Вальс бабочек - Портер Анжелика - Страница 6

Теперь профессор Лоусон заметил и ее:

— Почему вы ползаете по земле, моя дорогая? — спросил он. — Там вам вряд ли удастся найти свою справку! — Затем снова обратился к доктору Коллинзу: — Как я понял, вы уже познакомились друг с другом. Кстати, Кэтлин Купер будет сотрудничать в вашем проекте. Она одна из моих лучших студенток.

Кэтти ощущала себя словно на вулкане. Она чувствовала, как пот струился у нее по спине. Девушка быстро сгребла последние листки, встала и протянула их доктору Коллинзу.

— Вы обронили их, — с трудом выговорила она.

— О, большое спасибо, — ответил доктор Коллинз, выглядевший еще несколько растерянным.

Кэтти быстро распрощалась с обоими мужчинами. Ее единственным желанием было поскорее убраться прочь.

Придя домой, она почувствовала себя глубоко несчастной. «Что она себе только вообразила! Теперь вот никогда уже не сможет участвовать в разработке проекта. После всего, что случилось, это просто невероятно. Как она будет стоять в лаборатории рядом с этим доктором Коллинзом? Какими глазами посмотрит на него? Она нарушила железное правило: никогда не сближаться со своим шефом. Придется пожинать горькие плоды и отказаться от проекта…» От разочарования и гнева слезы текли по ее щекам.

К счастью, в это время пришла Донна. Она недоверчиво взглянула на подругу.

— Признайся, ты плакала? У тебя совсем красные глаза!

— Чушь! — ответила Кэтти и снова заревела. Всхлипывая, девушка смогла, наконец, поведать свою эпопею.

Когда она закончила свой рассказ, Донна рассмеялась:

— Что, из-за такой ерунды ты хочешь отказаться от проекта, о котором так мечтала? Ты, похоже, не в своем уме!

— Для меня это не ерунда, — пробормотала Кэтти. — Я не могу снова показаться на глаза этому доктору Коллинзу!

— Тебе и не надо этого делать, — утешала ее Донна. — Ты должна просто с ним работать. Готова поспорить, что для Коллинза происшедшее также неприятно. Если сама ничего не скажешь, он будет держать свой язык за зубами! Ты будешь встречаться с ним на совершенно нейтральной, деловой почве.

— Но именно в этом все и дело, — застонала Кэтти. — Я не знаю, смогу ли я это выдержать! Если бы ты его видела! Это — сумасшедший тип! Он само совершенство!

— Ну, какие-то недостатки у него имеются. Совершенных мужчин не существует, — заявила Донна. — Кроме того, в повседневных делах ты определенно не будешь его больше так превозносить. Время все сглаживает.

Разумные слова подруги постепенно успокоили Кэтти. Донна была права: собственно, ничего не произошло. Такой поцелуй не остановит в конце концов вращения Земли! Однако, несмотря на все доводы, Кэтти в этот вечер долго не могла уснуть. Что-то со страшной силой скребло у нее в животе, будто там вальсировали тысячи бабочек.

3

Проснувшись на следующий день, Кэтти осталась лежать в постели. Она чувствовала себя совсем больной. Вчерашнее мучительное переживание сказалось на ее желудке, и она никак не могла прийти в себя.

Кен и Питер поочередно звонили ей и, узнав, что она неважно себя чувствует, посылали цветы. Один букет роз за другим. К вечеру ее маленькая комната стала напоминать цветочный магазин.

«Как два столь разных человека могут вести себя совершенно одинаково, — размышляла Кэтти. — Наверное, в чем-то они немного схожи».

Донна, естественно, воспринимала все это абсолютно иначе.

— Хотелось бы мне хоть однажды испытать такое счастье, — вздыхала она. — Но никто не посылает мне цветов. К сожалению, большинство мужчин считает этот жест старомодным.

— Я дарю их тебе все! — попыталась успокоить ее Кэтти. — Я люблю больше полевые цветы. А эти букеты кажутся мне слишком вычурными.

— Дареному коню в зубы не смотрят, — поучала ее Донна. — В конечном счете речь идет о внимании. И о том, чтобы несколько улучшить твое настроение.

Однако убедить Кэтти было невозможно.

