Авария или В ожидании чуда (ЛП) - Сивер Лавр - Страница 46

- Все, теперь быстро за мной! - скомандовал Палыч и побежал вдоль ручья, то и дело оглядываясь на пыхтевших и обливающихся потом солдат.

Теперь Градов замыкал колонну, подгоняя отставших. Он думал о том, что этот майор оказался прав, не появись он здесь, выловили бы их всех в лесу, как пить дать. Он был благодарен Тарасову за спасенных бойцов, ведь это самое большое, что может сделать один человек для другого.

Еще больше его радовало то, что он сейчас не один, последний остававшийся с ним офицер, молодой парень, лейтенант, погиб еще в горах, не слишком умно бросившись прямо под пули. Кому было нужно такое геройство? В тот день они перебазировались на новое место и по дороге нарвались на засаду коалиционных сил. После недолгой перестрелки парень поднял своих солдат в атаку и первым ринулся на пулемет. Очень глупо, надо сказать, но чувство жалости к молодому офицеру пересиливало злость, как раз из таких и получаются достойные и выдающиеся офицеры. Просто не повезло парню, вот и все. Но с тех пор Градов остался один, без поддержки и без связи. Скорее всего, никто не знал о его отряде, многие люди отказывали им в помощи, за все время ни один человек не пожелал присоединиться к ним. Тарасов был первым. И, как оказалось, очень нужным бойцом.

Оставив отряд Градова на базе, Тарасов отправился в город. В этот день он все же успел выполнить поручение Милевской.

* * *

- Ну, что, готовы? - спросил Палыч у открывшего ему дверь Соловья, - вот, принимайте пополнение!

За ним в прихожую протиснулись маленькая женщина и длинный парень с двумя сумками. Больше никого пока забрать не удалось, у кого семьи, кто-то не мог уйти сегодня, но большинство, с кем говорил посланный паренек, к которому Палыч попал лишь под вечер, выразили готовность к переезду на Большую землю. А когда узнали, что их разыскивает Милевская, и вовсе воспряли духом. Эти же двое пожелали идти немедленно, встретились с Тарасовым уже поздним вечером на окраине города и проселками добрались до Калинино. Светлана с Соловьем к тому времени извелись, вещи в дорогу собраны, давно остывший ужин сиротливо ждал на столе.

- Чуть на патруль не напоролись! - сказал Палыч, - перед самым домом. Повадились, козлы, ходить по ночам, так бы и пристукнул в темном переулке, да времени нет на них!

Наскоро перекусив, группа перебежчиков под руководством Тарасова попрыгала на месте. У длинного парня забренчало в сумке. Палыч помог ему переложить вещи, заставил еще раз попрыгать, оглядел всю компанию и скомандовал: на выход.

Путь до реки они преодолели за два часа, тучи скрывали луну, и местами приходилось продвигаться чуть ли не наощупь. Лодка была на месте. Тряхнув стариной, Палыч замаскировал ее так, что сам еле нашел.

Когда рассвело, они были уже на полпути к поселку, Володя решил обязательно проведать гостеприимную хозяйку лодки, заодно узнать обстановку и подумать над дальнейшим маршрутом. Русло реки сузилось, грести становилось все труднее, пришлось выбрать удобное место, причалить лодку и отправиться дальше пешком. Знакомые очертания спускавшихся к реке домов вскоре показались из-за холма, Палыч оставил всех отдыхать в низине, а сам отправился на разведку.

На месте знакомого дома было пепелище, он остановился у уцелевшей ограды, огляделся, щемящее чувство подкралось и сдавило все его существо, не давая мыслить здраво.

- А что с хозяевами случилось? - спросил он у проходившей поодаль женщины.

- Дак, у Востряковых они, вон в том доме с синим забором, - ответила женщина и подозрительно оглядела Палыча.

Она хотела что-то спросить, но видать передумала, махнула рукой, опустила голову и поковыляла дальше. Тарасов направился к указанному дому, прошел вдоль высокого забора, через который свешивались ветви деревьев окружавшего дом сада, и постучал в закрытые ворота. Звякнула цепь, послышалось дыхание подбежавшей к воротам большой собаки.

