Диагноз – бессмертие. Одержимые бессмертием - Кравцов Дмитрий - Страница 104

– Лежать!!! – ору я уже в голос. А чего скрываться, если уже заметили. И Хирург рядом скупо постреливает, заряды бережет. Перекатывается, чтобы не задели. И Еж подключился, и еще один. Старик, конечно, – больше ни у кого из балласта лучевика нет. Шум, гам, искры во все стороны. Грязь шипит, паром исходит.

Перекатываюсь, уже не думая про жижу, про вонь, про Жен. Только одно в голове – нарвались, отстреляться, уйти бы. Не успел разобраться, где кто, как кто–то орет мне прямо над ухом:

– Да ты грохнуть меня хотел, паскуда!!! – И надо мною, словно каменный гость, воздвигается некто. «Грабер спятил», – понимаю я и резко бью его под колени, чтоб не отсвечивал. И вовремя – над нами стрижет щедрая очередь из лучевика. Ай да космонавт! Это он моих орлов огнем поддержал!

Закатились мы за тумбы эти электромагнитные. А что – единственное здесь укрытие. Через пару минут стрельба затихла. И тут же громкий, не иначе как в мегафон, голос:

– Наплеков, сдавайся. Вы окружены! Если сложите оружие, гарантирую жизнь. Даю три минуты тебе и твоим наймитам. – И снова тихо. Я прополз пару метров туда, где по отчетливо–злой ругани угадывается местоположение нашего министра. Спрашиваю у него:

– Кто это выступает? – хотя по голосу уже догадываюсь.

– Да Токарев, зар–р–раза! Все как ты и говорил. Теперь меня объявили ренегатом, и живым никто брать не будет. Если ты, Край, надеялся на меня как на заложника…

– Была такая мыслишка, – кивнул я.

– Так брось ее. Я теперь изгой. Падаль. Такая же голь, как твои хейворки. Этот шкурник, видишь, как все повернул – что это я вас в Купол провел. Главным предателем меня делает, а сам–то… Теперь он и впрямь мое место займет, если успешно провернет эту операцию. Оружие дашь?

Я скосил глаза на еле–еле различимый силуэт министра:

– Может, и дам. А где гарантия, что вы с ним это не подстроили? Откуда они знали, что мы именно сюда пойдем? Да мы десять раз в боковой ход свернуть могли! А?

– Нет, ты и вправду идиот, Край! Так я и отдал себя в ваши лапы! Да они просто слышали, как ты там у двери свой план излагал! Камеры–то, забыл, с микрофонами! Поздно ты их разнести велел. Вот Токарев и спустился через другой ход. Сейчас зеркальный прожектор подтащат, и конец нам. За этой горой его не достанешь… Надо либо сдаваться, либо прорываться. Вы ведь бессмертные, вам и карты в руки. Или слабо?..

Мне на миг стало смешно, причем искренне – министр брал меня «на слабо», как будто я тут с ним, недорослем сопливым, в «казаки–разбойники» играю. Не доиграл он, видимо, в детстве. А может, все еще под дурью?.. Меня–то не так берет, организм любое вредное вмешательство сам гасит. Да ладно, плевать на министра. Положение и впрямь серьезное.

Я задумался. Устройство зеркального прожектора просто и эффективно: за любой преградой устанавливают обычный прожектор и специальной системой зеркал направляют его свет в нужную сторону, рассеивая его так, чтобы было вполне прилично видно. И мы у них как на ладони. Бессмертного ведь тоже можно вывести из строя – допустим, снайперским выстрелом. Чтобы восстановиться, нужно время. А они тем временем успеют подойти вплотную. Или для верности будут сажать заряд за зарядом, пока группа захвата не возьмет нас в состоянии временной некондиции.

Ну да нас тоже кое–чему учили. Пусть только запалят свою елку, посмотрим.

– Еж! Ко мне!

Андрюха оказался рядом в два прыжка, а я тем временем колдовал над коминсом, выводя на проектор схему. Спросил между делом Наплекова:

– Сколько им потребуется на установку света?

– Минут пять–семь. Смотря сколько они уже здесь ошиваются.

– Успеем! Еж, слушай. Берешь Грабера – его вроде как подстрелили. Космонавта с девкой тоже и дуешь вот сюда, – я увеличил и показал место на плане, где боковой тоннель уходил в сторону и отмечен был спуск «45 метров» и отметка «вниз». – Там дверь. Хоть тресни, но вскрой ее. Хоть гранатой, хоть лучевиком, хоть зубами. Батарей не экономь, а то могут совсем не пригодиться, если еще и сзади к ним подмога подоспеет. Ждешь нас там. Ясно? Выполняй!

