Где обитает любовь - Стюарт Элизабет - Страница 73

Он взглянул на Эдуарда с вызовом, распалившись не на шутку.

— Призываю всех святых в свидетели, что я бы сражался ради ее спасения, будь она хоть бесприданницей, простой девчонкой из горного селения. И я, стоя на коленях, возблагодарил бы Господа, если б Он сделал ее такой же бедной, как я.

— И Господь счел бы тебя последним дураком, — резонно заметил Эдуард. — Ни один мужчина не женится, не думая о приданом невесты. Поверь мне, Ричард, эта девица принесет тебе одни лишь горести и заботы. А насчет женских прелестей — то они у всех невест почти одинаковы. Возьми в жены дочку де Борга. Я берусь все для тебя устроить.

Под испытующим взглядом короля Ричард отвернулся к окошку, за которым виднелось серое, дождливое уэльское небо. Мысль о возвращении в Гуинлин без Элен была угнетающа. Он сам не ожидал, что ему будет так тяжело.

— Я не могу, — тихо сказал он. — А в ваших словах, мой король, есть фальшь. Я знаю прекрасно, как вы относитесь к Ее Величеству. Не убеждайте меня, что вы согласились бы жениться на другой, хоть раз увидев свою будущую королеву.

— Это совсем другое дело, — буркнул Эдуард, прерывая его.

— Я так не думаю, — возразил Ричард.

Король выпрямился во весь свой внушительный рост.

— Оставь меня! — приказал он. — Слишком много времени я уже на тебя потратил. Я посчитал твои действия оправданными и глупость твою простил. Но с девицей я поступлю, как сочту нужным.

Однако Ричард не сдвинулся с места.

— Я ваш человек, мой король, и буду принадлежать вам и никому другому. Так будет всегда, и ничто не изменит моего отношения к вам. Но ради любви, которую, как вы неоднократно говорили, питаете ко мне, обещайте, что решение судьбы леди Элен вы не примете второпях!

Эдуард раздраженно покачал головой:

— Не подозревал, что ты настолько глуп, Ричард, и столь помешан на рыцарском кодексе чести. — Невольная улыбка смягчила жесткость его тона. — Но как я могу отказать тебе, когда ты служил мне преданно столько лет? Я пораскину мозгами, и мы вернемся к этому разговору позже.

Ричард молча поклонился и направился к выходу. Все обошлось для него благополучно вопреки ожиданиям. Но заверения Эдуарда не смогли заполнить пустоту, которая была и его душе, не развеяли его тоску.

— Прости, дорогая, могу я войти?

На пороге стояла женщина. Осанка, одежда, голос, манеры — все говорило о том, что эта женщина скорее привыкла не просить, а повелевать. Элен не сомневалась, что перед ней королева Англии Элеонор. Но еще прежде, чем эта догадка осенила ее, Элен уже инстинктивно присела в глубоком почтительном реверансе. Такое впечатление произвела на нее эта неожиданная гостья.

— О, поднимись, мое дитя, поднимись. Между нами не должно быть подобных церемоний. — Улыбка королевы подкупала своей приветливостью. — Ведь ты уэльская принцесса. И твой род даже древнее моих кастильских предков.

Элен невольно ответила королеве доброй улыбкой. Она выпрямилась, но молчала, не зная, что сказать. С готовностью она обратила бы на эту женщину всю ненависть, какую питала к ее супругу-королю и ко всему английскому, но королева обезоружила Элен. Только волшебницы обладали таким же обаянием, какое излучала Элеонор.

— Да! Ты столь же прекрасна, как тебя описывал сэр Ричард, но…

— Ричард? Вы с ним говорили? С ним все в порядке? — помимо воли вырвались у Элен один за другим вопросы.

Королева несколько удивилась такому безудержному всплеску чувств. Элен поняла, что ее повышенный интерес к Ричарду вне рамок приличий, и попыталась оправдаться:

— Я не видела сэра Бассета с самого приезда сюда и боялась… что с ним случилось несчастье.

— Откуда у тебя такие мрачные мысли?

— Но ведь он ради моего освобождения пренебрег королевским приказом.

— И заслужил отеческое порицание от Эдуарда, — вновь лучезарно улыбнулась королева. — В наказание ему запретили навещать тебя.

С горечью Элен подумала, что опять Ричард пострадал по ее вине.

