Ночные джунгли - Свонн С Эндрю - Страница 16

— А когда вы в последний раз видели его живым?

— В прошлую субботу, на заседании комитета по фондам. Он рано ушел, где-то в полдесятого. — Она опустила глаза. — Знаете, что он сказал мне напоследок?

— Что же?

— Он извинился за то, что из-за него я, «привлекательная девушка», как он выразился, не могу иметь «нормальных отношений» с кем-либо, кто мне нравится.

Стефани подняла свой стакан.

— Выпьем за отношения, которые мне следовало бы иметь, — предложила она тост и залпом осушила стакан.

То, как она покачала головой, заставило Ногара сменить тему разговора.

— Вы не в курсе, почему Джонсон хранил три миллиона долларов из фонда кампании у себя дома?

Вейр изумленно воззрилась на тигра, рот ее приоткрылся, глаза слегка округлились.

— О Господи, наличными?

— Согласно полицейским отчетам, да.

Она вскочила со стула и начала ходить туда-сюда по комнате.

— Теперь я действительно рада, что порвала с Байндером… Или он меня вышвырнул, как угодно. Не существует ни одной законной причины для того, чтобы хранить дома такую огромную сумму, да еще наличными…

— Так почему же он хранил?

— Понятия не имею.

— А не может ли это быть как-то связано с тем, что Байндер оказывает давление на полицию, добиваясь прекращения расследования?

— Да-да, я слыхала о том, что он предпринимает такие попытки… Ну что же, вполне вероятно, от Байндера можно ожидать чего угодно.

Ногар встал и, немного поколебавшись, протянул девушке руку.

— Спасибо за помощь, мисс Вейр.

Ее ладошка сжала его лапищу. Ладошка была крошечная, мягкая и теплая. К удивлению Ногара, рукопожатие оказалось довольно сильным для такого хрупкого создания.

— Рада была помочь вам. Мне и самой нужно было выговориться. И прошу вас, не называйте меня мисс Вейр.

— Стефани?

— Я предпочитаю Стефи. Мы еще встретимся?

Ногару вдруг показалась, что ей не хочется, чтобы он уходил. Тигр пожал плечами.

— Думаю, что мне еще не раз придется обращаться к вам за помощью.

Она проводила его к выходу, открыла дверь, и он вышел в сгущающиеся сумерки. Но, прежде чем дверь совсем закрылась, Ногар обернулся.

— Могу я задать вам еще один вопрос?

— Валяйте.

— Почему вы так спокойно восприняли мой… мой внешний вид?

Она от души рассмеялась.

— А почему я должна была нервничать?

— Но ведь я — моро…

— Ну что же, мистер Раджастан, может, вам удастся напугать меня при нашей следующей встрече.

Она захлопнула дверь прежде, чем он успел ответить. После секундного раздумья Ногар нажал кнопку вызова.

— Да? — сказал динамик.

— Называйте меня просто Ногар.

ГЛАВА 7

В пятницу с утра дождя не было. Филипп Янг по-прежнему не отвечал на звонки, поэтому Ногар снова надел свой парадный костюм и отправился с визитом к финансовому секретарю Байндера. Янг проживал в одном из кварталов между Моро-Тауном и Шейкером, совсем недалеко от дома Раджастана, так что тигр решил прогуляться пешком. Однако не прошел он и полпути, как нестерпимый зуд заставил Ногара пожалеть об этом решении. День выдался жаркий и душный. Раджастан снял пиджак, расстегнул рубашку до самого пояса и ослабил узел галстука, который теперь свободно болтался на могучей шее.

Квартал, в котором жил Янг, представлял из себя нечто вроде Моро-Тауна, только для людей. Двух — и четырехэтажные кирпичные дома были старыми и обшарпанными, неухоженные газоны заросли сорняками, кривые деревья носили на себе следы дорожно-транспортных происшествий. Изредка Ногар ловил на себе настороженные взгляды пинков, которые при виде моро спешили перейти на другую сторону улицы.

Ногар почему-то надеялся, что ему не составит особого труда получить от Янга хоть какую-нибудь информацию относительно пресловутых трех миллионов долларов. Гораздо больше Раджастана беспокоило то, как найти правильный подход к Янгу насчет интимных отношений с Джонсоном. Пинки ведь порой так болезненно воспринимают разговоры на подобные темы.