— Ах, оставь меня в покое. Я хочу побыть одна, — бросила она чуть раздраженно. Однако в следующий момент ей стало стыдно за свою вспышку. — Прости, я сама не знаю, что со мной происходит, — огорченно заметила она.

Все же Кэтти была не совсем искренна. Где-то в глубине души она понимала причину своего плохого настроения. Все дело было в поцелуе! В этом проклятом поцелуе Роберта Коллинза, пробудившем в ней противоречивые чувства, которые раньше она никогда не переживала.

Это было так прекрасно, когда он держал ее в своих объятиях. В мечтах она уносилась гораздо дальше. Но затем, вернувшись на землю, начинала негодовать. Что это, собственно, пришло в голову Роберту Коллинзу поцеловать ее? Вдруг неожиданно и коварно напал на незнакомого человека. Разве так поступают серьезные ученые?

«Я ему покажу! — решила Кэтти. — Я докажу, что в моей голове что-то есть… Что я не какая-то там глупая девчонка, которую можно ни с того ни с сего обнимать на улице!»

Ночью Кэтти увидела страшный сон. Будто она стояла в лаборатории вместе с другими участниками проекта, у которых были почему-то лица ее друзей. Все смотрели на Кэтти. Затем появился доктор Коллинз и наставил на нее указку: «Мисс Купер только что оскандалилась. За это ее следует поставить в угол». При этом она ощутила на себе его недоброжелательный взгляд. Рядом с Коллинзом оказался профессор Лоусон, который ухмылялся, как злой сатир…

Кэтти проснулась среди ночи вся в поту. «Возьми себя в руки! — постаралась она успокоить себя. — Нет никаких оснований переживать. По крайней мере он так же виноват, как и я!»

На следующий день ее душевное равновесие в какой-то степени вошло в норму. До начала разработки проекта оставалось еще две недели, а за это время происшедшее, как говорят, быльем порастет.

Рано утром позвонил Питер. В его голосе звучала тревога.

— Нет ли у вас желания выполнить сегодня вечером свое обещание? — спросил он. — Я бы заказал столик в «Волшебном уголке».

— О, с удовольствием, — ответила Кэтти. Было бы неплохо немного развлечься.

— Я заеду за вами в восемь, — сказал Питер и положил трубку.

Приводя себя в порядок, Кэтти заметила, с какой радостью она ждет вечера. Вчера она сидела дома и хандрила, а теперь в ней снова пробудилась любовь к жизни.

Она надела платье, подаренное Донной (в нем Питер еще не видел ее). Кроме того, Кэтти считала, что это самое красивое из всех ее платьев. Когда она открыла дверь Питеру, то прочла восхищение в его глазах.

— Вы выглядите восхитительно, — сказал он. Было заметно, что комплимент шел от чистого сердца. Его глаза блестели.

В дороге они говорили о «Волшебном уголке», самом известном в городе ресторане. Кэтти уже заранее волновалась. Сама она никогда в нем не была, поскольку цены в ресторане не соответствовали студенческому бюджету.

— Почему, собственно, он называется «Волшебный уголок»? — спросила она у Питера.

— У владельцев была оригинальная идея, — объяснил он. — Отказаться от традиционного меню и каждый раз ошеломлять посетителей изысканными блюдами, которые превосходный шеф-повар ежедневно изобретает. Он действительно кудесник в своей области, в чем вы сейчас убедитесь.

Питер не обманул. Блюда были выше всяких похвал. Фаршированные артишоки, вкусный бульон, затем трубочки из камбалы со свежей мятой. После этого Кэтти решила остановиться.

— Я больше не могу, — простонала она.

Питер рассмеялся.

— Прежде чем продолжить программу, небольшая пауза с освежающим щербетом. Это откроет второе дыхание.

Кэтти с сомнением посмотрела на него.

— Я, право, не знаю…

— По крайней мере, вы должны отведать мясное блюдо и десерт. Иначе повар будет оскорблен до глубины души, — настаивал Питер. — Кроме того, ваша фигура вполне позволяет подобное пиршество.

Кэтти пригубила отличное калифорнийское вино, заказанное Питером.

— С этим, к счастью, у меня нет никаких проблем, — согласилась она и, довольная, откинулась в кресле. Все напряжение последних двух дней исчезло. Не в последнюю очередь на это повлиял Питер с его трогательной заботой.