Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 504

– А вы знали, что у этих гастарбайтеров есть пистолет-пулеметы?

– Мне даже в голову не приходила такая мысль.

– Понятно. А насколько обоснованно гастарабайтеры открыли огонь?

Доктор Желев выразительно взмахнул руками.

– Абсолютно обосновано! Когда бандит хватается за оружие, надо стрелять первым.

– Да, это логично, – согласился Сботов. – Давайте перейдем к следующему эпизоду. Скажите, как в вашем распоряжении оказался ракетоплан?

– Этот ракетоплан собственность мистера Доннела Данбара, которого вы видели.

– Да. Тот джентльмен, который целился в меня из револьвера.

– Он отставной военный, – пояснил Желев, – и, видимо, привык действовать жёстко. Поэтому там, в Сфакионе, он сразу сказал: «у меня два места в самолете»… И мы согласились, потому что угодить на войну… Вы понимаете?

– Значит, – резюмировал Сботов, – мистер Данбар просто подвез вас на Агалега.

– У него тут знакомство, – снова пояснил Желев, – вот он и выбрал этот островок.

– Тогда, – подвел итог 2-й советник, – картина полностью ясна. Но, увы, эта ясность устраивает далеко не всех. Есть политические силы, которые не заинтересованы в логичном и простом объяснении. Силы, которым выгодно интерпретировать цепь совпадений… Порой трагических совпадений… Как заговор с участием НРСБ.

– НРСБ, это наша разведка, я правильно понимаю?

– Совершенно верно, Тсветан. Противостояние между нашей разведкой и турецкой «Teskilat» не прекращается никогда. Такова политическая реальность. Кое-кто хочет использовать инцидент в Сфакионе для ужесточения режима пропуска болгарских кораблей через Босфор, полностью контролируемый турецкими властями.

– Ужесточение это, фактически, блокада? – Спросил Желев.

Дмитро Сботов помедлил немного и утвердительно кивнул.

– К сожалению, Тсветан, это весьма вероятно.

– Черт знает что! – Возмутился биофизик. – Если турецким исламистам для подобного решения хватило слухов и домыслов, значит, они просто искали любой повод!

– Турция, – заметил 2-й советник, – довольно цивилизованная страна, так что слухов и домыслов мало. Им нужны ваши показания, обличающие НРСБ.

– Вот как? А с чего это я стану врать, да ещё в ущерб своей родине? Если они думают подкупить меня, то они здорово ошибаются.

– Нет, Тсветан. Ясно, что, зная вашу биографию, они так не думают. Но, существуют другие методы. Уверяю вас, что если вы попадете в лапы «Teskilat»…

– Как это я попаду в лапы турецкой спецслужбы?!

– Я сказал: если, – повторил Сботов. – Конечно, мы ни в коем случае не должны этого допустить… Когда вы собираетесь вернуться в Болгарию?

– Я ещё не успел подумать об этом, – ответил Желев. – Я хотел провести в Греции все новогодние каникулы, но теперь, когда я оказался на Агалега… Даже не знаю…

– Да, я понимаю, – 2-й советник кивнул. – Вы здесь всего несколько часов и не успели сориентироваться. Спецслужба нашего посольства сообщила мне перед вылетом сюда некоторую информацию об Агалега… Вам интересно?

– Ещё бы!

– Тогда я расскажу вам то, что не относится к служебной тайне. Агалега это научно-технический и учебный центр, занимающийся не только гражданской, но и военной тематикой. Островок выглядит по-деревенски, но… Я могу говорить прямо?

– Конечно, мы ведь с самого начала решили…

– Да. Так вот, наша спецслужба считает: на Агалега риск, что вас похитят, равен нулю.

– Нулевых вероятностей не бывает, – заметил Желев.

– В науке не бывает, но в политике это случается. Видите ли, Тсветан, технически, как объяснила наша спецслужба, похитить можно кого угодно откуда угодно. Хоть Папу Римского из Ватикана. Но если «Teskilat» похитит кого-то отсюда, из этого центра…

– …Значит, риск всё же есть, – заметил Желев.

– …Тогда, – договорил 2-й советник, – у властей Турции будет ровно час на то, чтобы вернуть этого человека. Час и не секунды больше. В этом научном клубе есть страны, которые применяют свое атомное оружие без колебаний. Это общеизвестно.

– Ах вот, как… Иначе говоря, похищение слишком дорого обойдется.

