Ночные джунгли - Свонн С Эндрю - Страница 35

— Именно это меня и удивляет. — Бобби задумчиво посмотрел на экран. — Знаешь, что я думаю?

— Что?

— У них есть свой человек в Аудиторской Службе, который сообщает им, как должны выглядеть их налоговые декларации.

Ногар пожал плечами.

— Но на что они тратят свои деньги?

— Не знаю. Можно проверить список недвижимости, которой они обладают. — Бобби нажал несколько клавишей, и на одном из экранов появился новый текст. — Могу предъявить тебе список служащих компании и приблизительную величину их жалованья.

Ногар посмотрел на колонки имен на экране, надеясь увидеть какое-нибудь знакомое.

— Главное, что мне хотелось бы узнать, — это то, каким образом МЛИ финансировала Байндера.

Бобби пожал плечами.

— Попробуем.

Голубая полоска продолжала курсировать по голографической паутине, на экран выплывали все новые и новые имена. Наконец Бобби прекратил щелкать клавишами. В комнате на некоторое время воцарилась относительная тишина, нарушаемая лишь медленным поскрипыванием вентиляторов, легким гудением голографического стеклянного колпака и высокочастотным жужжанием мониторов. И тут Ногара осенило.

— Можешь ты соотнести список служащих МЛИ со списком вкладчиков в предвыборную кампанию Байндера?

— Конечно, можно сравнить и выявить точки пересечения, если таковые имеются. — Бобби застучал пальцами по клавиатуре — тук, тук, тук.

— Почему бы тебе не оснастить эту штуковину голосовым интерфейсом?

— Зачем? Пустая трата памяти. Мой терминал работает мегагерц на двадцать быстрее любого другого именно потому, что я не пользуюсь голосовым интерфейсом. Кроме того, некоторые изыскания, которые мы с моей аппаратурой предпринимаем, лучше проводить в тишине… Бинго!

На последнем мониторе появился еще один список.

— Да, об этом я не подумал, — сказал Бобби. — Хорошо, что ты обратил внимание… Так, посмотрим. Многие служащие МЛИ вносили определенный вклад…

Бобби внезапно умолк. Ногар почувствовал запах гнева, исходящий от друга.

— Что такое?

— Пожертвования от «Мидвест Лэпидари» составляют семьдесят пять процентов фонда предвыборной кампании Байндера. Эти ребята владеют Байндером. Я знал, что он коррумпирован, но чтобы настолько…

Теперь Ногар уже не сомневался в том, что ключ к разгадке убийства Джонсона нужно искать в финансовых отчетах Байндера. Но почему кто-то из МЛИ был заинтересован в убийстве? Ведь вклады МЛИ в предвыборную кампанию Байндера колоссальные. А теперь он может потерять купленное за такую огромную сумму влияние.

И тут Ногар вспомнил, что говорил ему Смит, — связи МЛИ с Байндером нужно обрубить. Он сказал это накануне покушения на Стефи. Ногар по-прежнему не верил в совпадение, а «обрубить» — зловещий глагол. Не означает ли это того, что и остальные приближенные Байндера подвергаются смертельной опасности?

Ногар посмотрел на мониторы. Итак, имеется три списка. Слева — список лиц, делавших вклады в фонд Байндера, в центре — список служащих «Мидвест Лэпидари», справа — список имен, которые пересекаются в двух предыдущих.

— Как много людей в списке служащих МЛИ?

— Восемь тысяч сто девяносто два.

Правый список заканчивался длинным перечнем фамилий на букву Т.: Торавич, Трамбелл, Траплен, Тревор, Трейси…

Ногар кивнул на правый экран.

— Они идут в алфавитном порядке?

— Да, — ответил Бобби.

— И что ты насчет них думаешь?

— Думаю, что все они вымышленные.

ГЛАВА 16

Ногар пробыл у Бобби почти до полудня. Выяснив домашние адреса нескольких десятков сотрудников МЛИ, он решил отправиться по одному из них, дабы проверить, насколько верно его предположение о том, что список служащих «Мидвест Лэпидари» — ложный.

Выбрал он некую Кэти Торавич, якобы проживающую в Шейкер Хайтс.

Желтый «Тори», к некоторому удивлению Раджастана, все еще ждал его. Впрочем, ничего удивительного, подумал Ногар. Таксистка за полдня заработала больше чем за неделю, и, видимо, не хотела упускать такого щедрого клиента, надеясь — чем черт не шутит — раскрутить его еще на десяток, другой долларов.

Негритянка сидела, откинувшись в кресле водителя, и слушала выпуск последних известий. Ногар открыл дверцу и взгромоздился на заднее сиденье.

