Вечно (ЛП) - Дарховер Дж. М. - Страница 93

– Ох, чертовщина.

Раздавшийся смешок, за которым последовал хриплый голос Кармина, застиг ее врасплох.

– Чертовщина?

Обернувшись, она заметила, что он наблюдает за ней, будучи еще наполовину сонным. Она не знала, что бы такого ему ответить, от чего ей не было бы совсем уж стыдно.

Сев, Кармин провел руками по своему лицу.

– Что случилось?

– Эм, тут просто…

Он заметил кровь еще до того, как она смогла бы закончить свой ответ.

– О, черт. Вероятно, мне следовало упомянуть о том, что в первый раз у девушек идет кровь.

– Правда? – спросила она, ее щеки покраснели от смущения.

– Не смущайся, – сказал Кармин, проводя рукой вниз по ее груди. – Хотя румянец прекрасен.

Он выбрался из постели. Она наблюдала за его обнаженной фигурой, ее пленяли гладкие, скульптурные мышцы его спины. Он рассмеялся, заметив, что она разглядывает его.

– Как ты смотришь на то, что я наберу тебе ванну?

Хейвен широко улыбнулась.

– Звучит отлично.

Он исчез в ванной, после чего она услышала звуки льющейся воды. Вернувшись в комнату, он протянул ей руку. Хейвен опустилась в теплую воду, успокаивающую ноющую боль в мышцах. Кармин присел на край ванны рядом с ней и, взяв мочалку, начал нежно водить ею по ее коже.

Он вздохнул.

– О чем ты думаешь?

– О том, как замечательно ты заботишься обо мне, когда у меня что-нибудь болит, – ответила Хейвен. – Ты делал то же самое и после моего наказания.

Кармин помрачнел.

– Мне не нравится это слово. То, что сделал с тобой мой отец, не было наказанием, Хейвен. Это было жестокое обращение.

– Пусть будет жестокое обращение, – согласилась она. – Независимо от выбранного слова, это напоминает мне о том, что ты помогаешь мне восстановиться.

– Я проделал хорошую работу, да?

– Да. Возможно, когда-нибудь ты смог бы стать доктором, как твой отец. Думаю, ты был бы хорош в этом.

– Возможно. Хотя, я не знаю, хватило бы мне для этого терпения.

* * *

Смотря в боковое зеркало, Хейвен наблюдала за тем, как домик становится все меньше и меньше. Их уединение подходило к концу. Они возвращались в Дуранте – в реальность, в которой она снова займет свое место в доме семьи ДеМарко. Ее будущее было таким же мутным, как ручей, вьющийся вокруг владений доктора ДеМарко, несмотря на то, что минувшей ночью оно казалось кристально чистым.

Они беседовали по дороге в город, разговор моментально отвлек Хейвен от размышлений. Она нахмурилась, когда они проехали мимо школы.

– Почему ты не пошел сегодня в школу?

Кармин пожал плечами.

– У меня есть гораздо более важные дела.

– Что может быть важнее школы?

– Что это вообще за вопрос? Ты гораздо важнее школы.

– О, – она не ожидала услышать такой ответ.

Кармин припарковался возле ресторана, в котором Хейвен завтракала с Дией. Он помог ей выйти из машины, держа ее за руку и направляясь в ресторан. Их разместила та же самая официантка, что и накануне, но сегодня, как отметила Хейвен, она была гораздо разговорчивее. Казалось, что Кармин едва заметил официантку, быстро заказав колу. Хейвен последовала его примеру. Официантка принесла их напитки и снова попыталась завязать разговор. Проигнорировав ее, Кармин заказал еду, несмотря на то, что она даже не успела спросить у них о том, готовы ли они сделать заказ.

Записав их заказ, официантка отошла от их столика. Кармин тяжело вздохнул.

– Ебучие люди, не знающие, что такое уважение.

– Она неуважительно отнеслась к тебе? – спросила Хейвен.

– Нет, неуважительно она отнеслась к тебе.

– Каким образом?

– Она флиртовала со мной.

– Это был флирт? Я бы даже и не подумала. Должно быть, у нее плоховато получается.

Кармин рассмеялся. Внимание Хейвен привлекло что-то позади него. У дверей ресторана стоял Николас, наблюдающий за их столиком. Она поспешно отвела взгляд, не желая привлекать к нему внимания, но сделала это недостаточно быстро. Обернувшись, Кармин стиснул зубы, заметив своего бывшего друга.

