Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 394

– Извините Джорекс, – перебила Флер тыкая пальцем в сторону TV-экрана, – давайте посмотрим. Там дали слово адвокату из «Amnesty». Это будет фиеста, joder per culo!

…

Логрин Уайтмид помолчал несколько секунд и поднял в руке, на уровень своего лица простую пластмассовую куклу с глазками-пятнышками и нарисованной улыбкой.

– Организация, которую я имею честь представлять, занимается только одним делом: зашитой любых людей от любых форм человеческой жестокости. Мы воспринимаем человека… Любого человека… Без ярлыков. Не как христианина, мусульманина или буддиста, или вовсе неверующего. Не как приверженца демократии, диктатуры, или коммунизма, или ещё какого-то социального строя. Нас критикуют и говорят: «ваша неразборчивость мешает бороться с терроризмом». Нам предлагают указать на этой символической кукле что-то конкретное. «Порядочный гражданин», или «христианин», или: «Тот, кто разделяет ценности свободного мира», и защищать только его, а не кого попало. Сейчас мне настойчиво намекают: «Логрин, прекрати защищать мусульман!». Каждый из выступавших так или иначе сказал об этом. И, давайте, будем честными: из одиннадцати людей, обвиняемых в терроризме, один человек был сразу отделен от остальных десяти, хотя арестован и экстрадирован в Новую Зеландию вместе с ними. Почему?… Ваша честь, могу ли я задать вопрос Эппл Лек Нратонг?

– Можете, – лаконично ответил судья.

– Спасибо, – Уайтмид кивнул. – Скажите, мисс Нратонг, кто вы по религии?

– Я буддистка, в этом нет ничего особенного для моей страны.

– Конечно, ничего особенного. Я просто уточнил… Итак, леди и джентльмены, мисс Нратонг, единственная из арестованных, исповедует не ислам, а буддизм. Как только открылся этот факт, отношение к ней сразу стало особым. Я рад, что, мисс Нратонг получила покровительство такой весомой фигуры, как мисс Десембер Крузо…

Уилки Гэмп ударил молоточком по столу.

– Мистер Уайтмид, не искажайте суть дела. Эппл Лек Нратонг получила законную психологическую помощь на процессе, поскольку она несовершеннолетняя.

– Да, ваша честь. И я сказал, что я рад этому. Но, другая несовершеннолетняя Райни Кхитмай, вот она… – адвокат протянул руку в сторону скамьи подсудимых, – Увы, не получила подобной помощи. Она тоже несовершеннолетняя, но она мусульманка. Ей хотелось иметь дело с психологом-мусульманином, но суд это игнорировал.

– Суд предложил ей квалифицированного психолога, – ответил Гэмп, – и суд не обязан искать именно психолога мусульманина, вы это прекрасно знаете.

– Да, ваша честь, это так. Но несовершеннолетняя мусульманка оказались притеснена, а любые факты толкуются против нее. Райни мыла пол в клинике, это функция, и офицер Суок Тсом считает её террористкой. Вероятно, он думал, что и у Эппл Лек Нратонг есть функция, но выяснилось, что мисс Нратонг – не мусульманка, и Суок Тсом согласился с майором Вексвером, что она не террористка, а была под психическим принуждением. Проще всего налепить ярлык «террорист» на людей, религия которых критикуется на популярных TV-каналах. Но разве это справедливо? Давайте хотя бы выясним, как развивались события. Ваша честь, я прошу разрешения допросить свидетеля Дейдру Вакехиа, репортера университетского медиа-канала AUT-news. Она здесь, в зале.

– Пожалуйста, – сказал судья, – мисс Вакехиа, пройдите на место свидетеля.

Дейдра, одетая в майку с орнаментом маори из черных, белых и красных зигзагов и юбочку «piupiu», состоящую из черных, красных и белых шнурков, пришитых к поясу, лёгкой походкой прошагала из сектора прессы в центр зала.

– Я здесь, – сообщила она, – и что вы хотите у меня спросить, мистер Уайтмид?

