Вечно (ЛП) - Дарховер Дж. М. - Страница 46

– Итак, четырнадцать человек прикололи, как бабочек, – сказал Сал, переходя к делу. – Два «табуреточных голубя» запели.

Среди собравшихся мужчин пронесся коллективный ропот. Все знали, о чем он говорил. Четырнадцать членов Cosa Nostra были арестованы и двое из них выдали информацию, согласившись сотрудничать со следствием.

– Собираетесь заставить их замолчать? – спросил Косоглазый.

Винсент посмотрел на него, все еще беспокоясь о том, что его приглашали на тайные встречи.

– К ним не подобраться. Их держат под охраной.

– И что с того? – сказал Косоглазый. – Давайте разделаемся с их семьями. И тогда до них дойдет.

Винсент и Джованни открыли рты для того, чтобы возразить ему, но раздавшийся голос Коррадо лишил их такой возможности.

– Нет.

Он облокотился на свой «Mercedes», держа в руках коробку пиццы и поглощая ее так, словно он несколько недель ничего не ел. Больше он не сказал ни слова и не стал ничего объяснять, но это нисколько не удивило Винсента. Коррадо сказал все, что требовалось, с помощью одного лишь слова.

– Он прав, – сказал Сал. – Просто заляжем на дно до тех пор, пока не разузнаем побольше информации.

Косоглазый что-то проворчал себе под нос, пока Коррадо продолжал есть. Джованни начал дрожать от холода, а от Винсента ускользало терпение, пока Сал смотрел на яхту.

– Думаю, в ближайшее время «Федерике» понадобится комплексная чистка, – размышлял вслух Сал. – Один парень с Ист-Сайда, кажется, хочет на ней прокатиться. Он все намекает и намекает на это. Возможно, я просто обязан его пригласить.

Несмотря на то, что он говорил об этом будничным тоном, Винсент знал, что этот парень – кем бы он ни был – не вернется из этого путешествия живым.

Они еще немного побеседовали, пока Винсент был погружен в свои мысли. Он снова включился в беседу, но только лишь после того, как в разговоре были упомянуты русские.

– Нам необходимо действовать, – сказал Джованни. – Я по-прежнему считаю это ошибкой.

– Сегодня они были у Тарулло, – сказал Винсент. – Волков и еще двое мужчин. Они провоцировали нас.

– Кто-нибудь пострадал? – спросил Сал. – Или все утряслось?

– Все утряслось.

Он кивнул.

– В таком случае, нет необходимости заострять на этом внимания.

Джованни начал возражать, но Сал наградил его таким взглядом, который свидетельствовал о том, что разговор на эту тему был закончен. Спустя мгновение он махнул рукой, без слов отпуская их. Коррадо сел в свою машину, не сказав ни слова. Винсент развернулся для того, чтобы уйти, но остановился, услышав голос Дона.

– Как поживает мой крестник?

От этого вопроса у Винсента похолодела кровь.

– С ним все в порядке.

– Он справляется в школе? Набирает нужные баллы?

– С трудом. Но большую часть предметов ему удается сдавать.

Сал рассмеялся.

– Оно и не удивительно. Школа не для него. А этот бизнес, la famiglia – у него в крови. И, как ты знаешь, это все, что требуется. Кровь. Famiglia. Только это имеет значение.

У Винсента не было на это лестного ответа, но Сал его и не ждал. Засунув руку в свое пальто, он достал толстый, запечатанный конверт из плотной коричневой бумаги. Он протянул его Винсенту.

– Отдай его Principe[9] за меня. Скромный подарок от его крестного отца.

Винсент кивнул, неохотно взяв конверт. После того, как Сал ушел, удалившись на яхту к своей goomah, Винсент направился к своей машине. Как только он оказался в салоне, он закинул конверт с деньгами в бардачок. Он не собирался передавать их своему сыну.

* * *

Кармина мучили кошмары – он то засыпал, то снова просыпался. Воспоминания были настолько же болезненными, как и пуля, которая прошла навылет через его тело в тот роковой вечер. Он резко сел на кровати, когда в его голове раздался звук выстрела, и схватился руками за грудь для того, чтобы успокоиться. Часто дыша, он пытался делать глубокие вдохи, пока его глаза щипало от слез.