Ногар остановился у дома Янга и окинул взглядом невзрачное двухэтажное строение. Солнце нещадно припекало затылок, вокруг головы роились мелкие противные мошки. Тигр раздраженно пошевелил усами, критически разглядывая жилище Янга.

Странно, однако, что секретарь по финансам — несомненно, ворочающий крупными суммами денег — живет в таком захолустье, в таких задрипанных «апартаментах». Стекла в окнах второго этажа отсутствовали, вместо них оконные проемы закрывали прибитые изнутри куски полиэтиленовой пленки. Серая краска, покрывающая кирпичные стены, почти вся облупилась; доски перекосившегося деревянного крыльца уже начали гнить.

В довершение ко всему от здания исходил кисловатый, смутно знакомый запах, от которого у тигра засвербило в носу.

Почему Янг живет здесь? Может, из практических соображений, чтобы платить поменьше налогов?

Ногар ступил на крыльцо с некоторыми опасениями — оно могло не выдержать его веса. Он начал осторожно подниматься по жалобно стонущим доскам, и правая нога его чуть было не провалилась в насквозь прогнившую секцию.

Наконец он добрался до верхней ступеньки и остановился перед замызганной дверью с допотопным замком, кнопкой электрического звонка и без всяких признаков интеркома. Ногар надавил на кнопку, но звонка не услыхал. Тогда он постучал в дверь, сначала тихонько, потом сильнее. Тоже безрезультатно, никто не отозвался. Может, Янга нет дома? Или адрес Янга в справочнике — всего лишь «липа», и Янг так же живет в своем «доме», как Ногар работает в своем «офисе»? Раджастан осторожно спустился по ступенькам крыльца и заглянул в одно из окон, как он предположил, гостиной. «Меблированная» комната состояла из матраца и карточного столика.

Ногар развязал галстук и обернул им правую руку, намереваясь разбить оконное стекло и пробраться внутрь, и тут он вспомнил, где впервые учуял странный запах, который сейчас становился все сильнее и от которого уже начинали слезиться глаза.

Это было несколько лет назад, когда на углу Мэйфилд-Роуд и Ковентри-Авеню демонтировали заброшенную бензозаправочную станцию. Ногар вспомнил, как наблюдал за рабочими, выкапывающими из земли ржавые резервуары с горючим. Именно тогда он впервые учуял запах бензина.

Инстинкт заставил тигра отпрянуть от окна и попытаться определить, откуда исходит резкий запах. Галстук выскользнул из когтей и упал на землю.

Ногар покрутил носом, принюхиваясь. Ага. Сильнее всего разит слева, из-за дома.

— Из гаража, — понял Раджастан. Он осторожно обогнул угол и направился по заросшему травой проезду к довольно большому гаражу. Здесь запах пропитывал его, казалось, насквозь.

Из глаз ручьем текли слезы, в горле першило, голова слегка закружилась.

Двери гаража были закрыты, но Раджастан услыхал доносящиеся изнутри звуки — всплески, стук металлических канистр, чье-то тяжелое дыхание. До гаража оставалось метров пять, когда шум прекратился.

Ногар пожалел, что не прихватил с собой пистолета. Дверь вдруг распахнулась; Ногара обдало бензиновыми испарениями, и он чуть было не потерял сознание от такого удара по обонянию. Из раскрытых дверей на тигра воззрился Филипп Янг. Ногар вспомнил, что этому человеку нет еще и сорока — далеко не старик по человеческим меркам. Журналисты изображали его эдаким вундеркиндом, благодаря стараниям которого Байндер не имел проблем с финансовыми делами.

Однако человек, представший сейчас перед Ногаром, мало походил на юного гения. Янг был обнажен по пояс, изможденное тело его лоснилось от пота и бензина. Позади него высилась груда намокших картонных коробок, кожаных папок, бумаги и чемоданов, с которых еще капала янтарного цвета жидкость. Безумные, налитые кровью глаза Янга вперились в Ногара; в правой дрожащей руке Филипп держал тупоносый револьвер тридцать восьмого калибра, направленный в грудь тигра.

— Вы разделались с Дэрри. Со мной у вас этот номер не пройдет.