Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 376

– Э… ещё раз извините, сен, но мы обсуждаем именно это.

– Гребаный небесный четырежды пиздец! – Провозгласил инженер-майор. – Или у вас экзотические сексуальные привычки, или вы цинично трахаете мой мозг!

– Ни то ни другое, сен! Это вопрос генерации волн в открытом коническом объеме…

– Волновой процесс в дюзах, что ли? – Перебил он.

– Нет, там такая хреновина типа семиметрового рупора.

– Долбать этот подлунный мир. Такие длинные рупоры не применялись со времен 1-й мировой войны. Откуда у вашего парня взялся такой балдалоид?

– Это только что сделали из листового металла в мастерской австралийского корвета.

Кпату положил руку на затылок и задумчиво подергал кисточку волос.

– Что за фигня на лопате? Мне говорили, что ваш парень из чилийской транспортной авиации, и он в отставке. А тут парень из австралийского флота, и он в строю.

– Все правильно, сен. Но сейчас на связи не мой парень, а друг моих друзей.

– Надо же! Друг друзей… Может быть, мне с ним познакомиться, а?

– Я думаю, он будет рад знакомству, сен.

– Тогда познакомьте нас, как полагается, и дайте сюда трубку.

– Один момент, – сказала Оо. – Слушай, Билл, короче: я сейчас в лаборатории, и ты можешь поговорить с инженер-майором Кпату, спецом по аэромеханике… Ага! Сен инженер-майор, это капитан-лейтенант Билл Сеймур из военного флота Австралии.

Она передала Кпату трубку, тот хмыкнул, и произнес:

– Добрый день, Билл. Я слышал, что вы свернули из листа семиметровый рупор. Мне интересно: зачем вам такая погремушка?… (пауза 3 минуты, капитан-лейтенант объясняет, инженер-майор слушает) … – Так! Внимание, учебный взвод! Быстро Все Прекратите Страдать Хуйней! Слушайте новую вводную. Учебно-боевая задача типа «Аполлон-13». Кто ответит, что это значит?

– Курсант Бунка! Разрешите сен? – Произнес парень с внешностью второстепенного персонажа из голливудского фильма про первобытных людей.

– Попробуйте, Бунка.

– Это значит, сен: есть куча всякого говна, и из этого надо сделать конкретный дик, который безотказно работает и может быть немедленно пущен в дело!

– Неплохо сказано, клянусь жопой казуара, – оценил Кпату. – А теперь внимание на центральный экран. Я рисую конический рупор, который у нас уже есть. Проблема подручными средствами сделать осевой акустический излучатель. Надо получить полтораста децибел на дистанции полкилометра. Хэй, курсанты! Вас тут 38 ярких индивидуальностей! Сработайте командой так, чтобы я искренне сказал: охуеть!

…

Каа посмотрел на экран своего коммуникатора, показал пальцами «ОК» и вернул Винсмарту его мобайл и пояснил:

– Теперь они связались прямо. Мы все сделали.

– Спасибо… – Винсмарт убрал трубку в карман, – Если все получится, то можете рассчитывать, что помкэп Сеймур прокатит вас на своей ультра-яхте.

– Такая хорошая яхта? – Спросила Фзии.

– В своем классе она очень хорошая. Это спортивный парусный болид. Билл на нем выиграл одну серьезную любительскую регату.

– Парусный болид это вот такое? – Спросил Каа, показывая пальцем на проходящее в кабельтове от них маломерное судно, похожее на гибрид бабочки с дельфином.

– Нет, – сказала Абинэ. – Это штурм-трэйсер образца примерно 10-го года. Их сняли с вооружения и теперь производят, как полуспортивные гидропланы.

– Этой девушке стало там скучно, – прокомментировали Фзии дальнейшие события, происходящие на гидроплане, – Девушка думает: здесь веселее. Я тоже так думаю.

Дженифер Арчер посмотрела внимательнее на девушку-подростка, которая уверенно нырнула с борта штурм-трэйсера и поплыла в сторону дельтаплана.

– Черт! Это ведь Лианелла, дочка Доминики Лескамп.