– Дик, а ты как же? Нешто тута стопанешь? – от волнения Андрюха перешел на местный диалект. – Не, ты за бугра, тебе неча стримать!

– Заткнись! Ни ты, ни Вася этого все равно не сумеете. Дуй давай! Вася! Прикроешь меня. Секи, как только свет вспыхнет, так сразу же пали, не жалея. Понял?

– Да.

Ну и молоток, что понял. А я достал из кармашка на поясе дезсалфетку и стал тщательно протирать пальцы. Сейчас нужно полностью сконцентрироваться, и я ушел в «бросок». Предстояло сделать очень тонкую вещь – погасить скрытый за завалом прожектор, не выходя из–под нашего жалкого прикрытия, тумбочек этих. В Гильдии этому учили, и я достаточно попрактиковался, но сделать это в тоннеле, да еще рассчитать силу заряда так, чтобы он отразился от бетонного потолка, а не взорвался в точке соприкосновения с ним… Выйдет ли?

Внутренний хронометр отсчитывал секунды. Скоро их станет еще меньше. У меня будет максимум три секунды – три выстрела на то, чтобы нащупать этот проклятый фонарь, скорректировать угол отражения и силу заряда. Максимум три. И все насмарку, если прожектор у них не один.

Пришлось подключить лучевик к наведению с датчиков коминса, хоть я этого не любил никогда. Техника, она и быстрее и точнее рефлексов человека, но отказать может любая, даже самая надежная. А мои рефлексы откажут только со смертью. Вот так–то…

Я отстегнул от пояса второй лучевик и протянул его Наплекову. Все одно – если он даже нас подставил, Токареву теперь прямая выгода его убрать. А мне лишний боец не помешает. Интересно, сколько там солдат?..

Ну, вроде бы время.

Я привстал на одно колено. Отсутствие в подземном комплекте инфракрасных очков вселяло надежду, что и у людей Токарева их нет.

Жду.

П–шш–ххххххх!!! И сразу же стало светло. Тут же от противоположной тумбы зачастил разрядами Вася. Я повел стволом вверх, ориентируясь на место в завале, где свет был ярче всего, и видя окружающий мир в очень замедленной съемке. Очень. Штрихи первых разрядов с той стороны прочертили мимо пока неверные, пристрелочные параллели, а я все поднимал и поднимал ствол, медленно, очень медленно, всю жизнь поднимал и, как только коминс чуть слышно пискнул, нажал на кнопку три раза подряд и еще один чуть позже. Красноватые прямые ушли полого к потолку и, отразившись там, ринулись вниз, за завал. И за тысячную долю секунды до того, как стало совсем темно, я упал и перекатился влево, сбивая возможным стрелкам прицел.

Тьма! Полная тьма!!!

Это зрачки не успели среагировать на внезапную смену освещения. Получилось!!! Ай да я!!!

– Есть!!! Есть, есть, есть!!! – восторженно орал в отдалении, а кажется, что за тридевять земель от меня Хирург, выпуская заряды один за другим.

– Есть!!! – вторил ему Наплеков.

«Есть», – подумал я, открывая огонь.

Глава 12

Коминс пискнул, предупреждая хозяина, что пришла какая–то информация. Гор оторвал голову от жесткой подушки и первым делом глянул на время. Одиннадцать ноль–ноль по стандартному кремлевскому!

Ого, что–то разоспался ты, господин инспектор!

Он вскочил с койки, резким ударом кулака поражая воображаемого противника, и замер. Что–то долго пищит машинка – стало быть, объем информации весьма богат.

Инспектор снял коммуникатор со столика в изголовье. Привычно проверил бусину наушника, присосавшуюся к основанию уха с внутренней стороны, и вызвал протокол приема – так–так–так, интересно. Первые данные с Ч33. Отчет Иванова. А отправитель и того интереснее. Сам Наследник! Надо же, не поленился лично послать весь массив информации. Очень интересно, но сначала умыться.

И тут же замигал вызов голосового канала коминса. А вот и сам бастард нарисовался, не к завтраку будь помянут.

– Слушаю, господин Левински.

– Как самочувствие, инспектор? Понимаю – после вчерашнего промывания мозгов вам бы еще отдыхать и отдыхать. Сам пробовал и знаю, что такое сканирование и какой лепешкой себя после него чувствуешь, но время не ждет. Да, хе–хе… Покой нам только снится, инспектор. – Голос бастарда был свеж и напорист. – Поступили первые данные с Ч33. Ознакомьтесь, и жду вас через два часа у себя в кабинете с выводами по теме. Хватит вам двух часов?