Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 468

– Aloha foa!!! Дайте буксирный трос!!! Эта штука не очень-то маневренна на воде!!!

– …Jodido dinosaur de cinema… – Зачарованно произнесла Чеди.

– …Pour fuck ce monde de fous, – согласилась Лианелла Лескамп.

– Cojono jodo follan, – сказал Маугли Колумбус, пихнув плечом Иржи Влкова. – Бро, ты врубаешься? Мы с тобой четко вывели его на точку. Мы круты как… Даже не знаю…

– …Как тайский суп с тройной порцией перца, – договорил Влков, тоже пихнув плечом своего напарника, – хэй, Маугли, а это ещё что?…

– Типа, девчонка из экипажа, – ответил Колумбус, – будет требовать буксирный трос.

– Так, у нас же есть буксирная лебедка и каноэ, чтоб тащить трос, – напомнил Влков.

– Так, пошли уже, – сказал Колумбус.

А миниатюрная обнаженная девушка с угольно-черной кожей, прыгнувшая с блина-бублика в воду, каким-то необычным стилем быстро плыла к платформе. Три юные кореянки коротко переглянулись, и одна из них похлопала Чеди по плечу.

– Скажи, а эта девушка, которая плывет, она буньип?

– Ага. А кто же ещё?

– О! – Произнесла кореянка. – А мы читали в энциклопедии, что буньипы это миф.

– Типа, в той энциклопедии ещё не исправили, – пояснила элаусестерка, – пошли, я познакомлю вас с немифическим буньипом.

– А ты знаешь эту девушку? – Спросила другая кореянка.

– Пока нет, но долго ли познакомиться, – невозмутимо ответила Чеди.

…Между тем, карабинеры Влков и Колумбус прицепили корлоновый трос к фаркопу моторного каноэ и готовы были отчаливать от платформы. Миниатюрная чернокожая девушка как раз завершила свой заплыв около них, и схватившись левой рукой за борт каноэ, махнула правой ладошкой в воздухе.

– Aloha! Меня зовут Йи Вааа, я с Пелелиу-Палау.

– Aloha! Я Иржи Влков, ординар-карабинер.

– …Я Маугли Колумбус, то же самое. Слушай, Йи, а как разгружать такую штуку?

– В смысле, – уточнил Влков, – как у этого флаера устроен грузовой трюм?

– Там такая фигня… – начала девушка-буньип, стараясь показать ладошкой принцип действия диагонального грузового люка, – короче, ребята вам помогут, вот.

– Какие ребята? – Спросил Колумбус и, бросив взгляд на огромную тушу «Hippo-Bat», изумленно добавил, – Ни хрена себе сколько их!

– …Это называется, – сообщила Йи, – усиленная рота ранга «E» морского мобильного корпуса Мпулу. Очень хорошие ребята, но большие и громкие.

И, будто специально, чтобы подтвердить это сообщение, дюжий офицер-конголезец обратился к полутора сотням своих бойцов с громовым ревом:

– Aandag kompanie! Line up! Voor te berei vir die werk van los die lug-skip!

– Это на африкаанс, – сказал Влков, – типа, кэп приказал построиться и приготовиться выполнять работы по разгрузке воздушно-морского корабля.

– Классно! – Обрадовался Колумбус, – с такой командой мы имеем шанс справиться до ужина. Слушай, Йи, а что там за груз?

– Шестнадцать подводных лодок, – ответила она. – Не очень больших, по 25 метров.

– Hei, foa, – окликнул их сверху молодой мужчина – утафоа. – Я Поэле Ваэохо Гоген, инженер по контролю качества. Там на поплавковом кране площадка с собранным томографом. Надо поднять это на платформу и разместить так, чтобы было удобно прокатывать подлодки через ангар, в котором эмиттер и кольцевой сенсор.

– ОК, Гоген, – отозвался Влков. – Сейчас мы зацепим этот летуче-плавучий остров и подтянем к платформе, а потом разберемся с томографом. Как бы, step-by-step…

…

Через небольшой промежуток времени на только что надутом рафте под платформой собралась своеобразная компания. Пятеро элаусестерцев (команда, незадолго до этого монтировавшая ангар-томограф на площадке, плюс Чеди). Одна француженка. Одна девушка-буньип. Трое кореянок, которые успели снять свои спортивные костюмчики и переодеться в папуасские килты – широкие пояса на липучках с навесными карманами.

– Мы, – пояснила Чин Чиа, – пока оставили все вещи на посту у карабинеров.

