Крутой герой - Свиридов Алексей Викторович - Страница 38

Негр в ответ попытался нанести прямой удар правой в нос, но результат получился примерно тот же, только его кулак вообще не дотронулся до лица противника, затормозив в миллиметре.

В отличие от Андреа, негр не особо удивился, а скорее возмутился:

— Какого дьявола?! В этом эпизоде я заведомо крутой, и других быть не должно! Ты, парень, вообще отсюда, или нет?

— Не знаю, о чем ты, но похоже, что нет… — ошеломленно ответил Андреа.

— А тогда, какого черта ты вообще тут ошиваешься? Делай свое дело, и не мешай нормальным людям делать свое!

— А если не пойду?

— Ну тогда прогуляемся до чистой зоны, и там разберемся, кто на самом деле круче. Есть желание?

Андреа быстро соображал: они с Киоси на космической станции тоже ничего друг другу не могли сделать, и теперь похожее положение. Значит, на подконтрольных территориях крутые герои друг другу не могут наносить вред, а что за «чистая зона»? Наверное их противоборство там будет объективным?!

Он смерил быстрым взглядом негра — тот был на голову выше и на полплеча шире, и предпочел безумству храбрых практичность разумных.

— Нет такого желания. Извини, я заблудился наверное.

— Ну так и блудись дальше. Гориллу свою только предупреди чтоб не высовывалась — здесь ей может не поздоровится, я вот тоже не сразу разглядел, что не та. У нас недавно почти такую же из Большого Города привезли, так ведь трех хороших девчонок загубила, сволочь. Схватит, и ну на небоскреб карабкаться. До середины долезет, уронит, и за новой спускается. Хоть и не мой сюжет, но при случае, ей-богу, придушу заразу!

Негр повернулся к желтокожему, и не глядя протянул руку.

— Тавалиса! Интел-Нэйсанал! — воскликнул тот, и вернул знамя негру. Тот махнул рукой, и бросился бежать дальше. Глядя вслед Андреа увидел, как спящие под кустами безработные и бродяги вылезают на дорожку, и ленивенькой трусцой присоединяются к толпе.

— Чего-чего? — пробормотал слабый и несчастный голос. Про робота, лежащего на скамейке глазами к спинке, и ничего не видящего все забыли.

— «Intel» с «National»-ом объединились?

— Нет, нет, лежи спокойно, все хорошо! — успокоила его Голди.

— Вот, видите! — воскликнул Андреа, как будто все происшедшее ясней ясного подтвердило правоту его слов.

Ану-инэн медленно кивнула:

— Ладно, уговорил. Но сначала давай-ка разберемся с Доковыми деньгами. Если он такой жесткий парень, как тут наш головастый друг бубнил, нас с ними не выпустят! Поэтому давай-ка трясти У-у, чтобы показал дорогу к банку. И заодно, порасспроси, сколько и кому положено комиссионных.

Относительно комиссионных мохнатый ничем помочь не смог, заявив, что свои доходы никогда через банк не проводил, а все финансовые операции по «Инспектору» за него делали брокеры с биржи труда.

— Воровали конечно. Прибыли никогда не было. Но и убытков тоже — значит хорошо?

Несмотря на слабые познания в экономике, Андреа с ним согласен не был, но спорить не стал. В конце концов, у каждого свои принципы. Голове было все еще плохо, к тому же Ану-инэн заявила, что больше не хочет, чтоб на нее смотрели, как на неосторожную клиентку секс-механического устройства. Добыв среди мусора тряпку и веревку, она привязала голову в нормальном — вверх шеей — положении, и обмотала ее тряпкой, оставив щель для глаза. Оглядев ее, Андреа заметил, что теперь на нее будут смотреть, как на топающую с рынка с кочаном в авоське домработницу, и Ану ответила, что уж лучше так. Теперь она шла, помахивая импровизированной авоськой, и от этого помахивания лучше роботу не становилось.

Дороги до банка У-у естественно не знал, а поскольку голова впала в прострацию, пришлось спрашивать привратника. Тот проявил большой энтузиазм, который увял после того, как Андреа пожал ему благодарно руку, и поняв, что после пожатия в ладони ничего не осталось, привратник сразу поскучнел. Однако направление он показать уже успел, в чем явно теперь раскаивался, и остался, обогатившись лишь на очень слабый отпечаток помады на щеке — губы Голди не красила уже очень давно.