— Это несправедливо. Ричард спас меня от барона Равенсгейта. И он даже не прикончил эту бешеную собаку.

Смех Элеонор прозвучал как нежный колокольчик.

— О, дитя! Благодари Бога, что он не перерезал ему горло, иначе ему самому пришлось бы ой как плохо. Он не мог убить английского барона.

— Зато я бы это сделала с радостью, — заявила Элен, вспомнив мгновения, проведенные наедине с Равенсгейтом. — Барон низок и отвратителен, он хуже ядовитого паука и мерзкой змеи. Он недостоин жить!

Королева вмешалась, охлаждая ее пыл:

— Я не поклонница де Визи и согласна с твоей оценкой его качеств. Но даже такие люди бывают полезны.

— Полезны? Чем? — Элен посмотрела на королеву с укоризной. — Впрочем, да! Их можно натравливать на своих врагов. Вы, англичане, нас этому научили.

Элеонор слегка обняла ее за плечи, привлекла к себе.

— Но я не англичанка, как и ты. У нас много общего… Твой Ричард мой большой друг, и мы с тобой, надеюсь, подружимся.

— Сэр Бассет вовсе не «мой Ричард».

Элеонор лукаво усмехнулась и сменила тему беседы:

— Погода сегодня пасмурная, но ведь ты не откажешься от прогулки со мной на свежем воздухе? Эдуард позаботился разбить для меня великолепный сад с прудами, цветниками и уютными беседками. Там мы сможем продолжить наш разговор. — Она придирчиво оглядела Элен с головы до пят. — А по возвращении займемся твоими нарядами. На платье, что сейчас на тебе, видны следы пережитых тобой приключений.

Элен смутилась. Ее одеяние действительно было безнадежно испорчено. Она попробовала отшутиться:

— Боюсь, что я не очень заботилась о сохранности платья, спускаясь с утеса в Амберли.

Смешливые искорки заплясали в темных зрачках королевы.

— Не сомневаюсь, что тебя занимали совсем другие мысли. Ты расскажешь мне подробно о своих приключениях во время прогулки. Твой Ричард был на удивление скуп на слова. Вообще мужчины, по моим наблюдениям, упускают множество важных деталей, повествуя о чем-либо. Ты согласна со мной, дорогая?

На этот раз Элен не поправила королеву, когда та вторично обмолвилась, произнеся «твой Ричард». В саду девушка исповедалась королеве горячо и охотно. Она поведала о том, как ее выманили хитростью из Гуинлина, как она тревожилась и за себя, и за Ричарда, и как осуществлялся их смелый побег из Амберли. Королева была хорошей слушательницей, и Элен с удивлением обнаружила, что ей легко рассказывать о своих страхах и надеждах. Она никогда и не думала, что сможет говорить об этом.

— Мне не следовало бы так распускать язык, — смущенно закончила она свою речь.

— Язык вопреки пословице далеко не всегда наш враг, — мягко сказала королева. — Я рада, что выслушала тебя и многое узнала. Но скажи мне вот еще что. Какое место занимает в твоем сердце Ричард?

Элен охватила паника. Действительно, она выболтала слишком много своих секретов.

— Я уэльская девушка, он англичанин. — Таков был ее ответ — резкий, но с примесью печали.

— Это мало что значит. Эдуард — англичанин, а я родом из Кастилии. Ты любишь Ричарда?

Элен встала со скамьи, шагнула к пруду и уставилась на воду. От проницательного взгляда королевы ей стало не по себе.

— Англия и Кастилия не воюют между собой. — Элен уклонилась от прямого ответа. — Я намерена уйти в монастырь и под опекой Господа обрести покой. Я подала прошение архиепископу и не заберу его обратно.

Элеонор ничего не сказала на это. Помолчав с минуту, она поднялась со скамьи и встала рядом с Элен на берегу пруда, ощущая плечом исходящий от девушки жар. Ей пришлось крепко прикусить губы, чтобы спрятать ироничную улыбку.

— Служение церкви — призвание не для всех. Я, например, не представляю тебя монахиней.

На дорожке, вымощенной обтесанным камнем, послышались чьи-то шаги.

Элен обернулась. К ним приближался Ричард. Сердце Элен забилось торопливо, провалилось куда-то и пронзилось болью — и все это одновременно. Элеонор, безусловно, права. В монастыре Элен не обретет желанного покоя. И вряд ли найдет его в одиночестве.