– Совершенно верно, Тсветан. Иногда я жалею, что Болгария не ядерная держава.

Доктор Желев задумчиво помассировал ладонями виски.

– Иначе говоря, Дмитро, если я правильно вас понял, то пока этот казус как-нибудь не уладится, мне лучше не возвращаться в Болгарию?

– Болгария свободная страна, – ответил Сботов, – а вы полноправный гражданин, и вы можете вернуться, когда пожелаете. Вопрос, как вы верно заметили, ставится так: что лучше? Мне кажется: критский инцидент можно повернуть на пользу и вам, и нашей стране. Клуб Агалега открыт не для всех, но не закрыт для любого, вы понимаете?

– Честно говоря, не совсем понимаю. Вы не могли бы сказать прямо?

– Говорю прямо: вероятно вам здесь предложат поучаствовать в научной работе.

– Это мнение спецслужбы при посольстве? – С легкой иронией спросил Желев.

– Да, – невозмутимо ответил 2-й советник, – и такая научная работа может оказаться интересной не только для вас, но и для нашей страны. Это не только мое мнение.

– Не только ваше? А чье ещё?

– Скажем так: это мнение людей, которым не безразлично наше будущее. Я не хочу произносить красивых слов. Вы сами недавно говорили на круглом столе, который проводила Junior-TV-Bulgaria о том, какое будущее при каком сценарии нас ждёт. Я согласен с многими вашими выводами. И не только я.

– Вот оно как, – Желев вздохнул. – Не могу сказать, что мне полностью понятно ваше сообщение, но суть дела я, видимо, уловил.

…

…Мичман-пилот озерного авиа-отряда Киву добила суп, облизала ложку и уже более обстоятельно продолжила рассказ о своей одиссее (до этого момента её рассказ носил прерывистый характер).

– …Короче, 20 ноября президент Буэзи Момбата устроил нам парад победы. Я потом спросила у кэпа Палфри: что за прикольный обычай в Экваториальной Гвинее? А он говорит: сто лет назад одни европейцы победили других, ограбили, вернулись домой, маршем прошли по площади около пирамиды своего древнего фараона, а к пирамиде сложили часть добычи. У Буэзи Момбата есть про это видео-хроника. Вот. А потом, конечно, на площадь выкатили бочки с пивом, дальше понятно, да! Проснулись, а на календаре уже 22-е. Хрен поймешь, куда делось 21-е. Вот. Сержант Лаас говорит: ну, ребята, мы поработали партизанами Экваториальной Гвинеи, а теперь мы поработаем экологами Гвинеи-Бисау. Этих Гвиней четыре штуки. Новая, продвинутая в Океании, реальный постиндастриал, и три старые в Африке: Экваториальная, Бисау, и Конакри. Короче: Бисау. Там большая река Жеба, а напротив дельты, в Атлантике, острова. Они лежат так, что в середине получается священное море Бабанжи. Там Ориши Йемайя сделала первую рыбу. Рыбы там много, да. Но проблема: коммерсанты-исламисты из Сенегала-Дакара решили сделать свой бизнес, плохой для экологии. И, чтобы спасти экологию, люди Бисау договорились с экологами-эльфами. «Earth Liberation Front» хорошая контора, её придумали прогрессивные британцы в 1994-м, в Суссексе.

– Гм, – вмешался Доннар Данбар, – а британцы знают, что вы чудите под их маркой?

– Может, знают, – Мбиби сделала глоток кокосового молока, – …а может, нет.

– По ходу, теперь точно знают, – сказал принц Тотакиа и развернул свой ноутбук так, чтобы всем было удобно читать.

----------------------------------------------

----------------------------------------------

Экологическая группировка «Earth Liberation Front» (ELF), декларировавшая в конце прошлого века «стратегию прямого действия с целью защиты окружающей среды от индустриально-урбанистической угрозы», постоянно фигурирует в рапортах главных антитеррористических служб. На счету «эльфов» многочисленные диверсии в офисах предприятий, на производственных объектах и транспорте, проведённые с крайней жестокостью. Распространенио активности «эльфов» на развивающиеся территории Западной Африки не вызвала по началу особого удивления. Теракты в Гвинее-Бисау, Гамбии и разделяющей эти две страны узкой (менее ста километров) полосе южных провинций Сенегала не сильно отличались от акций ELF в Евросоюзе и Америке.