Кровавый рассвет - Свонн С Эндрю - Страница 87

С пришельцем Эйнджел провела все два часа, отведенные для беседы. Работа по выуживанию информации оказалась утомительной. Эйнджел даже не помогало не покидавшее ее чувство, возникшее спустя пятнадцать минут после начала беседы, что в любую минуту в помещение могут ворваться федералы, и она растворится в своре безликих молодчиков из ФБР, скандирующих: «Государственная безопасность».

Это чувство продолжало угнетать ее и тогда, когда она вместе с учеными снова очутилась на борту «Сикорского».

Где-то хранилась запись ее беседы с пришельцем. Где-то сидит скучающий чиновник из органов безопасности и прослушивает записи бесед людей с пленными инопланетянами. В скором будущем этот чиновник доберется и до последней записи. Эйнджел знала, что спустя четверть часа после того, как это случится, небо ей покажется с овчинку.

И все потому, что как только этот кто-то просмотрит материал ее беседы с пузырем-инопланетянином, он непременно позвонит в Вашингтон. Когда они узнают, кто Эйнджел такая…

Оставалось лишь надеяться, что она успеет убраться из Президио до того, как все это произойдет.

Эйнджел спросила пришельца об информации. Информации какого рода?

Чтобы расшифровать длинную булькающую тираду инопланетянина ей потребовалось много времени, но теперь она знала, чем Байрон Дорсет зарабатывал себе на жизнь.

Ее осведомленность на этот счет портила все дело, еще больше усугубляя создавшееся положение.

Чем только не занимался Ван Дайн до того момента, как федералы завладели им. По наиболее важными «ценностями», которые «перераспределяла» Раса посредством компании «Ван Дайн Индастриал», являлись прогнозы. Причем весьма специфического характера.

Раса на четыре века опережала социологические синусоиды Стива. Вооруженные своими программами и исполинским компьютером они могли дать демографический прогноз для любого политического союза. Могли построить график для любой местности и для любого срока. Сказать, какое направление примет развитие экономики, и какие зоны станут приоритетными. Они могли предсказать уровень преступности, рождаемости, — всего чего угодно, начиная от продажи пива и кончая количеством степеней докторов наук, которыми будут удостоены специалисты в области биоинженерии в 2077 году. Но не прогнозирование было главным.

Программы Расы отличались динамизмом. Пришельцы знали какие «переменные величины» требовали «подпитки» для достижения наиболее благоприятного результата.

В некоторых случаях результатом их вмешательства становились выборы.

Каждые четыре года проходили выборы президента.

Эйнджел устремила взгляд в сторону Окленда, где вставало солнце. Ей во что бы то ни стало нужно убраться от федералов подальше. Несмотря на то, что она прошла досмотр службы безопасности острова, целью которого было выявить, не вывозит ли она несанкционированную запись интервью с пришельцем, ожидался еще просмотр записи, произведенной сами федералами.

Масштаб деятельности Байрона ошеломил ее и заставил содрогнуться.

Пластиковые карточки, переданные ей, содержали подробное описание формулы успеха кандидата в президенты на выборах 2060 года. Судя по тому, как работали пришельцы, ничего сверхъестественного в этом не было. Более того, теперь ей казалось вполне вероятным, что нынешний глава американской администрации, президент Мередит, был клиентом Ван Дайна во время последнего срока своего пребывания у власти.

Так что Эйнджел вляпалась по самые уши.

Еще хуже было то, что доказательства тому она видела и сейчас, в период нынешней предвыборной гонки. Впервые за несколько десятилетий велась такая бестолковая борьба за власть. На протяжении многих лет во всем был порядок. Испокон веков существовали демократы и конституционалисты, среди которых иногда затесывались отдельные независимые депутаты.

В этот год вызов президенту Мередиту бросали кандидаты, появившиеся невесть откуда. Наибольшее число голосов и, главное, внимание видеокомпаний, завоевали третьи партии —либертарианцы. Зеленые и партия NOA. Даже республиканцы задергались, угрожая выставить своего кандидата, чего не делали с четвертого года, когда их партия потерпела крах.

Возможно, неразбериха возникла из-за того, что впервые за последние шестьдесят лет выборы должны были проходить не в соответствии с заранее написанным сценарием.

Ясно было одно — президент Мередит более четко представлял себе картину «инопланетной угрозы», чем говорил во время своего крестового похода на средства массовой информации. Возможно, не было простым совпадением то, что «Ван Дайн» перешел в руки федералов почти сразу после инцидента в башне «Ниоги». Достоянием гласности пришельцы стали в январе, а захват «Ван Дайна» произошел в следующем месяце.

Эйнджел могла представить себе, как все это происходило. На публике правительство прижимает пришельцев, наводнивших башню «Ниоги». Инопланетяне начинают нервничать и решают пустить в ход святая святых — свой «Грааль» — пытаясь разыграть его в качестве козырной карты во время президентских выборов. Сделка была вполне благопристойной — оставь в покое наших людей, либо кто-то другой займет твое место..

Мередит оказался связанным по рукам и ногам. Новость о пришельцах разнесли все средства массовой информации. До этого момента президент ни сном ни духом не ведал о том, кто управляет «Ван Дайном». И все вдруг его начинают шантажировать существа, которых ни в малейшей степени не волнуют интересы страны.

Тогда, чтобы сохранить свои отношения с ними в тайне и не позволить секретным сведениям попасть в руки противников, он овладевает «Ван Дайном».

К большому невезению президента, сделал он это слишком поздно.

Когда был совершен налет на «Ван Дайн», Байрон с информацией выпал из поля зрения. Информация улетучилась, а память главного мозга корпорации порядком подпорчена.

Что делает Байрон?

Эйнджел покачала головой. Байрон перегнул палку, пожадничал — вот что он сделал. В январе эти сведения он мог продать тому, для кого они предназначались, — возможно, этим лицом был Александр Грегг, опередивший всех остальных кандидатов, представитель партии конституционалистов. В этом случае весь куш, полученный от сделки, он положил бы себе в карман.