Охотник на воров (ЛП) - Коу Дэвид - Страница 33

Мальчик повернулся к нему.

— Ты как? Твое лицо…

— Все нормально, — сказал Итан, заставляя себя улыбнуться. — Выглядит хуже, чем я чувству себя.

— На вид довольно паршиво.

Шелли ткнулась мордой Итану в руку; он рассеянно почесал её голову.

— Знаю. И да, этот мужчина работает на Сефиру Прайс.

— Выглядит так, будто вы оба повздорили.

— Мы с Сефирой оба охотники на воров, — сказал Итан, как будто это всё объясняло. — Естественно, что мы соперничаем. — Он нахмурился, впервые обратив внимание, где они были, и где был парнишка. — А что ты здесь делаешь, Холин? Причалы не место для… — Он чуть было не ляпнул «для мальчишки», но вовремя остановил себя. — Для юноши твоих лет, — сказал он вместо, едва не сказанного слова.

Холин рассмеялся, в его голубых глазах танцевал озорной блеск.

— Хорошо бы. Мать никогда не успевает вовремя.

— Она и не обязана; она твоя мать. Теперь ответь на вопрос.

— Я начал работать на «Верфи Ханта», — ответил ему Холин, чуть выпрямляясь. — Разгрузка и погрузка, раз шесть в день.

Итан нахмурился. Если Холин работал на набережной, то у него просто не было выбора, ему приходилось ходить по этой части города каждый день. Итан уже было решился поговорить с Элли, чтобы та держала парня дома, по крайней мере, пока он не найдет этого злосчастного колдуна. Но Холин рассердится на него, да и мало было шансов, что Элли захочет его слушать.

— Сколько тебе лет? — спросил Итан. — Четырнадцать?

— Пятнадцать! — негодуя воскликнул Холин.

— Пятнадцать. — Итан кивнул. — Это приличные деньги для… молодого человека твоих лет.

Холин рассмеялся.

— Да, ты гораздо лучше матери.

— Пойдем-ка, я провожу тебя домой, — сказал Итан, глядя туда, где уже давно скрылся Найджел. Больше он никого там не видел. Он начал было убирать свой нож, но потом передумал. Его нога все еще ныла, и он чувствовал, как струйки пота стекали по его вискам, но пульс начал замедляться.

— Я предложил деньги матери, — сказал Холин, когда они начали двигаться, собаки трусцой побежали впереди. — Но она позволяет оставлять мне их себе. Она говорит, что у нас достаточно денег. Говорит, что дед поможет со средствами, если возникнет необходимость.

— Это похоже на неё, — сказал рассеянно Итан, все еще будучи настороже.

По правде говоря, Элли не нуждалась в деньгах. Её отец фон Тейлор по-прежнему был одним из самых богатых судостроителей в Бостоне. И муж Элли, Джон Харпер был преуспевающим торговцем. Когда он умер, то оставил своей вдове просторный каменный дом в Северной Оконечности. И если этого было бы недостаточно, то она могла бы обеспечить себя, так как владела небольшим магазинчиком, прямо за углом от их места проживания, где она продавала кружева и ленты, шелковые и атласные, гостинцы, рассчитанные на более тонкие вкусы искушенных Бостонских обеспеченных женщин.

Когда Элли вышла замуж за Харпера, Итан был в заключении, он был всё еще на тростниковых полях, когда Джон умер от плеврита восемь лет назад. Он мог сколько угодно убеждать себя, в течении всех этих долгих лет томясь на плантациях, что желает Элли счастья, зная, что она не будет ждать его. Но он не мог отрицать, что по возвращению в Бостон, и узнав, что он овдовела, он сразу же начал задаваться вопросом, может ли он вернуть свою первую и единственную любовь.

Сначала, он воздерживался от контактов с ней, зная, что нет никакого смысла вновь пытаться возобновить общение, ведь он так долго оставался нищим, жалким осужденным без перспектив. Но как только он зарекомендовал себя, как охотник на воров, он разыскал её. Первые несколько раз, когда он появлялся у её дверей, Элли не пускала его на порог. Он скрывал от нее тот факт, что был колдуном и унизил ее, будучи частью мятежа на Рубиновом Клинке. Она не хотела иметь с ним ничего общего.

