Роковое лето (СИ) - Светлячок Светик - Страница 38

— Тогда сердце подскажет, что ты должен сделать,  — сказала брюнетка.

Храмов посмотрел сестре в глаза и кивнул.

Алиса лежала на больничной постели и с отсутствующим взглядом смотрела в окно.

Итак, подведем итоги, мрачно размышляла девушка. Мама умерла. Любимый человек уверен, что она ему изменяет и скорее всего ненавидит ее. Еще она сама едва не отправилась на тот свет. И она потеряла ребенка.

Ребенок…

Девушка положила руки на свой живот. Еще совсем недавно там была маленькая жизнь, отчаянно нуждающаяся в ее заботе и защите, а она его подвела. Подвела своего ребенка. Ее и Кирилла.

При воспоминании о Храмове, у блондинки покатились слезы. Теперь она осталась одна. Совершенно одна. Она потеряла всех кого любила, конечно, Настя ее не бросит, но у той есть обожаемый муж и совсем скоро на свет появится малыш, подруге будет совсем не до нее.

Кир… его она тоже потеряла. Алиса вспомнила с какой ненавистью и злостью парень разговаривал с ней в день аварии и то, что он до сих пор ни разу ее не навестил в больнице, лучше всяких слов говорит о его к ней отношении.

Услышав, как к ней в палату открылась дверь, девушка быстро утерла слезы и повернулась к вошедшему. И потеряла дар речи.

В дверях стоял тот, о ком она думала прямо сейчас. Кирилл медленно закрыл дверь и, неуклюже опираясь на костыль, повернулся к ней лицом. Алиса смотрела на него вовсе глаза и боялась поверить в происходящее. Это действительно он.

Правда выглядит он, честно говоря, просто ужасно. Бледный, глаза красные, мешки под глазами и еще он сильно похудел, скулы заострились от чего черты его лица стали резкими и угловатыми. Но все равно это был он. Ее любимый. И сейчас он стоял в нескольких шагах от нее и смотрел таким затравленным взглядом, что у Алисы сжималось сердце.

Кирилл все продолжал стоять у двери и смотрел куда угодно, только не ей в глаза. И заговорить не пытался. Неожиданно для самой себя девушка жутко разозлилась. Он  что пришел поиздеваться над ней? Посмотреть, как она держится или же просто пришел повидать ее, чтобы успокоить совесть?..

— Уходи, — резко сказала она.

Кирилл вздрогнул от звука ее голоса и нерешительно посмотрел на девушку.

— Уходи. Немедленно! Я больше не хочу тебя видеть.

Плечи парня поникли, и он медленно попятился назад. Уже выходя, Кир на миг остановился и повернулся.

— Прости, — сказал он и вышел,закрыв за собой дверь.

Как только Алиса снова осталась одна в своей палате она заплакала. Кирилл пришел к ней сам, а она просто взяла и прогнала его. Господи, что же она наделала?..

Алиса плакала и жалела себя до тех пор, пока в палату не вошла медсестра. Увидев ее состояние, она вколола девушке успокоительное, от которого Лазарева провалилась в глубокий, спасительный сон.

— Насть, я не знаю что делать…

Мать и дочь сидели на кухне и пили чай. Татьяна приехала к девушке, чтобы проведать ее, все-таки она была в положении, а в последнее время ей пришлось перенести много стрессов и переживаний. И еще она хотела посоветоваться с Настей по поводу Кирилла. Вчера после визита в больницу он вернулся сам не свой. Не говоря никому ни слова, он поднялся в свою комнату и с тех пор не выходил оттуда.

— Он виделся с Алисой? — спросила Настя, доставая из холодильника тарелку с фруктами.

— Да, — кивнула мама. — Но, похоже, все прошло не очень удачно…

Собеседницы посмотрели друг на друга и тяжело вздохнули.

— Все наладится, — наконец сказала девушка, но в ее голосе не было той уверенности, которую бы хотела слышать Татьяна. — Им просто нужно больше времени, — чуть тверже добавила она.

