Крутой герой - Свиридов Алексей Викторович - Страница 28

— А, конечно, всегда пожалста, — бодро ответила Голди. — А до кучи, ну в смысле этой, благодарности, может ты присядешь тут ненадолго? А то мы сюда свалились, ничего не понять толком… Объяснишь что к чему?

Инспектор заколебался, глянул на часы, потом решительно махнул рукой.

— А, ладно. Опоздаю, ничего страшного не будет, — и перетащил от соседнего стола казенного вида стул, собранный из двух фанерок и четырех железных трубок. При этом он заметил с усмешкой:

— Вообще-то, хотя «Звездный Инспектор» и свободная зона, но ситуация уж больно для какого-нибудь эпизода подходящая. Застольная беседа, в которой многоопытный старожил объясняет новичкам что к чему и почему… Вы уверены, что сами сейчас не под контролем? А то мог ведь найтись какой-нибудь Творец, который уже и сюда путь нащупал! Было бы это, знаете ли, неприятно.

Переведя про себя терминологию на привычный язык, а потом заменив в своем ответе свои слова на слова, принятые здесь, Андреа произнес:

— Да вроде бы нет, мы сейчас отдельно. Дело в том, что и мой Творец, и этих девушек тоже остались в других системах. То есть, мне так кажется, что сейчас если мы сейчас и идем под контролем, то под собственным. Как бы сами и творцы собственного эпизода.

— Ого! — удивился Хлебски. — Перешельцы! Тогда похоже на правду. Я конечно, много чего порассказать могу, но все зависит от того, чего вы хотите. Здесь в эпизод войти, бесконтрольными остаться, или обратно, к своим?

— А что лучше? — поинтересовалась Голди сквозь набитый рот.

— Ну, смотрите: обратно, в свою систему — это понятно. Хотя ваши места там могут быть либо уже заняты, либо погашены, но все равно, плюсы-минусы этого варианта вам самим лучше знать.

«Интересно, ведь у меня никогда не возникало мысли, что Создатель может мой мир погасить,» — мелькнуло в голове Андреа. — «Хотя, как я смотрю, это вполне привычная практика. Но здесь система миров, можно двигаться из одного в другой, а у нас такой возможности не было… Пока не появилась Наталия с ее командой!»

Тем временем Хлебски продолжал:

— Теперь по здешним вариантам. Эпизодов тут у нас в общем много, но прибиваться к ним самостоятельно — вещь неприятная. Отработанных героев достаточно много, и крутых и обычных. Если уж кто войдет в новый эпизод, то именно они, и конкурировать с ними придется жестоко, особенно за теплые места, да и за не очень теплые тоже. А идти на по заднему плану… Не знаю, как у вас, а у нас персонажи заднего плана недолго существуют. Творцы — ребята лихие, дадут крутому какую-нибудь антикварковую пушку, и пошла потеха, а в отключку уйти не все успевают… Далеко не все.

Инспектор помолчал, вспоминая что-то свое, или ожидая реплик слушающих, но увидев, что все молчат, заговорил снова:

— А про бесконтрольную жизнь чего сказать? Тут все от самих зависит. Вон! — Хлебски кивнул на мохнатого, пробирающегося к их столу с подносом. — У-у сам сбежал, имен себе напридумывал. Нашел подвал в котором уже давно никто из Творцов ничего не устраивал, натащил чего откуда удалось, и теперь живет в свое удовольствие. Нравится ему это дело, гостей привечать, вот и старается за четверых, имен себе всяких напридумывал, уют поддерживает. Да и нашему брату-инспектору сюда придти сплошное удовольствие — с коллегами пообщаться, а если у кого эпизод закончился, можно на новый подписаться.

— А конкуренция? — поинтересовался Андреа.

— Так все свои, чего там. На самом деле есть две специальности, в которых народ между собой мирно вопросы решает: инспектора и сверхмиллионеры. Остальные грызутся со страшной силой. Так что, если хотите в бесконтроле остаться — ищите во-первых место, через которое эпизоды не проходят, а во-вторых придумывайте себе дело, которое всем нужно, хоть в контроле, хоть без.

