Где обитает любовь - Стюарт Элизабет - Страница 22

Парень взирал на нее и с вожделением, и с опаской, и с некоторым ощущением превосходства, как победитель на пленницу, и все эти чувства отражались на его еще по-мальчишески наивном лице.

За Симоном нужен теперь глаз да глаз, а не то он наделает глупостей из-за этой Элен. Парень, может быть, и чуть старше ее годами, но, как правильно рассудил Ричард, Элен далеко обогнала его в жизненном опыте.

— Да, она хороша! — отозвался Ричард небрежно. — Но уэльские женщины не в моем вкусе. И поверь моему слову, покорную ласковую девицу предпочтительней иметь в своей постели, чем злобную, дикую кошку, причем коварную, как сотня ведьм.

Мальчик с достоинством выдержал пристальный взгляд Ричарда.

— Я не имел в виду вас, Ричард. Вам не пристало путаться с врагами. Это ниже вашего достоинства.

— Надеюсь, и твоего тоже.

Легкая краска смущения проявилась на лице Симона.

— Конечно. Я… я просто подумал, что она хорошенькая.

— Я одобряю твой вкус и согласен с твоей оценкой.

Симон был польщен. Он придвинул стул поближе к бадье.

— Вы сказали, что у вас есть вопросы ко мне, — проговорил он, желая уйти от опасной темы.

Ричард кивнул. Он много часов потратил, обучая оруженосца всему, что должен знать настоящий рыцарь. Он считал своим долгом передать мальчику хоть малую толику своего военного опыта.

— Да, — произнес Ричард. — Сегодня я хотел спросить у тебя совета, как наладить воинскую дисциплину в нашем отряде. Если бы ты был облечен властью, то как бы рассудил возникшее недоразумение между Ги из Суссекса и Ранульфом де Престиньяном?

Вопрос был задан как бы между прочим. Ричард усиленно тер себе плечи и спину куском грубого мыла.

Несколько мгновений юноша потратил на размышления, а потом дал точный ответ. Ричард одобрительно кивнул. Мальчик хорошо усваивал его уроки. Ричард ощутил прилив гордости за своего подопечного.

Некоторое время они продолжали беседу. Ричард описывал реальные или придуманные им самим ситуации, требующие немедленных и решительных действий командующего.

— Итак, согласен ли ты со мной, Симон, или нет, но у войска должен быть только один командующий, только один вождь! И его приказы должны выполняться беспрекословно, а воин, отказавшийся подчиниться приказу, должен быть сурово наказан.

Симон кивнул.

— Иначе это приведет к сумятице и лишним потерям, особенно во время сражения или неожиданного нападения врага из засады, — с готовностью проговорил мальчик заученную истину.

— А ты считаешь меня достойным командиром? Симон даже удивился такому вопросу.

— Конечно!

— Тогда почему вчера ты не выполнил моего приказа?

Симон пораженно уставился на Ричарда. Он не подозревал, к чему тот клонит разговор, и теперь растерялся.

— Я… Я не… Я боялся, что вы… — бормотал он беспомощно. — И я…

— В твои обязанности не входит думать, Симон, — раздраженно прервал его Ричард. — Это моя обязанность. Мой долг принимать решения и отдавать приказы, а твой долг — их выслушивать и исполнять. И ты должен подчиняться, не задавая вопросов, потому что не всегда есть время на объяснения.

Если б нас преследовали уэльсцы, промедление, которое ты допустил, могло плохо для нас кончиться. Нас бы перебили всех до одного, и все из-за того, что ты счел возможным пренебречь самым простым приказом.

Симон с жалким видом кивал головой, но не отводил взгляда от сурового лица Ричарда.

— Грань между трагедией и триумфом ничтожна, Симон. Я был свидетелем того, как исход сражения зависел от ошибки гораздо меньшей, чем та, что ты допустил вчера. Будь мы в Англии, я бы счел это пустячным происшествием, оплошностью, над которой мы бы вместе посмеялись. Но мы в Уэльсе, парень, во вражеской стране! А враждебная страна не прощает даже маленьких ошибок. Усвоишь ты это накрепко — тогда выживешь!