— О'кей, мистер, куда теперь? Назад, в Огайо-Сити?

— Нет, в Шейкер…

Она пожала плечами — мол, какая мне разница — и взяла курс на восток. Таксистка была из говорливых и решила посвятить клиента в ход текущих событий. Снова бесчинства Зипперов, еще одна подожженная машина, и так далее.

Когда «Тори» подрулил к заброшенного вида двухэтажному кирпичному коттеджу в Шейкер Хайтс, Ногар добавил на счетчике еще двадцать долларов и снова попросил таксистку-говорунью подождать его.

Выбравшись из машины, он торопливо зашагал к дому Кэти Торавич, дабы поменьше мозолить глаза здешним обитателям. В своем новом — вернее, старом — одеянии Ногар походил скорее на уличного громилу, нежели на частного детектива.

Черный ход дома, равно как и парадный, был заперт. Окна задернуты темными шторами. От пустого гаража не исходил вездесущий запах озона, задний дворик зарос сорной травой. Дом показался Раджастану совершенно необитаемым. Ногар постоял пару минут у черного хода и, решив, что не стоит тратить время на попытки подобрать код на электронном замке, отступил на шаг назад, поднял левую ногу и саданул тяжелым ботинком по замку. Дверь широко распахнулась.

Раджастан, оглянувшись по сторонам, вошел в жилище Кэти Торавич и прикрыл за собой дверь.

Дверь черного хода вела в кухню — практически пустую кухню. Ни стола, ни стульев, ни микроволновой печи, ни холодильника — ничего, кроме водопроводного крана над раковиной из нержавеющей стали, да стенного шкафчика. На полу, покрытом квадратными кусками линолеума, не было и намека на следы мебели и кухонных агрегатов. Ногар включил свет и люминесцентная лампа на потолке мигнула раз десять, прежде чем загореться в полный накал.

Раджастан направился к раковине, и левая ступня его зацепилась за что-то. Он посмотрел вниз и увидел, что один из линолеумных квадратов с каким-то выцветшим абстрактным узором оторвался от бетонного пола, взметнув в воздух маленькое облачко пыли. Ногар отшвырнул квадратик ногой, и тот, ударившись о стену, рассыпался на дюжину мелких кусочков.

Ногар подошел к раковине, покрытой толстым слоем пыли, и открыл кран. В водопроводной трубе что-то завизжало; кран чихнул пару раз, выплюнул сгусток вонючей ржаво-красной слизи с вкраплениями черной грязи и наконец затрясся от напора чистой воды. Ногар завернул кран.

Он открыл шкафчик. На верхней полке лежало пятисантиметровое мумифицированное тельце мыши.

Дом был нежилым; все здесь пахло сухой пылью — даже крошечный мышиный трупик — как на захламленном чердаке жилища Мэнни. На нижней полке валялась сложенная вчетверо газета — настоящая газета, не факс. Ногар взял выцветший ломкий лист и осторожно развернул его. Газета была датирована 12-м января 2088 года. Раджастан пробежался глазами по передовице, в которой шла речь о том, что НАСА только что получила ассигнования на испытания ядерных двигателей для космических кораблей. Предполагалось послать около дюжины автоматических зондов во все ближайшие звездные системы. Сейчас, пятнадцать лет спустя, Конгресс намеревался полностью свернуть программу исследования дальнего космоса, к осуществлению которой НАСА едва успела приступить, доставив корабли на Луну. Ни один из них так и не был запущен.

Последствия Пан-Азиатской войны по-прежнему горячо обсуждались, хотя война уже два года как закончилась. Одна из статей описывала зверства, чинимые китайцами на территории оккупированной ими Японии. В балканизированной Индии шла непрекращающаяся перекройка границ. Саудовская Аравия наконец-то потушила свои пылающие нефтяные скважины. Нефть утратила свое значение как ведущее стратегическое сырье, поскольку весь мир отказался от использования двигателей внутреннего сгорания, которые уступили место электромоторам. Израильтян еще не окончательно сбросили в море, но большая часть оккупированной арабами территории была теперь радиоактивной. Россия подписала мирные договоры с Туркменией и Азербайджаном. Федеральная Иммиграционная Служба США опубликовала последние статистические данные о количестве моро-иммигрантов. В 2037 году оно превысило 1,8 миллиона, и к началу 2038 года численность населения моро в Штатах составила свыше 10 миллионов — больше, чем в любой другой стране мира, за исключением, видимо, Китая, который не предоставлял ООН никаких сведений по данному вопросу.