Дурная, не гавкнула даже, может цапнуть, - подумал Палыч и решил не вламываться за ограду без хозяев. Он отошел подальше и попытался заглянуть через забор, в этот момент дверь открылась и в проеме показался пожилой мужчина в наброшенной на плечи кожаной куртке с меховым воротником.

- Вы ко мне? - спросил он и поправил очки в тонкой оправе.

- Здравствуйте, - ответил Палыч, - мне сказали, вы у себя погорельцев приютили, а я к Оксане приехал.

- Вы, наверное, от ее мужа?

- Нет, я Владимир, могу я с ней поговорить?

- Да, да, конечно, проходите пожалуйста, - вежливо, но без воодушевления ответил мужчина и посторонился, пропуская Палыча во двор.

Тарасов, косясь на действительно страшного пса, казалось, исподлобья наблюдавшего за ним, прошел к дому. Девочка уже выглядывала из дверей и улыбалась ему, держась за косяк и раскачиваясь.

- А мы теперь здесь живем! - заявила она.

- Да, я вижу, - ответил Палыч и легонько погладил ее по голове, - а где мама?

- Моя мама там, - протянув руку с вытянутым пальцем, она указала в глубину дома.

- Ей нездоровится, - добавил хозяин дома, - она в гостевой отдыхает, малость на пожаре пострадала, если бы не девочка, мы бы и не успели.

- В смысле, как не успели?

- Ее в бане закрыли вместе с дочкой и подожгли.

- Кто?! - изумился Тарасов.

- Известно кто, Базыкин с другом своим, полицаи наши.

- И что они? Как...

- А что им будет, смеются только, вон, сегодня с утра видел их, уже «зенки залили», Оксана девочку через окошко только и успела просунуть, она к нам, вот, еле успели. Да вы проходите.

Оксана лежала на кровати, лицо было слегка обожжено, бровей и ресниц не было, на голове повязан платок. Она улыбнулась и привстала, пристроив поудобнее подушку. Палыч вошел и молча сел на край кровати.

- Здравствуйте, Володя, а я тут приболела слегка, но вы не обращайте внимания, как вы, добрались до дома? Все хорошо?

- Да, все в порядке, вы-то как себя чувствуете?

- Уже хорошо, давление было большое, теперь нормально. Волосы только вот...

- Ерунда, - сказал Палыч, улыбаясь, - это дело поправимое, все будет в порядке. Я вас заберу отсюда, чего доброго они еще и этот дом спалят.

Оксана несколько секунд молчала, глядя в сторону, ее глаза наполнились слезами.

- Я не могу, - сказала она сдавленным голосом, - муж должен вернуться.

- А мы ему записку оставим. Все, собирайтесь, вам пятнадцать минут на сборы, я подожду снаружи. И не возражайте! - оборвал он открывшую было рот Оксану, - хотите, чтобы и этот дом спалили?

Оксана явно не хотела, чтобы спалили и этот дом, и кивнула головой.

* * *

Переправившись на другой берег, перебежчики двинулись дальше. А через день были уже в ближайшем поселке на нашей стороне, откуда Палыч связался с Мариной и сообщил приятные для нее известия. Через несколько часов их забрали и увезли на ближайший аэродром, а оттуда самолетом доставили на место, во вновь возрождаемый Центр. Отправив всех устраиваться, Храмов с Палычем до глубокой ночи рассказывали друг другу о своих приключениях и мыслях, пока Виктор не понял, что друг, сидящий напротив, спит.

На следующий день они были у Риты и излагали идею Храмова, горячо поддержанную Палычем. А еще через три дня представители завода уже показывали свое изделие на полигоне. Из присутствующих мало кто понял что, в сущности, происходит. На демонстрации присутствовала группа чиновников от военного министерства, один из них пообещал поднять вопрос о принятии на вооружение данного образца на ближайшем совещании у министра. Наверняка он смутно представлял себе все перспективы и вряд ли понимал, какие будут последствия применения такого оружия, и дал обещание лишь из вежливости.

- Я даже не знаю, что делать, - сказал Виктор, отойдя с Ритой в сторонку, - эти господа ничего не поняли и ничего не решают. Наверное, я чего-то не понимаю, но у меня складывается впечатление, что и китайцы и «коалиция» всех здесь устраивают, и никто ничего делать не собирается. Не может же быть, что все у нас такие тупые, если не хуже?