Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 447

Хобби:

Футбол, экстремальный туризм и историческая реконструкция. Х. Т. Гамбоа – второй тренер футбольной команды гуманитарного университета Форталеза, участник клуба горного туризма ветеранов спецназа, соучредитель фонда альтернативной истории древнего мира. Регулярно публикует статьи в популярных исторических журналах.

--------------------------------------------

Кватро Чинкл помассировал ладонями уши, а потом закурил сигарету. Это был его персональный способ собираться с мыслями, когда перед ним вставала абсолютно необычная задача. Если бы ему год назад сказали, что придется убеждать кого-то в позитивности Римского Папы… М-да. Жизнь полна неожиданностей.

– Зирка, давай разберёмся без лишних эмоций, – начал он. – Давай начнем с того, что «Глобопедия», в отличие от идеального Римского Папы, не безошибочна. Не всё, что написано, соответствует реальному положению дел. Разумеется, существует некая корреляция между реальностью и текстом статьи в «Глобопедии». Например, факты армейской карьеры Хавера Гамбоа. Видимо, они таковы, как написано. Но в них нет ничего такого. Хороший разведчик. Умный и смелый парень. В какой-то момент он заигрался в радикальную политику и попал под суд. Бывает…

– Его обвиняли в политических убийствах! – Перебила Зирка.

– Мало ли кого в чём обвиняли? – Возразил математик. – Вот, трёх старших офицеров нашего INDEMI обвиняли в подготовке Третьей Мировой войны. Оказалось, что зря. Мировая война всё же началась, но не из-за них, и не такая страшная, как думали.

– А два развода, это, по-твоему, неправда? – спросила она.

– Два развода? – Переспросил Чинкл. – А что в них такого? Это обычное дело в таком возрасте. Сбежались – разбежались. Он же тогда был совсем молодой парень…

– По-настоящему верующий католик не должен разводиться, – перебила Зирка, – это связано с… Можно, я не буду объяснять? Это долго, и… И…

– И я этого не пойму, – помог Чинкл. – ОК. Допустим, тогда Гамбоа был ещё не очень верующим католиком, а потом осколок попал в эту штуку… Как это называется?

Доктор Чинкл помахал сигаретой в руке, и Зирка подсказала.

– Ладанка. Это освященная вещь. Иногда через нее совершаются чудеса.

– Вот-вот, – обрадовался Чинкл, – кто-то из католических aku совершил чудо…

– Кто-кто? – Удивленно переспросила она.

– Не важно, – он снова махнул сигаретой, – кто надо, тот и совершил. И после этого Гамбоа стал очень-очень верующим католиком, а в итоге – Папой.

– После этого, – сказала Зирка, – он стал служить черные мессы, вовлекать монашек в сексуальные оргии и сожительствовать со своей домработницей и с её дочерью. Это настолько недопустимо для католика, что я тебе даже передать не могу.

– Давай отделим факты от мнений, – предложил Чинкл. – Я не разбираюсь в обычаях монастырской жизни, но sex party в таком общежитии могут возникать спонтанно. В выводах комиссии по расследованию примерно так и написано. По поводу тех двух девчонок, мамы и дочки – возможно, это чья-то фантазия. Но даже если это правда, ничего ужасного в этом нет – если всем трём участникам это нравится. Такая форма конкубината довольно экзотична в современном мире, но в некоторых племенах она практикуется. С биопсихологической точки зрения, это нормально, поскольку…

Зирка тряхнула головой и демонстративно закрыла ладонями уши.

– Кватро! Ты жонглируешь логикой, биологией и этнографией, и таким способом доказываешь всё, что угодно! Наверное, ты можешь придумать даже логическое доказательство того, что черная месса – это нормально!

– Я бы мог попробовать, – ответил он, – …если бы знал, что такое «чёрная месса».

– Это безобразно извращенная католическая месса, – ответила она.

– Извини, чудесная моя, – Чинкл ласково погладил её по плечу, – но я очень смутно представляю себе, что такое католическая месса. Я, конечно, видел это выражение в литературе. Кажется, у Дюма, а может быть, у Гюго, но что оно значит…

– Месса, – пояснила она, легко находя в памяти слова, вызубренные ещё в начальных классах католической школы, – …это самая главная литургическая служба в нашей церкви. Она состоит из предваряющих обрядов, литургии слова, евхаристической литургии, и завершающих обрядов. В евхаристической литургии, святые дары…

Зирка сделала паузу и посмотрела на Кватро. Математик слушал её с таким явным удивлением, как будто она говорила на древнем эльфийском языке из знаменитого фантастического эпоса Толкиена о кольце всевластья.