Но как-то раз, почти по прошествии года, после его возвращения в Бостон, он встретил Элли с детьми в Феньюэл холле. Это был первый теплый день весны, и Итан наслаждался видами, запахами и ароматами рынка. Его заключение теперь было далеким воспоминанием. Он с радостью встретил Элли, но она продолжала оставаться далекой и холодной.

Дети, однако, смотрели на него с нескрываемым восхищением. В их жизни не было мужчины, за исключением стареющего дедушки, насколько они знали и в жизни их матери тоже. И вот появился этот незнакомый мужчина, который вот так запросто беседовал с их матерью, как будто они были старинными друзьями. Он купил им сладости, несмотря на возражения Элли, думая о том дне, он не был горд собой, но он был слишком долго одинок в этом городе и отчаянно пытался втереться в жизнь Элли. Прежде чем закончился тот день, он вымолил приглашение на обед — еще одно воспоминание, от которого ему было не по себе.

Но к тому моменту, когда обед закончился, стало ясно как Итану, так и Элли, что дети обожали его. И что еще важнее, Итан сам также привязался к ним. Он всегда мечтал о ребенке — сыне. Растить его, как ему хотелось бы, чтобы отец его растил. А Клара, младшая сестра Холина, была такой же красивой, умной и серьезной, как её мать. Как Итан не мог видеть в ней дочь, которую они могли бы родить с Элли?

Они с Элли заключили договор. Она впускает его в их жизнь, позволяя ему дружить с её детьми, но только при двух условиях. Во-первых, он никогда и словом не обмолвится, ни одному из детей, что он колдун. И во-вторых, он должен навсегда отречься от любви к ней.

Первое условие было мелочью; второе, было едва ли не больше, чем он мог вынести. В конце концов, однако, он решил, что, иметь эту малую роль в их жизни было предпочтительнее, чем вообще остаться не удел.

С того самого времени он стал навещать их довольно часто. И если общение с детьми означало, что он мог провести несколько часов с Элли, то и это было к лучшему. Но до этого дня его дружба с ними никогда не представляла угрозу жизни Кларе или Холину.

Пока они шли, паренек не умолкая продолжал упоенно о чем-то болтать, рассказывая одну из историй, приключившуюся с одним из его приятелей. Итан слушал в пол-уха, его разум был все еще занят негодованием по поводу его последней встречей с головорезами Сефиры. Так продолжалось, пока парнишка не упомянул нечто, что привлекло его внимание.

— …Оба так умерли. Один из них все еще, возможно, болтается приплясывая как ирландец джигу. Должен был быть призраком.

— Подожди-ка, — сказал Итан, останавливаясь. Они стояли в тени Старого Северного Молитвенного Дома, не далеко от разоренного дома Томаса Хатчинсона. Собаки давно их оставили, возможно, побежали обратно в лавке Генри. Несколько человек по-прежнему толпились в передней части дома вице-губернатора, но в остальном улица была относительно пуста. — Два человека погибли? Сегодня?

Холин уставился на него, как на сумасшедшего.

— Нет! Это давно было. Я же рассказывал тебе: про пару, которых вздернули на виселице за жестокое обращение с детьми.

— Ричардсоны?

Лицо Холина просияло.

— Ну да, так их звали. Ричардсоны.

— И почему ты говоришь мне о них?

Выражение лица застыло, и еще раз Итан подумал, как он напоминает Мариэлль.

— Как я уже тебе сказал, их сын только что начал работать со мной и Рори на верфи.

— И этот мальчишка рассказал тебе о повешении…?

Холин поглядел на Итана, так, что если мог бы стукнуть охотника меж бровей, то обязательно воспользовался возможностью.

— Ну, конечно, нет! Рори рассказал. Он был там, в день, когда родителей Джона вздернули. И всё видел. Сказал, когда петля затянулась, мужик еще долго болтал ногами в воздухе, а вот она не шелохнулась.

Итан кивнул. Он понятия не имел, кем был этот самый Рори, но не рискнул расспрашивать об этом парнишку, чтобы не разозлить его. По крайней мере, в том, что рассказывал ему Холин, был смысл. Он снова зашагал, и Холин присоединился к нему.

— Теперь-то тебе всё понятно? — требовательно спросил парнишка, явно всё еще раздраженный.

— Да, — тихо сказал Итан. — Извини. Я был рассеян.