Где обитает любовь - Стюарт Элизабет - Страница 82

Он внимательно посмотрел на жену.

— Что еще тревожит тебя, любимая?

Она молчала, и в молчании ее крылась обреченность.

— Говори. Вспомни, ты поклялась ничего не утаивать от меня.

— Моя мать. Я виновата в ее смерти. — Элен спрятала голову у него на груди. Ее горячий шепот щекотал его кожу. — Она хотела уплыть со мной во Францию, но я отказалась. Я была занята войной с вами, англичанами… набегами, засадами. Мне надо было догадаться, что она не вынесет суровую зиму в горах. Она скончалась без причастия… и все по моей вине. Правда, тогда я винила во всем тебя, Кентский Волк!

Он почувствовал, как она вздрогнула в его объятиях.

— В мерзлой земле было трудно вырыть нормальную могилу. Мы опустили тело в узкую неглубокую яму, кое-как засыпали и придавили камнем. В тех местах так уныло, и ей там так одиноко, Ричард, Я не могу простить себе, что оставила ее там.

Ричард погладил ее по голове, словно ребенка.

— Для всех тогда были трудные времена. И многие умерли в ту зиму. Но я уверен, что леди Гуиннед не выдержала бы и морского путешествия во Фракцию. На море зимой промозглая сырость, а от ветров и у здоровых людей стынет кровь.

Он взял ее за подбородок, приблизил ее личико к своему лицу.

— Может быть, к лучшему, что она скончалась не на чужбине, не на море, а в родной стране. Придет весна, и мы перенесем ее останки в аббатство, она будет покоиться рядом с супругом.

Ричард коснулся лба Элен, запечатлел нежный поцелуй.

— И мы закажем хоть сотню месс за упокой ее души.

— Нет никого добрей тебя, Ричард!

— А тебя — красивее! — откликнулся он. — Но не пора ля забыть о наших печалях?

Элен согласно кивнула. Вторая их совместная ночь была еще сладостнее первой. Когда Элен заснула в его объятиях, Ричард еще долго лежал неподвижно, с открытыми глазами, словно пытаясь разглядеть что-то в темноте.

Итак, Элен помогала устраивать набеги и засады. Слова эти вырвались у нее случайно во время горячей исповеди, и вряд ли она отдавала себе отчет в том, что говорят. Лучше б он этих слов не расслышал. Если б на месте Элен была другая женщина, то он бы ей не поверил. Но от своей супруги он мог ожидать и более ошеломляющих признаний. И он не раз сам видел ее в деле. Вполне возможно, что уэльские воины прислушивались к советам отчаянной, ловкой, кровожадной девчонки, да вдобавок еще и знатного происхождения.

Неужто Эдуард был прав, когда высказывал сомнения. насколько счастливый выпал Ричарду жребий. Но как мирно и трогательно дышит во сне Элен. Ее дыхание подобно теплому ветерку. У Ричарда замирало сердце от любви к этому ставшему ему таким близким существу… Он отбросил прочь все тревоги и подозрения.

Его жена рядом с ним, а дикие уэльские ущелья далеки, и далеко в прошлом осталась ее воинственные выходки, а ее любовника Рхиса вообще не существует. Этими размышлениями Ричард утешился.

27

Заполненный трудами август незаметно перетек а такой же хлопотный сентябрь. Каждое утро Ричард с бейлифом выезжали на пола — подстегивали, подбадривали, угрожали и нахваливали — делали все, чтобы работы по обору урожая укладывались в срок.

В отсутствие Ричарда Элен хозяйничала в замке, проверяла старые запасы, руководила уборкой амбаров и погребов, готовясь к приему нового урожая. Армия слуг и служанок была под ее началом.

Уэльский дом отличался от громадной английской крепости. И все же полузабытые наставления покойной матери ей пригодились. В детстве и юности, зачарованная авантюрным и беспечным образом жизни уэльских мужчин, Элен вполуха выслушивала уроки домоводства, не находя в чисто женских обязанностях ничего для себя привлекательного. Но теперь она была благодарна матери за науку.

В ее душе будто бурный горный поток сменился плавно текущей рекой, исчезла всякая охота сражаться, вынашивать планы коварных набегов и засад. Ричард поручил Элен хозяйствовать в крепости, и то, что он по вечерам был обычно доволен ее отчетом о дневной работе, радовало ее безмерно.

