Драйв Астарты - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 538

– Люди похожи, – ответила Йи, – а земля другая. Там нет такой хорошей реки. И там совсем маленькие болота. Ничего толком не водится. Так, всякая мелочь.

– Ты бывала на Никобарах? – Поинтересовалась Ратри.

– Да. Поэтому знаю.

Раджхош улыбнулся и погладил Ратри по плечу.

– Я почти уверен, что юная миссис Марвин не просто была там, а может по памяти нарисовать план нашего полигона на Тилланчонке. Я до сих пор испытываю чувство возмущения, когда вспоминаю, как кое-кто срисовал нашу летающую субмарину.

– Мы, татутату, честные люди, – с достоинством произнесла Йи. – С тех пор, как ты договорился с шефом Батчером, который наш друг, мы не забираем твою info.

– А я, значит, вам не друг, – обиженно проворчал Раджхош.

– Ты тоже наш друг, – после короткой паузы, объявила она. – И док Ратри тоже. Вы помогаете нашим родичам на Никобарах. Они вас любят. И мы брали очень немного вашей info. Как у друзей. Друзья всегда немного делятся полезной info.

– Интересное жизненное наблюдение, – похвалил индус и повернулся к Сиггэ. – Ты согласен с этой идеей о друзьях и информации?

– В какой-то степени да, – согласился тот. – А что тебя интересует, док Чатур?

– Меня интересуют некоторые принципы коммерческой авиационной ботаники.

– Хэх… – Сиггэ почесал в затылке. – Нельзя ли уточнить, какие именно виды?

– Дисковидные, примерно вот такие, – Раджхош широко расставил руки, как будто пытался обнять невидимый ствол гигантской секвойи.

– А-а… – Ответил меганезиец. – Ну если ты так ставишь вопрос, то может быть мы обсудим это за завтраком? Вон там есть хорошее туземное кафе.

– Док Девадра может легко убедиться, что там соблюдаются правила биологической безопасности, – авторитетно добавил Леон Гарсиа.

– В данном случае верю на слово, – Ратри улыбнулась. – …Но меня беспокоит другое. Чатур, мы ведь приехали отдохнуть с меганезийскими коллегами, а не работать.

– Это не работа, а интересная маленькая задачка, – возразил он. – В этом ты тоже легко сможешь убедиться… Пратиб, займись, пожалуйста, нашими вещами и размещением. Уважаемые хозяева, вам нужны какие-нибудь документы, ID и прочее?

– Зачем? – Удивилась Оо. – Мы же вас знаем.

– Просто, как правило, в отелях это требуется от иностранцев, – заметил индус.

– Что вы, док. В нашем Фри-Юнионе нет таких глупых правил.

– У вас интересная страна… – Задумчиво произнес Раджхош.

…

Рекомендованное кафе могло бы служить образцом архитектурного экологического минимализма. Армейская камуфляжная сетка, натянутая между тремя пальмами, и выровненная площадка под ней. Интерьер: плетеные бамбуковые кресла, похожие на большие корзины, и круглые столы, в прошлой жизни бывшие катушками от кабелей. Кухонно-служебный угол – обрубленная корма речного катера.

– Экзотика, – произнесла Ратри, когда они расселись в корзинах за столиком. – А чем кормят в этом милом месте?

– Я все устрою, – объявила Йи и обратилась к молодому парню – татутату, откровенно скучавшему на корме, в смысле, за стойкой, с длинной щебечущей тирадой, видимо выражавшей заказ. Парень что-то переспросил, получил уточнение, кивнул и начал производить какие-то манипуляции с кухонным оборудованием.

– Не волнуйтесь, – сказал Марвин, – тут все вкусно.

– Я не волнуюсь, – ответила Ратри, – Вы с Йи внушаете мне интуитивное доверие.

– А я верю её интуиции, – добавил Раджхош, – Так что ты скажешь на счет ботаники?

Сиггэ Марвин закурил сигарету, покрутил ей в воздухе, и произнес.

– Все это началось на Тиморе между войной в Мадагаскарском проливе и войной за Верховья Нила. У нашего авиаотряда был отпуск, и мы вписались волонтерами на тетрабублик Хат-Хат. Наверное, вы про него слышали.

– Ещё бы, – подтвердила Ратри. – История, скажем так, нехорошая.

