? Так хочется, чтобы поскорее закончилось… Кажется, что это не совсем настоящее, что не хватает реальности. Как от этого избавиться?

Он печально смотрел в окно на умирающий сад, и его широкие плечи заслонили ей свет.

— Я хотел бы суметь объяснить это вам. Мой собственный развод не кажется мне реальностью до сих пор, хотя прошло уже больше шести месяцев.

— И в то же время удивительно, что я смогла… смогла сделать хоть раз в жизни верный шаг.

— Я знаю.

— Джейсон выглядит так, будто я в самом деле разрушила его.

— Да, я тоже об этом подумал. И я всегда говорю своим клиентам, что представляю свой долг как адвоката спасти каждый брак, если есть хоть малейшая надежда на это. Я ненавижу разводы. И даже сейчас мне кажется, что я мог бы…

— В моем браке ничего нельзя спасти, — быстро произнесла Каролин, — по крайней мере для меня, если это все закончится ничем, станет все только хуже. Но вы понимаете, что я чувствую вину перед ним, да?

— Да. Я тоже почти всегда чувствую себя виноватым, если рушится чья-то жизнь.

Потом она привела кое-что в порядок, как могла, и они вышли. Они обошли вокруг запертого дома. Он проверил окна и все, что должно быть запертым.

— Для чего это? — спросила Каролин.

— Ну, если кто-нибудь захочет похулиганить, возможно, это его остановит. Рамы крепкие, сосновые, их выломать не так-то легко. Хотя, конечно, если что-то выломают, ремонт будет не очень трудно сделать. Но все-таки я скажу нашему деревенскому полицейскому, чтобы он заглядывал сюда время от времени. Все-таки дом пустует.

— Да не беспокойтесь вы так, здесь нет ничего ценного. Я покажу вам, где всегда лежат ключи. Джейсон мог забыть что-нибудь, и ему придется вернуться, и я не хочу, чтобы у него были трудности с этими рамами. Еще можно попросить Леса Джинтера последить за трубами. Если из них пойдет дым, тогда…

— Конечно. А я позабочусь о счетах на электричество и от телефонной компании. Что еще?

— Еще… В сараюшке стоит двухсотгаллоновый бак с бензином. Мы запаслись им на лето. Это важно?

Айк Адамс обернулся к сараюшке, смерил взглядом расстояние от дома.

— Нет, если затычка там достаточно крепкая.

Каролин посмотрела на свой дом, в котором жила так недолго, но который успела полюбить.

— Может быть, я захочу вернуться.

— Думаете, вы должны?

— Да нет. Но может так оказаться, что мне еще потребуется кое-что выяснить тут.

— Я думаю, что вы его скоро продадите.

— Возможно и это. Но я пока не хочу спешить. Я подожду, что произойдет, когда здесь проложат магистраль. А ваше мнение на этот счет?

— У меня тоже есть небольшая ферма на другом склоне горы. И я уверен, что магистраль все же проложат. Посмотрим.

Потом они вернулись в дом, и Каролин бросила прощальный взгляд в каждую комнату. На несколько секунд она остановилась в гостиной. Зеленая ваза, пустая сейчас, стояла на столе, на котором раньше лежал камень Луизы.

«Прощай, Луиза. Ты все еще здесь? Или мне только казалось, что я чувствовала тебя, слышала твой плач?» — подумала она.

Айк Адамс ждал ее в кухне, собираясь помочь ей отнести вещи в машину. Со слабой улыбкой он сказал:

— Я тоже слышал о вашем привидении.

— Ну и городок! Каждый знает все, что происходит в домах у соседей.

— Конечно, но это всего лишь дружеский интерес, — он слабо улыбнулся, — ваше привидение зовут Луизой. Вы принесли могильный камень в гостиную и использовали его как столик для коктейлей. Это все, что я слышал об этой истории.

— Нет. Здесь было всего намного больше, хотя теперь мне кажется, что многое было лишь в моем воображении.

Они вышли. Она заперла входную дверь и показала ему, куда кладет ключ, справа, за дверной косяк. Она заметила, что хризантемы, которые она поставила совсем недавно в ведро, сейчас увяли.

Он пошел к своей машине.

— Да нет, больше ничего не нужно, спасибо вам за все. У вас есть мой номер телефона?

— Если вы хотите взять что-нибудь еще, то в машине еще много места. Да. Дайте мне знать, если у вас что-нибудь не заладится с работой. У вас сейчас нет сложностей?

— Нет. Все в порядке. И даже на работу меня уже приняли. А как Скотти?

— Великолепно. Я нашел пожилую женщину, которая полностью взяла его на себя.

— Хорошо, — она протянула ему руку, — до свидания, мистер Адамс.

— Айк.

— До свидания, Айк.

— До свидания, Каролин.

Она отъехала первой. Айк двинулся за ней следом. Вдруг в зеркальце заднего вида она увидела, как чей-то темный силуэт возник на склоне, над домом… Одно ухо вниз, хвост виляет из стороны в сторону, как бешеный. Если бы Айк не ехал за ней, она бы остановилась.

И она повела машину чуть быстрее, чем всегда, ее дом скрылся за крутым поворотом.

ГЛАВА 20

В конце октября Каролин вернулась к той жизни, которую вела до замужества. Мистер Орр был счастлив, что она возвратилась к нему на работу, потому что не мог найти никого, кто бы мог заменить ее хоть наполовину.

Каролин, с ее уверенным, спокойным взглядом, терпеливым участием к людям, с добропорядочной внешностью, с волосами, заколотыми на затылке, в простом и в то же время элегантном шерстяном костюме, вносила атмосферу благопристойности и респектабельности в дома богатых клиенток. Своим интеллигентным голосом она невозмутимо советовала: здесь лучше будет смотреться ковер типа «Зебра», возможно, вам также захочется изменить освещение. Это действовало безотказно.