– …В общем, – договорила она, – месса это обряд в честь сил добра, а черная месса, наоборот, обряд в честь сил зла. Поэтому, в черной мессе все наоборот, и это очень мерзко выглядит.

– Ты видела? – Уточнил он.

– Нет, я читала… Только можно я не буду это пересказывать?

– Конечно, не пересказывай, если тебе не хочется. Я сейчас посмотрю в сети.

Доктор Чинкл придвинул к себе ноутбук, постучал по клавиатуре и вдумчиво начал изучать какой-то из найденных текстов.

– Гм… Кровь черной курицы. Ясно. Это как в католических ритуалах «voodoo».

– Вуду это не католицизм, – возразила Зирка, – это языческая религия.

– Да? А я думал, это африканский и южноамериканский католицизм. Я не профи в вопросах религии… Так… Обнаженная девушка ложится… Между её грудями, на салфетку кладут перевернутый крест, а на живот – чашу для оскверненных святых даров… Зирка, ты ведь только что говорила про некие «святые дары». Ты можешь в общих чертах объяснить, чем просто святые дары отличаются от оскверненных?

– Понимаешь, – неуверенно произнесла она. – Святые дары, это немножко похоже на амулет с полезными свойствами. А осквернить его – это сделать так, чтобы вместо полезных свойств у него появились вредные.

– Вот теперь понятно, – математик кивнул. – Ты замечательно умеешь объяснять. Я врубился в итоговое заключение комиссии. Видимо, она не нашла у переделанных амулетов никаких вредных свойств, а значит, имела место безобидная имитация.

– Комиссия! – Воскликнула Зирка. – Кватро, разве ты не понял? Их подкупили или запугали, а может быть, и то и другое! Этот Гамбоа со своим братом – генералом спецслужбы, они прут, как танк! Для них нет ничего святого! Они задавили эту бразильскую церковную комиссию, а теперь добрались до Рима! Я не могу себе представить, что они сделали с конклавом. Может быть, они угрожали убить тех кардиналов, которые против Гамбоа. Иначе он никогда бы не был избран.

– Минутку, – Чинкл многозначительно поднял палец к потолку. – В начале нашего разговора, ты совсем не так интерпретировала процесс выборов Папы Римского.

– Я просто объяснила, почему это для меня так важно, – заметила она.

Математик медленно и выразительно покачал головой.

– Нет, чудесная моя. Ты утверждала, что Папой Римским становится тот кандидат, на которого укажет католический Manaroa…

– Кто укажет? – Перебила Зирка.

– Гиче Маниту. Holy Spirit. Он под третьим номером, когда ты произносишь lipo.

– Что я произношу?

– О, Мауи и Пеле, держащие мир! Удивительная моя, ты по несколько раз в день, по разным поводам произносишь lipo, и в них упоминаются разные…

– Я поняла, – перебила она. – Да. Папой становится тот, на кого укажет Святой Дух.

– Отлично! – Воскликнул Кватро. – Теперь вопрос: способны ли братья Гамбоа как-то принудить это достаточно могущественное, судя по католическим мифам, существо, выполнять их требования, или это выше возможностей бразильских спецслужб?

Зирка тяжело вздохнула и потерла лоб ладонями.

– Я уже ничего не понимаю.

– Ты просто слишком эмоционально это воспринимаешь, – заметил он. – Давай будем рассуждать в рамках твоей аксиоматики. Тогда мой вопрос выглядит риторическим. Разумеется, Гиче Маниту на порядок круче бразильской спецслужбы, и она никак не могла повлиять на его мнение. Следовательно, выбран правильный Папа Римский, несмотря на то, что тебе это кажется странным. Идем дальше. Ты утверждала: Папа Римский может совершать ошибки в жизни, но не в высказываниях по вопросам, касающимся вашей религии. Какие у тебя основания считать, что Хавер Гамбоа не соответствует этой единственно-принципиальной характеристике Папы?