– Скорее странная, – возразил Сиггэ. – В конце апреля, когда мы туда приехали, эти юниоры из Малави уже более-менее адаптировались к обстановке, а наши ребята, волонтеры из первой смены успели придумать всякие развлечения. Не знаю, какие программы были в планах у Шуанга и Торреса, но по факту мы делали то, что нам казалось правильным. Например, технические игрушки. Они получались не совсем детские… Или даже совсем не детские, но юниорам это нравилось… И до сих пор нравится. Мы можем прокатиться, и вы сами увидите.

– Куда прокатиться? На Тимор? – Спросил Раджхош.

– Нет, на озеро Додом, это три мили вниз по Вааа. Там юниорский кампус.

– И эти подростки из Малави сейчас там? – Уточнила Ратри.

– Некоторые да, там. Кампус международный, там кого только нет… Так вот, одна из игрушек была резиномоторным геликоптером. Принцип тот же, что в самых простых маленьких моделях. Рама, резиновая нитка и ротор. Но у этой игрушки 20-футовый ротор и движок – толстый эламидный шнур. Она поднимает больше центнера.

Ратри задумчиво потерла лоб,

– Ты хочешь сказать, что эта штука поднимает человека?

– Ага, – он кивнул, – даже двух. Наши девчонки запросто катали на ней юниоров. Мы собрали десятка полтора таких игрушек с разными конфигурациями ротора и рамы. Ничего сложного. Потом я улетел на летнюю войну за верховья Нила, и эта игрушка никак не выходила у меня из головы. Я всё думал: как бы сделать её гибрид с другой игрушкой, с летающим блюдцем – учебной мишенью для ПВО. Блюдца размером примерно с этот стол, которые запускаются с катапульты, то же, что на спортивной стендовой стрельбе из дробовиков, только блюдца большие и катапульта тоже.

– Я знаю такие тренажеры для ПВО, – сказал Раджхош, – но там блюдце-мишень летит всего на милю, а ботанический аппарат, о котором мы говорим…

– В том-то и дело! – Перебил Марвин. – Я подумал: вот бы сделать такую же мишень, летящую миль на двадцать. На ней уже можно тренировать пилотов-стрелков.

– А-а! – Произнес индус, и в это время принесли еду…

Большие круглые лепешки, бурые с подозрительным зеленым оттенком, широкие глубокие миски со смесью чего-то разноцветного с сильным запахом незнакомых пряностей и металлический чайник, имевший вместо классического носика кривой краник в нижнем сегменте корпуса. Ратри присмотрелась и принюхалась.

– М-м… Сиггэ, а кто-нибудь из обычных туристов питается в этом кафе?

– В общем, да, – ответил он, – хотя не очень часто. Это всё-таки туземная кухня.

– Все, кто тут питался, живы, – Йи задумалась и добавила. – Я не знаю, живы ли они сейчас, но отсюда они уехали живыми.

– Непоседа, – с упреком произнес Сиггэ, – формальная точность твоих разъяснений вызывает у слушателей опаску. Не обязательно было говорить вторую часть фразы.

– Наверное, – согласилась татутату. – Но я очень честная, поэтому сказала.

Марвин подцепил вилкой несколько кусочков, прожевал и сообщил:

– Нормально. Судя по вкусу, на ночной охоте ничего специфического не добыли.

– А что добыли? – Спросил Раджхош.

– Вот всё это, – Марвин щелкнул ногтем по миске. – Тут не принято долго хранить продукты. Обычно, что добыли, то и готовят. Главное хорошо перемешать.

– Я думаю, – медленно сказала Ратри, – лучше не уточнять, что там конкретно.

– Обсуждение внешнего вида пищи, которая на столе, портит аппетит, – авторитетно сообщил Раджхош и решительно принялся за еду.

– Да, я это и хотела сказать… А из чего этот хлеб?

– Флорелла, – ответил Марвин. – Безопасный продукт. Используется в астронавтике.

– Космические технологии, – с легкой иронией прокомментировала Ратри, отламывая кусочек зеленоватой лепешки.

– …Зато, – продолжил Раджхош, – аппетиту способствуют занимательный разговор. Я совершенно не согласен с западными специалистами, которые рекомендуют обедать молча. Сиггэ, это тонкий намек на то, что я с интересом жду продолжения рассказа…