Исчезнувшая стихия (СИ) - Вольная Мира - Страница 169

Она накинула плащ и вцепилась зубами в маленький пузырек с кровью, пытаясь его открыть.

- Я с тобой, - вампирша даже бровью не повела, проглотила кровь и развернула за спиной воронку портала. Я вцепился в ее руку, едва успев подхватить с пола мечи.

Нас выкинуло посреди какого-то заброшенного заросшего сорняками поля.

- Я вот не понимаю, насколько нужно быть идиотом, чтобы ей поверить?! - прошипела Елена, оглядывая местность.

- А ты бы не поверила? - я развернулся на шорох. В пяти шагах от нас стоял черный зверь. Потрепанный, со следами засохшей крови, толстой коркой покрывающей смоляную шерсть.

- Ты врайт, кровь тебя дери! Ты должен был почувствовать! - взбеленилась она.

- С ее-то щитами?! - рявкнул я.

- Стэр, - не ответив, позвала вампирша. Кот поднял треугольную морду и жадно втянул носом воздух, внимательно глядя на нас. Он пытался сфокусировать взгляд, зрачки странно слишком быстро дергались, то расширяясь, то сужаясь.

- Елена? - полу-рык полу-хрип.

- Да мой хороший. Диана послала за тобой. Что случилось?

- Она у Велеса. Что-то задумала, - он говорил, словно кидал камешки в воду. Отрывисто, через силу. - Разорвала контракт. А я не стал. Все еще помню. Врайт, иди. Покажу.

Я опустился рядом с ним, сбрасывая щиты, как ненужную шелуху. В голове замелькали картинки.

Охота. Кровь замедляет свой бег, зрение четче, слух острее. Каждая мышца, каждый нерв на пределе. Я слышу, как копошатся жуки под корой дерева, вижу, как дрожит роса с обратной стороны листьев можжевелового куста, на языке каждый оттенок запаха молодой оленихи. Мускусный, сладкий, терпкий, с нотками зеленой листвы, примятой травы, буковой коры. Я подкрадываюсь, таюсь, прячусь. Под лапами теплая земля, шерсти касаются потревоженные былинки, пасть наполнилась слюной. Еще два шага. Прыжок!

Меня сносит, впечатывает в дерево. От удара хрустят кости нижних ребер, боль серой пленкой туманит взор. Что-то вонзается в заднюю лапу. Я не слышу, как рычу, но чувствую вибрацию в горле. Втягиваю носом воздух. Знакомый. Жимолость, наперстянка, мать и мачеха, болотные кувшинки. Так пах охотник. Мертвый охотник. Велес. Перекрыть связь, слишком больно.

Я то прихожу в себя, то снова проваливаюсь в бездну от боли. Я в клетке из нрифта, и даже сквозь нее чувствуется страшная сила этого места. Что-то подобное я уже чувствовал не так давно. Когда? Не могу вспомнить. Иногда охотник приносит мне воды, иногда позволяет боли ослабнуть, но лишь на несколько вдохов. Сколько прошло времени? Не знаю.

Голос. Родной. Злой. Уставший голос. Обсидиана.

Перед глазами все плывет, кости и кожа срастаются, раны больше не жгутся каленым железом. Я, наконец, понял, где я.

Я смотрю в знакомые глаза и не хочу верить тому, что слышу. Что-то угасло в ее взгляде, та обреченность, что лишь изредка показывала свою уродливую голову, теперь заполнила все. Она отказывается от меня. Только ли от меня? Но контракт двусторонний, я буду помнить. До последнего буду помнить.

Я с трудом вынырнул из памяти леопарда, так до конца и не восстановившись. С неудовольствием отметил, что руки слегка подрагивают.

- Где она? - вернула меня в действительность Елена.

- Не знаю, что за место. Придется тебе. - Вампирша выругалась и выпустила клыки.

- Второй раз уже. Кристоф будет рад такому подарку, - бросила она тихо и впилась зубами в шею кота. Тот даже не вздрогнул.

Через вдох мы втроем уже стояли рядом с тем домом на дереве, что показал мне Стэр. Тишина больно давила на уши, я перекатывал на языке вкус озона и грозы. Это не Велес блокировал исфит, это место не давало мне пробиться к охотнице. Дикая, жестокая сила кольцом сдавливала грудь, не давала развернуть крылья. Мы двинулись навстречу ей, словно ведомые голосами наяд.