Следуя указаниям, до банка удалось добраться без происшествий, если не считать пронесшуюся по одному из поперечных коридоров погоню — щупленький парнишка с кожей темно-синего цвета улепетывал от оравы могучих мужиков в черной форме. Убегал, убегал, а потом развернулся и влупил в догоняющих пол-обоймы из чего-то очень громкого и скорострельного. Горелые ошметки, разлетевшиеся во все стороны испоганили стены, неподвижные тела перегородили проход, и Андреа порадовался, что им не туда.

Вопреки местной моде, вход в банк отмечала не голографическая вывеска, а аккуратно привинченная к двери сверкающая под лучами светильников доска с несколькими надписями. Крупно: «Первый и единственный, а так же лучший из всех МежГалактический Банк».

Чуть ниже и мельче: «Эта табличка изготовлена из золота пробы 896, что является символом нашего процветания».

И наконец внизу было нацарапано от руки: «Вранье. Латунь».

Андреа решительно потянул дверь, и все четверо вошли.

Внутренняя отделка банка оказалась под стать внешней: панели благородного дерева, несколько крупных алмазов в потолке, фальш-колонны из нежно-зеленого малахита — правда маленький уголок малахита в одном уголке откололся, и из-под него виднелась грубое пластиковое основание.

Инопланетянин, больше всего похожий на пятиногого осьминога, втиснутого в зеленый пиджак с биркой «Консультант» на лацкане, приблизился к ним и поинтересовался:

— Что бы вы желали, уважаемые? — с выражением, которое позволило без труда перевести его фразу как «Шли бы вы отсюда, ребята!»

Ничуть не смутившийся У-у покопался в набрюшной сумочке, и привесил себе на грудь очередную бумажку, и вместо просто абстрактного мохнатого существа в операционном зале появился «Зу-Зук, пред.приниматель».

— Значит, мы вот хотим первод провести. Конфиденциально.

— На какую сумму? («У тебя-то вообще деньги есть?»)

— Сейчас спрошу копаньона.

— Очень хорошо. Надеюсь, вы не потратите на это слишком много вашего ценного времени. («Мотай-ка побыстрее. Тоже мне, бизнесмен».)

Андреа вытащил из кармана карточку, и показал ее консультанту. Осьминог коротким жестом чиркнул по ней считывателем, и тут же его пиджак пошел пятнами, а через секунду покраснел, и принял бордовый оттенок.

— Прошу… — засуетился он, и теперь его слова значили именно то, что он произносил — Нет, не сюда, за мною прошу… Специальный зал у нас вот тут, за стеночкой… Значит, вы хотите конфиденциальности? О, это будет стоить всего лишь семь десятых процента, сущие пустяки…

Андреа быстро прикинул: пустяками осьминог назвал сумму, сравнимую с запланированной оплатой их спасения со взрывающейся станции. А консультант продолжал ворковать:

— …И не извольте, не извольте беспокоиться! Через нас успешно проводились самые серьезные платежи. Даже сам Джек — Потрошитель Сейфов четыре раза уплачивал налог на ограбление через нас!

Специальный зал оказался на самом деле маленькой комнаткой с мягким диваном, столиком и компьютером-терминалом с приемным гнездом для карточек.

— Вот, прошу вас, режим конфиденциальности включен… Оставляю вас, дамы и господа, если что будет надо — вот кнопка для вызова персонала, то есть меня, а я для вас вызову любого другого специалиста. Но надеюсь, этого не понадобится: у нас установлена девяносто пятая система, — голос осьминога приобрел профессионально-восхищенное звучание. — А с ней никаких проблем не бывает ни у кого!

Осьминог исчез за дверью, и закрываясь, эта дверь издала такой звук, что можно было подумать, что она изготовленная из цельной каменной плиты — возможно, возможно так оно и было на самом деле.

Оставшись один, осьминог вытащил из кармана пиджака листочек с шапкой «Фор-95: рекламная кампания», поставил в листочке галочку, и сочувственно улыбнулся в сторону закрытой двери.

— И что дальше? — поинтересовалась между тем Ану-инэн, глядя на терминал.