– Мы пока не поняли, куда нам это перетащить, – пояснила Нхи Хйо, – у нас на схеме помечен военный городок и там кубрик. Но атолл на схеме не тот. Странно, правда?

– Ничего странного, – сказала Чеди. – Мы сейчас на атолле Руго, а вся группа, которая рожает в начале 20-х чисел декабря, сегодня переезжает на атолл Тепи. Это 12 миль к востоку отсюда. Я тоже еду. И Лианелла едет за компанию.

– Да, – лаконично подтвердила француженка.

Это «да» стоило Лианелле двухчасового серьезного разговора с мамой. 14-го декабря «Каравелла» должна была стартовать к Марсу, и после этого (при условии, что все получится успешно) напряженность работ снизится на период полета. Потом, когда в первых числах января «Каравелла» сблизится с Марсом, снова настанет аврал, но две с лишним недели Доминика Лескамп будет сравнительно свободна. Почему бы дочке не приехать на Муруроа на это время? Но Лианелла твердо решила остаться на островах Элаусестере до 20-х чисел. «Пойми, мама, – объясняла она. – Моя лучшая подруга Чеди рожает! Я должна её поддержать или нет? А если ты сейчас свободна – приезжай сюда. Все будут тебе рады, тебя здесь очень уважают. А если ты не свободна, то зачем я буду тебя отвлекать? Я понимаю, что значит для тебя этот проект. И не только для тебя…». Доминика ещё колебалась, но сообщение о том, что всё это время рядом будет Гоген, решило исход дела в положительную сторону… Лианелла тряхнула головой, чтобы вернуться от воспоминаний об этом разговоре в реальное время «здесь и сейчас».

Три кореянки активно выясняли у туземцев особенности местного коммунизма

– А правда ли, – спросила Ким Чжи, – что на Элаусестере все имена коммунистические?

– Иногда целиком, иногда в виде аббревиатур, – добавила Чин Чиа.

– Это популярно, – ответила Чеди. – Вот, моё имя из книги Ивана Ефремова «Час Быка», реально коммунистической. Но это не правило. Мама называет ребенка, как хочет.

– Час быка, – заметила Йи, – это время после корабельной полуночи между вторыми и шестыми склянками. Обычно, спокойное время на море. Но не на суше.

– Книга Ефремова не про это, – сообщила Лианелла, – просто название такое.

– А про что? – Заинтересовалась девушка-буньип.

– Про то, – ответила француженка, – как экипаж одного космического корабля пытается помочь жителям планеты, колонии землян, с которой очень давно была потеряна связь.

– Ага! Типа, как у Оркварда в «Полете Белого Ворона»?

– Не совсем так. У Оркварда мир совсем другой. И другие люди… Совсем другие.

Йи на три секунды неподвижно застыла, задумавшись. Потом выдала новый вопрос:

– У Оркварда очень разные люди. У Ефремова такие люди, которых у Оркварда нет?

– Наверное, да, – не очень уверенно согласилась Лианелла. – Люди у Ефремова очень странные. Очень красивые, умные, честные, смелые, добрые… Всё очень.

– Ага. У людей Ефремова так много «очень», что они не могут жить, – заключила Йи.

– Я расшифровала имена! – Заявила Нхи Хйо, – Лори, это: «Lenin Operator of Revolution International». Рлек, это: «Revolution, Lenin, Expansion of Communism». Миго, это от советских истребителей «MiG». А Фаэто – тут надо подумать. Я что-то угадала или…?

– Мое имя из эллинского мифа, – сообщил Фаэто. – А в тех трёх случаях ты сделала по Станиславу Лему, «Мир на Земле»: расшифровала незашифрованное. Лори, это в честь симпатичного лемура лори. Очень популярное имя для девчонок. А Рлек – это в честь подводной цитадели Рлек, где спит Ктулху. Ну, ты в курсе про Ктулху.

– Я появился, – добавил Рлек, – в результате декабрьской тусовки на Транзит-Плафере, полторы киломили отсюда на полдороги к острову Сипл, в порт Колибри, что в нашей Антарктике. По координатам Транзит-Плафер почти над этой цитаделью. По легенде, цитадель на 47:09 южной широты и 126:43 западной долготы. Прикинь?

– Мы появились, – уточнил Миго. – Я и Рлек близнецы, и мое имя тоже из Лавкрафта. Миго, это такие симпатичные розовые крылатые существа, летающие среди звезд.