Услышав рядом с собой шум, он быстро повернул голову и обнаружил смотрящую на него Хейвен. Он тяжело вздохнул, понимая, что разбудил ее, и провел руками по своему покрывшемуся потом лицу.

– Я же сказал тебе, что знаю, каково это.

– Хочешь поговорить об этом?

– А ты хочешь поговорить о своих кошмарах? – она покачала головой. – Давай спустимся вниз или займемся чем-нибудь. Мне нужно убраться из этой комнаты.

Хейвен выбралась из постели, потягиваясь. Ее футболка задралась, когда она подняла вверх руки, обнажая ее плоский живот и блеклые шрамы. Кармин задержался на них взглядом, его собственный шрам на боку побаливал, но после того, как он увидел ее шрамы, его боль внезапно перестала казаться ему такой уж сильной.

Они спустились на первый этаж, и Кармин вздохнул, услышав работающий в гостиной телевизор.

– Сейчас самый подходящий момент для того, чтобы проверить силу нашей воли.

– Я сделаю тебе сэндвич, – сказала Хейвен, исчезая в кухне. Он даже не говорил, что голоден. Испытывая замешательство, он направился в гостиную и замер в дверном проеме, увидев, что теперь с диваном все было в порядке.

– Где пропадала эта ебучая диванная подушка? – внезапное появление Кармина напугало Доминика, и он опрокинул миску с попкорном, которая стояла у него на коленях. Кармин плюхнулся на диван, игнорируя взгляды, которые бросал на него брат. – И прибери попкорн. Я сегодня утром пылесосил.

Из кухни до них донесся смех, когда Хейвен случайно услышала слова Кармина.

Доминик с недоверием посмотрел на него.

– Ты прибирался?

– Да. Кто-то же должен был это сделать, ведь ты не вытащил свою ленивую задницу из постели для того, чтобы помочь. И, в самом деле, где пропадала подушка? Я был невероятно близок к тому, чтобы поджечь диван и получить благодаря страховке новый.

Доминик рассмеялся, собираясь с пола попкорн.

– Я нашел ее в своей ванне.

Кармин нахмурился.

– Как она там оказалась?

– Не знаю, бро, но я спал там с ней.

Спустя мгновение в гостиную зашла Хейвен и протянула Кармину тарелку. Поставив свою тарелку, она посмотрела на Доминика.

– Вам что-нибудь нужно?

– Нет, – ответил за него Кармин. Доминик бросил в своего брата попкорном в знак протеста, но жестом пригласил Хейвен присесть. Откусив немного от сэндвича, Кармин вернул свое внимание телевизору, но видел, что Доминик наблюдает за ним уголком глаза. Он пытался не обращать на это внимания, но брат прожигал его своими взглядами, заставляя темперамент Кармина закипать. – Чего ты уставился на меня?

Доминик приподнял брови.

– Паранойя?

– Vaffanculo[10].

* * *

Закончив есть свои сэндвичи, Хейвен и Кармин поднялись на третий этаж. Хейвен замешкалась на верхней части лестницы, бросив взгляд на дверь своей комнаты, после чего молча села возле окна библиотеки.

Зайдя в свою комнату, Кармин взял гитару и присоединился к Хейвен. Она взяла книгу с небольшого столика, стоявшего между ними, и Кармин улыбнулся, когда увидел, что это был «Таинственный сад».

– Так ты не бросила ее читать?

– Нет, – ответила она, открывая ее. Она прочитала уже около четверти книги. – Мне нравится. Она исследует сад и заводит дружбу с маленькой малиновкой. Это напоминает мне о…

Она замолчала, когда Кармин начал перебирать струны своей гитары, наполняя библиотеку различными звуками.

– О чем это напоминает тебе? – спросил он, когда она так и не закончила предложение.

– Ни о чем, – ответила она. – Прости, я просто… Книга действительно хорошая.

– Не извиняйся, колибри. Расскажи мне.

Она улыбнулась.

– Она напоминает мне о детстве. У меня не было друзей, поэтому обычно я разговаривала с животными.

– С какими именно?