Сначала в свете луны проявились очертания старого капища. Взрытая будто огромными когтями земля, поваленные деревья, наполовину опустевшие источники силы, иссушенные ветви, словно лапы чудовищ из детских сказок, запах смерти вокруг, гоня и боли. Елена жадно глотала воздух, ее глаза превратились в кровавые омуты.

- Я дальше не пойду, - глухим голосом сказала она. - Слишком большая сила, слишком большой соблазн. Я могу потерять контроль и броситься.

- Пантеон Смерти? - она кивнула, опускаясь на землю. - Стэру, наверное, тоже лучше остаться. - Леопард упрямо тряхнул головой и последовал за мной.

А потом я увидел их. Две фигуры, лежащие с краю капища. Я рванулся вперед, забыв про осторожность, не реагируя на плети древней силы, что стегали меня, требовали остановиться, уйти, бежать прочь. Я упал на колени.

Обсидиана. Девочка моя. Жизнь моя.

Она сидела, прислонившись к одной из статуй, вся рубашка была залита кровью, кровь багровой коркой покрывала губы, подбородок, шею, кровь на ободранных пальцах, кровь на брюках. Глаза закрыты, а на лице все та же ехидная улыбка, и руки... Холодные, колюще-ледяные. Что же ты наделала, сердце мое? Что же я наделал?

Она еще дышала. Едва-едва, но дышала. Я бросил взгляд на второго охотника. Мертв. Ценой невероятных усилий я наложил на него стазис. Виски заломило, и моя собственная сила ударила по мне практически наотмашь, так, что я лишь чудом удержался на ногах, а во рту почувствовал металлический вкус. Душная апатия навалилась сверху, пригнула к земле, окутала, спеленала. Захотелось лечь рядом с Дианой положить голову ей на колени, закрыть глаза и просто лежать. Вечность, а может и дольше.

Резкая боль в руке заставила прийти в себя.

- Бери ее, - прорычал леопард, выпрыгивая из круга капища.

Елена кинулась навстречу, как только увидела наши очертания.

- Что...

- Уходим, - оборвал я ее на полуслове. - Еще вдох и проклятые боги нас уже не отпустят. - Я понятия не имею, откуда пришло ко мне это знание, просто знал и все. Клянусь духами грома, если бы была возможность, я бы побежал прочь. Но рисковать я не мог.

Не помня себя, как в тумане мы добрались до дерева. Дышать стало легче, с громким хлопком за спиной развернулись крылья. Елена согнулась пополам, жадно глотая воздух и жмурясь то ли от боли, то ли от удовольствия.

- Святая кровь, - еле прошептала она.

- Ты сможешь открыть здесь портал к феям? - сердцебиение Дианы стало еще слабее.

- Да, - вампирша уверенно кивнула, выпрямляясь. - Мне кажется, что теперь я могу все. - Она начертила в воздухе плетение и вскинула руки.

А дальше. Дальше начался бардак.

Бестолковые феи и демоны суетились вокруг нас. Они кричали, размахивали руками, о чем-то спорили, перебивая друг друга, ничего не делая, просто создавая шум. Они мельтешили перед глазами блеклыми пятнами, лишь изредка добиваясь от меня односложных ответов. Что-то требовала Сибилла, о чем-то тихо спрашивала Елена, как-то просяще звучали интонации Рика. Я не слушал.

Я так и не выпустил Обсидиану из рук. Два дня. Два страшных, выматывающих дня я держал ее в объятиях, делясь энергией, пытаясь достучаться. Дэмиан, Рик, Елена, даже Илия перерывали архивы, стараясь найти хоть что-то, хоть какую-то возможность привести ее в чувства. Вся комната была уставлена накопителями и свечами, рядом всегда находился лекарь, впрочем, он был также бесполезен, как и остальные. Мне не нужно много, лишь бы открыла глаза, лишь бы едва сжала пальцами мои руки, лишь бы ушла эта восковая бледность с лица, лишь бы один вдох сделала самостоятельно. Я проклинал, ругал, клялся, просил и умолял. Всех. Ее, богов проклятых и настоящих, духов грома, и сам Мирот. Но она так и оставалась без чувств, сломанной куклой лежать в моих руках. На ее теле не было ни одной раны, кроме содранных ногтей, ни одного синяка, ни одной царапины. Не было ни проклятия, ни наговора, ни дохленького плетения, а моя сила продолжала уходить, словно сквозь нее, способная лишь поддерживать сердцебиение, лишь заставлять ее дышать. Сухими волнами меня накрывала паника, запахом горячей земли окутывал страх. Я гнал эти чувства, как мог. Старался не думать, что-то шепча ей в волосы, целуя застывшие руки.