И от Оуэна она больше не ждала неприятностей. За участие в дерзком ее освобождении из Амберли Оуэн как бы получил помилование. Ричард назначил его деревенским старостой, и уэльсец теперь в Руслине официально представлял местное население в спорах с землевладельцем. Конечно, он бы не занял такой пост, если б Ричард догадывался, кто он на самом деле.

Элен с головой погрузилась в хозяйственные заботы с легким сердцем и с энтузиазмом юной супруги, уверенной в любви и доверии к ней мужа. Она запомнила имена всех слуг и солдат Ричарда, вникала в их нужды, как в свои собственные, и даже стала находить удовольствие в разговорах с его рыцарями после вечернего застолья.

Но по-настоящему она была счастлива лишь тогда, когда они с Ричардом удалялись в спальню. Он отворял ей дверь в рай, и она старалась всеми силами отблагодарить его.

В первую брачную ночь он указал ей путь к наслаждению, и, освоив этот путь, Элен превратилась в неутомимую и изобретательную любовницу, поняв, что его можно украсить множеством мелких, но приятных ухищрений.

Наступил Михайлов день, а затем последовал вызов на парламентский съезд в Шрусбери.

В отсутствие Ричарда Элен с удвоенной энергией приводила замок в порядок. Прислуга не знала от нее ни минуты покоя, и сама Элен трудилась в поте лица. Вся рухлядь из всех помещений была выброшена, полы на каждом этаже Гу-инлина были выскоблены, ковры заменены и пропитаны благовониями, спальни — проветрены. Из гардеробов и сундуков повытрясли старую одежду и уничтожили расплодившуюся там в изобилии моль.

Входя в их общую с Ричардом спальню, она каждый раз вздрагивала и проникалась трепетом в предвкушении скорых наслаждений по его возвращении. Дни и ночи без него казались ей бесконечными, от громадной пустой кровати под балдахином веяло холодом.

Она пыталась унять нетерпение. В будущем ей наверняка придется ждать Ричарда неделями и месяцами, и она должна привыкать к его неизбежным отлучкам. Однако никакие доводы разума сердце ее не слушало. Она не пропускала ни одной утренней мессы, отправляемой отцом Дилвейном, и трижды в день самостоятельно возносила молитвы о скорейшем и благополучном возвращении Ричарда.

А еще Элен сделала удивившее ее саму открытие. Оказывается, она жутко ревнива. Она знала, что мужчины не могут все время хранить верность женам даже просто по природе своей, и убеждала себя, что совсем неважно, если Ричард спутается с какой-нибудь красоткой, когда ее нет рядом с ним. Это лишь зов плоти, а любит он только ее. Ведь он так сказал, и у нее нет оснований ему не верить. Но умственные построения — это одно, а чувства — совсем другое.

Крепостной двор огласился криками. Элен с сильно бьющимся сердцем выглянула в окно. Внизу, словно муравьи, копошились люди. Но в их суете не ощущалось тревоги, а, наоборот, царило радостное оживление. Хозяин возвращается в замок.

Элен кинулась в угол, где над сундуками висела полированная металлическая пластина. Сорвав с волос стягивающий их кожаный ремешок, она заменила его голубой лентой, подаренной Ричардом.

Дольше прихорашиваться было уже некогда. Уже слышалось цоканье копыт по спешно опущенному мосту через оборонительный ров. Элен поспешила вниз, в главный холл, на ходу отдавая указания подавать на стол еду и напитки. Там уже Жиль встречал спешившихся с коней Ричарда и людей из его свиты. Все они пропылились в пути, комки глины присохли к сапогам и одежде.

Она торопливым шепотом вознесла к небесам краткую благодарственную молитву за благополучное возвращение путников.

Ричард заметил жену еще на лестнице и устремился к ней. Она буквально пролетела по воздуху последние ступени, чтобы упасть в его объятия. Их губы — его обветренные, а ее нежные, мягкие — слились в яростном поцелуе.

— В другой раз я возьму тебя с собой, сладость моя, — бормотал Ричард в перерывах между поцелуями.

Значит, он тосковал, скучал, мучился! Элен отвечала ему с такой же страстью, не стесняясь добродушных ухмылок окружающих. Стальные звенья его кольчуги больно впивались в ее плоть, но она не замечала боли.