Мохнатый У-у, вновь принявший образ шеф-повара Дудука наконец добрался до столика, провозгласил:

— За счет заведения! — и водрузил на него очередную порцию фирменного блюда, правда на этот раз яичница оказалась украшенной двумя веточками увядшей зелени. Андреа пододвинул тарелку к себе, глянул на ожидающего похвалы У-у и, сделав восторженное лицо, сказал:

— Очень польщен. Большое спасибо.

Мохнатый расцвел в улыбке, и осторожно присел на пол рядом — его голова оказалась на одном уровне с головами сидящих на стульях. Инспектор Хлебски продолжил:

— Если б вы ориентировались в здешней системе, можно было б в брокеры пойти. Тоже нормальные ребята.

— А этот, скафандр разукрашенный, чего от тебя хотел? — поинтересовалась Ану-инэн, прихлебывая чай, от которого пахло так, как пахнет от новенького веника.

— Этот… — инспектор помрачнел. — Этот хотел, чтобы мой эпизод прекратился. Странный какой-то парень. Говорит — мы, нас, а кто «мы», кого «нас»?

— Точно, грозился, — вступил в беседу У-у. — И мне грозился, говорит «мы твой бар загасим!» А как мой бар погасить можно, если он вне контроля? И отключку тоже не сделать, через это же и страдаю! — мохнатый показал лапой туда, где в воздухе продолжали висеть задетые лучом локальника белые обломки табурета. Хлебски потянулся за коробочкой, но У-у остановил его:

— Не, не надо. Пусть висят. Будет это… как его… достопримечательность.

Андреа. все это время размышлявший над речью Хлебски, наконец сообщил:

— Наверное, лучше всего нам домой все-таки. Тут мне в свое время говорили, что это через Большой Город можно сделать…

— Можно, конечно. Из Большого Города можно куда хочешь попасть, если конечно не пропадёшь там сначала. Только до Города добраться ещё надо, он ведь не в этой системе.

— А в какой?

— А ни в какой, он сам себе система…

Хлебски собрался было еще что-то сказать, но не успел. Потолок подвала с одного края легко приподнялся, и загнулся вверх, словно взрезанная крышка жестяной банки. Из образовавшегося пространства над головой почти осязаемым потоком хлынул яркий белый свет, и на его фоне скользящие откуда-то сверху фигуры показались угольно-черными. Их было много, этих фигур — непонятно откуда берущихся, летящих вниз по тонким тросам, лишь внизу замедляющих свое скольжение, и спрыгивающих кто на пол, а кто и прямо на столики. Все произошло настолько быстро, что пораженные посетители «Звездного Инспектора» не успели даже ошарашенно замолчать, как вдруг оказалось, что их теперь в подвале меньшинство, а большинство составляют рослые существа, отдаленно напоминающие людей, но людей с чешуйчатой кожей, ящероподными мордами и с ногами, оканчивающимися широко расставленными пальцами с когтями. Чешуя их была скорее темно-зеленой или темно-коричневой, но общее впечатление нахлынувшей черноты оставалось. Двигались существа быстро, но как-то странно, механически — каждый шаг был похож не предыдущий, и каждое движение словно выбиралось из ограниченного списка раз и навсегда запрограммированных.

И оттуда же, сверху раздался многократно усиленный хрипловатый женский голос:

— Всем сидеть на местах, без команды на двигаться! Кто дёрнется — куски полетят!

Существа синхронно зарычали, а поддернувшиеся губы обнажили треугольные зубы — предупреждение было проиллюстрировано наглядно, и от того, что это все было явно заранее отрепетировано, иллюстрация менее внушительной не становилась.

Голос сделал паузу, видимо давая возможность кому-нибудь все-таки дернуться, и проверить на практике серьезность угрозы. А Андреа во время этой паузы мучительно вспоминал: он уже ведь где-то слышал этот голосок с хрипотцой, и слышал совсем недавно! С ним было связано что-то неприятное, что-то такое про дракона… Точно! И совершенно не думая, что делает, он крикнул вверх, в белое сияние:

— Юлька! Что случилось?!

— А кто это? — поинтересовались сверху.

— Асв! Ты что, не помнишь? Меня Киоси потом нашел, мы с ним поговорили… Так что теперь я здесь! — сымпровизировал Андреа, попутно восхитившись сам собою: ведь ни слова не соврал! И в то же время дал возможность даме Юльке понять все так, как ей кажется логичным. Теперь бы еще самому понять, что она там поняла…