— Я боюсь, что Кирилл сорвется и натворит дел, — тихо проговорила женщина. — Мне кажется он уже на грани…

Татьяна попрощалась с дочерью и сев за руль, повернула ключ зажигания. В ее голове наметился план действий, и она решила приступить к исполнению немедленно, пока хватало решимости. Остановив машину у здания больницы, женщина быстро вошла внутрь. Поднявшись в хирургическое отделение, она уточнила, в какой палате лежит Алиса и можно ли ее сейчас навестить. Спустя несколько минут Храмова уже стучала в дверь палаты, и дождавшись ответа вошла.

— Здравствуй, Алис, — поприветствовала она девушку.

Лазарева была очень удивлена ее визитом, но постаралась скрыть свое замешательство.

— Здравствуйте, Татьяна Сергеевна, — запинающимся от волнения голосом, поздоровалась блондинка.

— Можно? — Татьяна указала на стоящий у кровати стул, и когда Алиса кивнула, присела. — Как ты себя чувствуешь?

Девушка с удивлением отметила, что не одна она нервничает. Татьяна Сергеевна тоже явно была не в своей тарелке, ее выдавали руки, которыми она теребила ремешок своей сумки и неестественно  напряженная поза. Алиса попыталась непринужденно улыбнуться.

— Спасибо. Мне с каждым днем становится все лучше. Если повезет, то еще немного и меня отпустят домой.

— Хорошо. Алиса… — Татьяна прямо посмотрела девушке в глаза. — Я хотела поговорить с тобой о моем сыне.

Лазарева вздрогнула и отвела взгляд. Такого поворота она не предполагала. Алиса совершенно была не готова к этому разговору. Она боялась, что Татьяна Сергеевна не одобрит ее кандидатуру в качестве подруги своего сына. Но сейчас-то это уже не важно, резонно заметила девушка и попыталась успокоиться.

— Не волнуйтесь. Меня с вашим сыном больше ничего не связывает. А то, что было  — было ошибкой. Да Кирилл и сам вам может сказать об этом. Вам совершенно не о чем волноваться. Я не претендую на него.

Татьяна поджала губы и строго посмотрела  на девушку, от чего та в свою очередь съежилась на кровати.

— Очень жаль, юная леди, потому что мой сын явно имеет на вас виды и я его, между прочим, поддерживаю всем сердцем.

— Что?!

От удивления Лазарева даже привстала на кровати, но почувствовав слабость, снова опустилась на подушки. Ей казалось, что она спит и видит какой то странный сон. Это просто не может быть правдой.

— Я не понимаю, — наконец выдавила из себя девушка.

— Видишь ли, дорогая, мой сын очень страдает, ему и правда сейчас плохо, — от этих слов у девушка кольнуло в сердце. — Алис, ты нужна ему.

— Этого не может быть, — тихо сказала девушка, правда уверенности в голосе заметно поубавилось.

— С тех пор, как ты уехала, Кирилл очень изменился, — рассказывала Татьяна. Она была готова на многое, лишь бы ее сын был счастлив. А сейчас она абсолютно уверена, что его счастье зависит от этой девушки. — Алис, он и правда очень изменился и все благодаря тебе. А после той страшной аварии…  —  из-за сильного волнения рассказ у женщины получился сбивчивым и не связанным, — из него словно вся жизнь ушла. С тех пор, как Кирилл выписался из больницы, он каждый вечер напивается. — Ей все сложнее становилось сдерживать свои эмоции. — Как я не пыталась, я совершенно не могу на него повлиять. Но тебя он послушает… — Храмова с надеждой посмотрела на девушку.

— Я совсем не уверена, что он станет меня слушать…

— Он любит тебя и во всем произошедшем с вами винит только себя. Алис, пожалуйста, я готова умолять тебя… Поговори с ним. Я не могу просить, чтобы ты его простила, но просто выслушай его…

— Татьяна Сергеевна, не плачьте, я вас очень прошу. И извините, но вы ошибаетесь… Кирилл  не любит меня… — Алиса вспомнила их стычку в машине, его полный гнева и презрения взгляд. — Скорее даже совсем наоборот, — печально добавила блондинка.

— Первое, о чем он вспомнил, еще не до конца придя в сознание, была ты, Алис… Он звал тебя.

У Алисы просто перехватило дыхание от только что услышанных слов, но она боялась поверить, в то, что это правда.

— Возможно, он просто испытывает чувство вины… — слабо возразила блондинка.

— Ты и сама в это не веришь, милая, — Татьяна улыбнулась и с нежностью посмотрела на смущенную девушку.