– Вы праздновали Хэллоуин на Туамоту-Фетиамити в Анти-Каабе, не так ли?

– Да. Мы там с вами и познакомились, если вы помните.

– Я помню. А вы помните, как я отговаривал вас от трансляции в эфир этого действия, заведомо оскорбительного для мусульман?

– Вы отговаривали всех представителей прессы. И что дальше?

– Дальше, мисс Вакехиа, сознаете ли вы, что эта трансляция спровоцировала захваты заложников в Египте и Таиланде и последующую цепь трагических событий, в ходе которых множество людей погибли, были искалечены и остались без крова?

– Нет, – она отрицательно покачала головой. – Я убеждена, что и эти события, и ряд аналогичных событий в прошлом спровоцировали безответственные люди вроде вас, мистер Уайтмид. Люди, которые призывают уважать самые антигуманные, грязные и отвратительные верования на планете и идти на поводу у психопатов и террористов.

В зале раздались аплодисменты, кто-то крикнул: «Так держать, Дейдра! Врежь этому ублюдку!». Уилки Гэмп постучал молоточком по столу.

– Тише, леди и джентльмены! Мистер Уайтмид, не надо устраивать тут дискуссию о толерантности, не имеющую отношения к рассматриваемому делу!

– Простите, ваша честь, но это имеет отношение к делу, и я сейчас объясню, почему.

– Так объясняйте, а не тратьте время на посторонние разговоры.

– Я как раз к этому приступаю. В резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН чётко установлена недопустимость диффамации какой-либо религии, подстрекательства к религиозной ненависти и осквернения религиозных объектов или символов. Я прошу принять во внимание эти акты, подписанные, в частности, Новой Зеландией. Защита религий необходима для защиты прав человека. Мы говорим о секулярном характере современных демократических государств, но мы должны признать, что секулярные правовые нормы основаны на общепризнанных нормах морали, а эти нормы морали основаны на религиозных нормах, на заповедях мировых религий. Без этой основы секулярное право, касающееся человека, семьи, дома и имущества, рухнет, как мост, у которого подломились опоры. Кто-то скажет: при чем тут ислам? Ведь западный мир, частью которого является Британское содружество, включающее и Новую Зеландию, построил свою правовую систему на основе христианства. Да, это так. Но, давайте не забывать: у христианства и ислама общие корни. Решение главных моральных задач человечества от сотворения мира до проповеди Иисуса изложено в коране и в библии практически одинаково. Идея моральных обязанностей человека перед Создателем и следующие из этого нормы отношений между людьми есть и в библии, и в коране. Мы называем это иудео-христианскими ценностями, но их можно назвать и христианско-исламскими. Да, есть специфические принципы ислама, непонятные для нас, и мы не желаем жить по ним. Но если мы превратим глумление над исламскими святынями и ценностями в допустимую или, хуже того, в одобряемую практику, то скоро такому глумлению подвергнутся и христианские ценности. Мы не заметим, как одно плавно перетечет в другое, а даже если и заметим, то не сможем противостоять этому, если сегодня, с позиции секулярного права, определим защиту религии, как терроризм, и не дадим правовую оценку провокации с Анти-Меккой. Да, мусульмане, защищая свою религию, порой доходят до экстремизма, до эксцессов. Они переживают оскорбление своих святынь острее, чем граждане стран Запада. Но, быть может, они, имеют право защищать свою религию, как и мы имеем право защищать, например, христианство? Высокочтимый суд и присяжные! Если, по-вашему, защита религии, это криминал, то, конечно, людей, которые каким-либо образом защищают свою религию, надо наказать жесточайшим образом или выдать по запросу в страну, где за религию расстреливают. Сделать это надо, невзирая на последствия. «Fiat justitia, pereat mundus». Да свершится справедливость, хотя бы из-за этого погиб мир. Но, если у вас есть сомнения, то надо судить этих людей лишь за эксцесс при защите своей религии. За похищение четырех граждан Новой Зеландии без причинения существенного вреда здоровью. Это деяние объективно совершено и наказуемо по закону… Спасибо, что выслушали меня.