– Упс… – Произнесла Абинэ, заглядывая в рюкзак. – А у нас особо нечем её угостить. Остались только банки с джемом и с икрой морских ежей. Странное сочетание…

– Вероятно, – сказал Винсмарт, – она просто хочет поболтать. Так что какао и джем…

– Мы можем поймать рыбу, которую можно кушать сырой, – предложил Каа.

– Замечательно! Если мисс Лескамп-младшая голодна, мы решим проблему так.

Лианелла в хорошем темпе проплыла этот кабельтов, зацепилась рукой за поплавок дельтаплана, поправила на себе спортивный купальник типа «kiwi-serf» и спросила:

– Извините! Я не помешаю?

– Конечно, нет! – Сказала Абинэ, – залезай сюда. Ты как относишься к джему с какао?

– Очень хорошо отношусь! Спасибо! Просто у мамы 4-часовой рабочий телемост с Парижем, Муруроа, Форбишер-бэй и Сипл-айленд, а меня спихнули Танку и Гогену. Ничего такого, они замечательные. Но они сняли двух девчонок, и я им практически мешала, хотя они готовы были за мной приглядывать, как обещали маме, и…

– …И, – помогла ей Арчер, – ты поступила с ними по-товарищески. То есть, смылась.

– Типа, да, – в меганезийском стиле ответила Лианелла. – А что у вас за тема?

– Мы прыгаем с одного на другое, – сообщила австралийка. – Кстати! Вчера я мельком услышала в разговоре про такой объект: «Планка Нортона» в связи с Лемурией…

– Планка Нортона, – перебила Абинэ. – Это не объект, а…

– … – А можно я включу запись?

– Конечно, включай, – Абинэ кивнула. – Только имей в виду, я объясню, как я думаю, а совсем не факт, что я думаю правильно. Кто-то вообще считает, что это лженаучно.

– Это уже интригует, – прокомментировала Дженифер, – включая запись. Итак, что же представляет собой загадочная планка Нортона?

– Ну… – утафоа сделала паузу, решая, с чего начать. – Возьмем для примера древних жителей озера Титикака. В смысле тех, которые жили на берегах, и построили город Тиауанако. Они изобрели картофель и много чего ещё. Потом: упс. Остались только деревни и фольклор. Похожая история с брошенными городами в джунглях тоже в Южной Америке, в Эквадоре и в Гондурасе. Возможно, то же было и в Лемурии, и в Атлантиде… Стихийные бедствия это как бы повод. Нормальная страна никогда не развалится от простого стихийного бедствия. Вот если страна уже почти дохлая, как античные страны в Мексике, тогда достаточно любого бедствия, и allez.

– Античную Мексику уничтожили испанские конкистадоры, – перебила Дженифер.

– Не важно, – сказала Абинэ. – Я это к тому, что города-государства инков и ацтеков застыли в собственной истории. Влипли в нее и стали беспомощными. Они потеряли жизнеспособность, иначе бы они порвали тех конкистадоров на вот такие кусочки.

Абинэ сделала энергичный жест руками, как будто разрывала некий предмет, а затем показала пальцами воображаемый кусочек размером примерно с финик.

– В Европе тоже были такие застывшие времена, – заметила Лианелла. – Были «тёмные века», все стало тупое-тупое и ничего не развивалось. А потом как-то поехало…

– Ну, – Абинэ качнула головой. – Может, у ацтеков бы тоже что-то поехало. Или могло получиться так, что в Европе бы ничего не поехало. Короче: есть какой-то барьер, на котором общество рискует застыть. Дальше одно из двух. Или оно не пролезло за этот барьер, застыло и рассыпалось. Или оно пролезло и поехало. Тогда как бы для него исчезает риск глупо сдохнуть на этой фазе. А придумала эти барьеры Андре Нортон, толковая тётка-янки. Она занималась фантастикой, типа как Гисли Орквард.

– Нортон считала, что такие барьеры есть и в будущем, – уточнила юная француженка.

– Ну, – ответила Абинэ. – Может, и в будущем. А у кого-то может уже в настоящем.

– Ты думаешь, – спросила Лианелла, – что с Францией и вообще с Евросоюзом сейчас случится то же, что с королевствами ацтеков или инков?

– Ну… Я ничего такого не говорила. И вообще, это ведь не научная теория…