Николас направился к ним вместе с полицейским. Сердце Хейвен учащенно забилось, когда они остановились возле их столика. Полицейский кивнул в знак приветствия.

– Кармин.

– Здравствуйте, сэр, – вежливо ответил он, но Хейвен почувствовала то, как нелегко ему это давалось.

– Как у тебя идут дела после возвращения в Дуранте?

– Отлично, сэр.

Мужчина самодовольно улыбнулся. Хейвен поняла, что неприязнь была обоюдной.

– Вероятно, все не так уж и отлично, раз ты прогулял сегодня школу.

– Плохо себя чувствовал с утра.

– Что ж, держись подальше от неприятностей. Работа кажется гораздо менее напряженной, когда нам не приходится иметь дело с тобой.

Кармин стиснул зубы. Не раздумывая, Хейвен потянулась через стол и взяла его за руку. Он с удивлением посмотрел на нее, но его тело расслабилось.

– Теперь у меня есть причина на то, чтобы вести себя хорошо.

Хейвен улыбнулась, услышав его слова. Полицейский переключил свое внимание на нее.

– Вот и славно. А Вы у нас…?

Она начала было отвечать, но ее перебил Николас.

– Ее зовут Хейвен.

Кармин снова напрягся при звуках его голоса.

– Ах, да, гостья. Где Вы познакомились с семьей ДеМарко?

Хейвен не знала, что ей ответить, но, к счастью, Кармин ответил за нее.

– В Чикаго. Наших отцов связывает дружба.

Полицейский кивнул.

– Что ж, рад с Вами познакомиться, Хейвен.

– Взаимно, сэр, – тихо ответила она, после чего он ушел. Николас задержался возле их столика, пристально смотря на их сплетенные руки.

– Что-то еще? – резко спросил Кармин.

Николас прищурился, но, так ничего и не сказав, ушел.

Официантка вернулась с их заказом, они ели в тишине. Хейвен не могла объяснить этого ощущения, но вокруг них произошло какое-то изменение, между ними возникла такая связь, которой не существовало до прошлой ночи.

Но, как бы ни были сильны эти чувства, они не могли заглушить еще одно ощущение, пронизывающее ее кожу. Она давно привыкла к этому ощущению, поскольку чувствовала его всю свою жизнь.

Это было ощущение того, что за ней наблюдают.

Глава 30

После посещения домика недели неумолимо быстро сменяли друг друга. С тех пор, как Хейвен была вынуждена оставить свою маму, прошло уже полгода. Она начинала привыкать к миру, находящемуся за пределами пустыни, и мелочи, некогда приводившие ее в состояние ужаса, стали неотъемлемой частью ее жизни. Она, как и прежде, выполняла порученные ей задачи – ежедневно готовила и поддерживала чистоту в доме – однако теперь у нее всегда оставалось время для себя. Прежде неторопливость была для Хейвен непозволительной роскошью, и, чем больше она адаптировалась к новому положению вещей, тем меньше она могла представить себе возвращение к прежней жизни.

Кармин называл это свободным временем. Выбранное им определение заставило ее рассмеяться.

Ее дни были заполнены шквалом неограниченного творчества – рисованием и живописью, чтением и поделками. Позаимствовав у Кармина несколько тетрадей, она начала заполнять страницы словами, записывая все, что приходило ей в голову. Мысли были несвязными, в словах было полно ошибок, но ее записи в любом случае не предназначались для посторонних глаз. Хейвен находила это занятие хорошей практикой. Кроме того, она обретала в нем облегчение, выплескивая на страницы скапливающуюся внутри нее напряженность.

После того, как она начала с помощью силы своих слов прогонять прочь монстров, ей стали реже сниться кошмары. Она, наконец-то, смогла ощутить некоторый контроль, несмотря на то, что на деле была целиком и полностью его лишена.

Помимо прочего, она начала комфортнее себя чувствовать, находясь за пределами дома. Кармин все время брал ее с собой, давая ей наличные деньги для того, чтобы она, отсчитав нужную сумму, могла самостоятельно расплачиваться. Кроме того, она самостоятельно заказывала еду, выбирала нужные вещи и высказывалась, когда ей представлялась такая возможность.