Тайна - Страуб Питер - Страница 152

— И все же ты узнал это. И ты вычислил, кто убил Мариту Хасслгард. И это была твоя идея — написать письма, которые вспугнули Глена Апшоу...

— До такой степени, что он убил моего отца.

— Апшоу убил бы и тебя, если бы ты пошел с фон Хайлицом. К тому же, судя по твоим словам, у фон Хайлица возникла та же самая идея.

«Но он никогда бы не узнал о записках, если бы я не рассказал ему», — подумал Том, и в мозгу его снова всплыли имена всех людей, которые остались бы живы, если бы он спокойно доехал до квартиры Денниса Хэндли, чтобы посмотреть рукопись «потерь при Пойнтоне». Фоксвелл Эдвардс, Фридрих Хасслгард, Майкл Менденхолл и Роман Клинк, Барбара Дин, Леймон фон Хайлиц.

— Единственная ошибка, которую ты совершил, — сказал Натчез, — состояла в том, что ты адресовал письмо не тому полицейскому. А сейчас мы отправимся в Клуб основателей и сообщим Гленденнингу Апшоу кое-какие неприятные новости. — Он встал и положил на стол три доллара.

Том тоже встал и увидел за окном фигуру человека, тревожно наблюдающего за ним.

— Твой друг Андрес? — спросил Натчез.

Том кивнул.

— Настоящий сторожевой пес, правда? — Натчез вышел из кафе.

Увидев его, Андрес попятился, тревожно глядя на Тома.

— Погодите, — сказал Натчез.

— Все в порядке, Андрес, — успокоил его Том. Но Андрес сделал еще шаг назад. — Это человек, с которым хотел поговорить Леймон фон Хайлиц. Сейчас мы с ним поедем к моему дедушке. Поезжай домой — я позвоню тебе, когда все будет закончено.

Повернувшись, Андрес пошел за угол, где оставил машину, продолжая, однако, бросать назад полные тревоги взгляды.

Том и Натчез прошли узкими улочками к задней части здания управления полиции. Детектив велел Тому ждать его на площади — Натчез подъедет за ним на машине — и направился в сторону гаража. Том прошел мимо типографии в другой конец площади, чувствуя, как выделяется среди окружающих в костюме отца. Полицейские в синей форме сидели, подставив физиономии солнцу, на скамейках под пальмами. Том услышал звон церковных колоколов, и только сейчас понял, что сегодня воскресенье.

— Я никак не могу понять одну вещь, — сказал Натчез, останавливая машину перед помещением для охраны на въезде в Клуб основателей. — Как связались друг с другом твой дедушка и Фултон Бишоп. Ведь Фултон Бишоп был самым обычном молодым полицейским с западной части острова. Не думаю, чтобы он когда-либо проявлял неординарные способности, но кто-то всегда следил за его карьерой, добивался, чтобы его постоянно повышали по службе и сразу же забирали у него дела, с которыми он явно не мог справиться. — Спешащий к ним охранник презрительно разглядывал видавший виды черный «студебеккер», который взял в гараже полицейского управления Натчез. — Взять хотя бы это дело с убийствами «Голубой розы». Бишоп запутался в этом деле так, что дальше некуда. Но вместо того, чтобы послать его, отстранив от дела, на маленький тихий участок вроде Элм-гроув, его снова повысили в звании и перевели в управление, а Дэмрок...

Охранник обошел машину и склонился к окну со стороны Натчеза.

— Вы приехали по делу, сэр? — спросил он. Натчез расстегнул портмоне и, вынув оттуда полицейский значок, сунул его прямо под нос охраннику.

— Отойдите от машины или я проеду прямо по вашим ногам, — сказал он.

Охранник быстро убрал с окна руки и испуганно попятился назад.

— Да, сэр, — пробормотал он. Натчез въехал во владения клуба.

— А Дэмрок, — продолжил он прерванный разговор, — увяз в этом деле по уши, и это постепенно свело его с ума. Я не очень хорошо знаком с этим местом. Куда ехать дальше?

— Направо, — сказал Том. — Так значит, вы не верите в то, что убийства «Голубой розы» совершил Дэмрок?

— Сам Дэмрок наверняка считал, что это он их совершил. А почему фон Хайлиц никогда не работал над этим делом?

— Убийства «Голубой розы» интересовали его, это все, что я знаю. Леймон сказал мне, что в те годы он был все время занят расследованием разных других дел, а когда освободился и смог заняться этими убийствами, дело уже считалось раскрытым... А теперь поезжайте вон туда.

Натчез свернул с Сьюзан Ленглен-лейн на Бобби Джоунс-трейл и сказал:

— Господи, кто только давал названия этим улицам? Джо Раддлер?

Том показал пальцем на дом деда, и Натчез остановил машину.

Я, конечно, тоже люблю спорт, — продолжал Натчез. — Но этот парень своими воплями оскорбляет вкус общественности.

Они вышли из машины.

— Что вы собираетесь ему сказать? — спросил Том.

— Соображу по ходу дела.

Натчез быстро взбежал по ступенькам. Они прошли по террасе и зашли через арку во внутренний дворик бунгало. Натчез нажал на кнопку звонка.

— У него есть слуги?

— Мистер и миссис Кингзли. Им обоим за восемьдесят.

Натчез снова позвонил, но прошло еще несколько минут, прежде чем они услышали за дверью шарканье Кингзли.

Натчез не снимал палец со звонка, пока дверь не открылас,ь и в проеме не появилась костлявая фигура дворецкого.

— Извините, сэр, но мистера Апшоу нет... — Кингзли увидел Тома, стоящего за спиной Натчеза, и его и без того бледное лицо стало белее бумаги. Лицо его напоминало череп.

— Здравствуйте, Кингзли, — произнес Том.

Старик попятился от двери, жадно ловя ртом воздух. Натчез мягко надавил на дверь. Если бы он нажал сильнее, Кингзли вряд ли удержался бы на ногах.

— Маета Том, — пробормотал дворецкий. — А мы думали... — Он остановился, чтобы перевести дыхание. На Кингзли не было ливреи, рукава рубашки были закатаны.

— Я знаю, — сказал Том. — Газета допустила ошибку. Где мой дедушка?

Натчез вошел в прихожую и быстро прошел в коридор, ведущий к гостиной и кабинету, а дальше — к столовой и задней веранде. Натчез свернул в кабинет. Кингзли испуганно посмотрел ему вслед.

— Мистера Апшоу нет, маета Том, — сказал он. — Он спешно уехал куда-то около часа назад и оставил распоряжение упаковать его вещи. Он сказал, что проведет остаток лета в «Спокойствии», — Кингзли присел на стоявшую рядом маленькую деревянную скамеечку.

— А он не сказал, куда поехал?

— Мистер Апшоу сказал, что я не должен разговаривать с репортерами и не должен никого пускать в дом — но мы, конечно же, не знали, что вы... — Кингзли, как завороженный, смотрел на Тома. — Мне так стыдно вспоминать тот день, когда вы звонили сюда с Игл-лейк. После этого ваш дедушка был так подавлен. Мы все ждали сообщения о ваших похоронах, поэтому, когда сегодня раздался этот звонок...