Ричард заговорил громче, голос его стал еще тверже:

— А еще заруби себе на носу, что я требую от людей, которыми я командую, абсолютного подчинения… особенно от тех, кому доверяю.

— Простите, Ричард. Я поступил неправильно… Я знаю. Но Жиль…

Тут Симон прикусил язык и замер, съежившись на своем стульчике.

— Я ошибся. Я вижу это теперь. Я готов понести любое наказание, какое вы назначите.

— Хватит разводить по этому поводу разговоры! У тебя есть одно оправдание — ты получил противоположный приказ от моего заместителя. Другой бы оруженосец, сославшись на это, не почувствовал за собой вины. — Едва заметная усмешка осветила лицо Ричарда. — Я рад, что ты не таков. Чтобы убедиться, я уже переговорил с Жилем по этому поводу.

— Нет. Я виноват. Вы поручили мне разбудить вас, доверились мне… Какое вы определите мне наказание?

Ричард одобрительно посмотрел на оруженосца.

— Уже то, что ты понял, к каким ужасным последствиям мог привести твой неразумный поступок, и будет твоим искуплением вины. В следующий раз, я уверен, ты выполнишь мой приказ в точности, даже если сам король Эдуард вздумает отменить его. Теперь приготовь мне полотенце, а то вода уже остыла, и подай его мне через пару минут.

Пока Симон согревал полотенца над огнем, Ричард окунулся несколько раз с головой, яростно натирая тело и голову мылом. Затем он поднялся из бадьи и принял из рук Симона горячее полотенце.

Ступив на пол, Ричард обернул свое мокрое тело куском ткани.

— Еще одна вещь, Симон, о которой нам стоит поговорить. — Ричард наморщил лоб. — Кроме того, о чем я сказал тебе раньше, бывают случаи, когда воин сознательно решает не следовать приказу. Но предупреждаю тебя, Симон! Будь в таких ситуациях предельно осторожен. Проверяй себя не единожды и перепроверяй. К сожалению, наставником в таких делах я быть тебе не могу. Выбор всегда будет за тобой.

Он взял оруженосца за плечо.

— В жизни тебе придется служить под началом разных командиров, и не все они будут мудры. Кто-то вообще может оказаться полным болваном. И возникнет необходимость нарушить приказ. Но последствия такого поступка будут сказываться всю твою дальнейшую жизнь.

Симон бросил на господина озабоченный взгляд.

— А вы когда-нибудь ослушались приказа, Ричард?

— Да. И в некоторых случаях это и спасло меня и тех, кто был под моим началом. Вся сложность в том, парень, как найти золотую серединку и как в каждом отдельном случае сделать правильный выбор.

Он шутливо толкнул мальчика в грудь.

— Помоги мне одеться и поторопись. Даже при горящем очаге здесь чертовски холодно.

Укрытая в глубокой оконной нише, Элен, нахмурившись, предавалась раздумьям. Хотя разговор между Ричардом и его оруженосцем велся по-английски, она легко понимала все сказанное. Бессознательно она проводила сравнение с отцовскими беседами, которые велись когда-то в Тайви, когда отец наставлял на путь истинный их с Родри. Всегда опасаясь чем-то задеть их гордость, он все же твердо держал своевольных детей в узде, добивался от них того, чтобы они радовали его своими успехами. Лорд Олдуин готовил своих отпрысков к великой судьбе. К ее удивлению, кое-какие мысли, высказанные Ричардом, и заботливость, проявленная им к юному оруженосцу, напомнили Элен об отце.

Ричард Кент был человек сложный и способен был не только сражаться и убивать. Такое открытие она сделала во время его разговора с Симоном. Нет, Ричард Бассет оказался не дьяволом во плоти, во что она верила до сих пор, но ум и прочие качества делали его еще более опасным противником, чем он раньше ей представлялся. Она недооценивала его, но теперь все будет иначе. Элен решила, что такого врага, как Ричард Кент, одолеть нелегко.