Полночная разбойница - Сьюзон Марлен - Страница 71

Наконец он взял себя в руки и поднял голову.

– Я не могу поверить, среди Уинслоу никогда не было предателей!

Дэниела понимала, что сейчас наступил тот момент, когда она должна была бы сказать отцу правду о Бэзиле, но это было выше ее сил. Она в растерянности обернулась к Моргану, ища поддержки. Затем вновь обернулась к отцу.

– Папа, Бэзил не твой сын. Он никогда не принадлежал к роду Уинслоу, – тихо сказала она. Граф вздрогнул и в ужасе уставился на дочь. Морган выступил вперед.

– Сэр, мне неприятно говорить вам это, но в сложившихся обстоятельствах, возможно, так будет лучше. Вы должны знать, что Бэзил был сыном лорда Чарльза Болтона. Об этом неопровержимо свидетельствует его переписка с данным джентльменом, которую мне удалось найти в тайнике Бэзила. Из этой же переписки ясно, что Бэзил поддерживал дело своего отца и активно участвовал в заговоре.

Казалось, слова Моргана окончательно сразили старика. Голова графа упала на грудь, и он так долго оставался в этом положении, что Дэниела испугалась.

– Папа! С тобой все в порядке? – спросила она с тревогой.

Граф молчал. Он даже не пошевелился.

– Папа! – в отчаянии воскликнула Дэниела. – Мне так жаль! Я всегда невольно причиняю тебе одни страдания! Я знаю, ты всегда меня ненавидел, обвиняя в смерти мамы. И сейчас мне пришлось рассказать тебе о Бэзиле! Если бы ты знал, как мне тяжело!

Лорд Крофтон поднял наконец голову и открыл глаза. В них отражались грусть и раскаяние.

– Что ты говоришь, девочка моя! Я никогда не винил тебя в смерти твоей матери. Бэзил – да, он часто говорил об этом. Но только не я. Нет, не ты, а я виновен в ее смерти. После рождения Джеймса врач предупредил меня, что она может не пережить еще одну беременность. Я не поверил ему, настаивал на своих супружеских правах... – Граф тяжело вздохнул и после паузы добавил: – Последние месяцы я только и думаю о том, каким негодным мужем и отцом я был для самых дорогих мне людей.

Он вновь вздохнул, и по его сухим морщинистым щекам скатились несколько слезинок.

Дэниела бросилась к отцу, упала перед ним на колени и обняла.

– О папа, милый папа! Я понимаю, как тебе сейчас тяжело!

– Да, тяжело, – с трудом произнес граф. – Но ты не должна себя в этом винить. Я даже рад, что узнал правду. – И, отвечая на изумленный взгляд дочери, пояснил: – Видишь ли, долгие годы я мучился от того, что не мог заставить себя полюбить Бэзила. – Граф ласково погладил дочь по голове. – В нем всегда было что-то грубое, жестокое... мне всегда втайне хотелось, чтобы моим наследником стал Джеймс. И я стыдился таких мыслей. Мне казалось, что это большой грех – не любить своего собственного сына. Но теперь я понимаю, что Бэзил был просто очень похож на своего отца, а я всегда презирал Болтона. Это низкий, коварный и очень жестокий человек.

Граф задумчиво покачал головой, словно рассуждая сам с собой.

– Ах, Маргарет, Маргарет. До меня доходили кое-какие слухи, но я никогда не придавал им значения. И напрасно, как видно. – Он горько усмехнулся. – Это многое объясняет в моих отношениях с твоей матерью, – грустно заключил он.

Затем его взгляд обратился к Моргану.

– А вы, лорд Парнелл, почему принимаете столь активное участие в делах моей семьи? – неожиданно спросил граф. – По распоряжению короля?

– Я пришел к вам не как представитель короля, сэр, а как частное лицо. Как друг вашей дочери.

– Друг? – Граф лукаво прищурился.

– Да, ваша милость. Я пришел просить у вас руки Дэниелы.

– Морган! – воскликнула девушка, вложив в этот возглас все свои чувства, в которых сама еще хорошенько не могла разобраться.

– Вы ведь близкий родственник герцога Уэстли, если я не ошибаюсь? – с внезапным интересом спросил граф.

– Я его младший брат.

Лицо графа мгновенно просветлело.

– И как ваш брат отнесется к этой идее – взять в жены мою дочь?

– Он одобряет и поддерживает мое решение. Так даете ли вы согласие на мое предложение, ваша милость?

– Конечно, мой мальчик, конечно. Это большая честь для меня.

– Но, папа! Я не хочу выходить за него замуж! – воскликнула испуганно Дэниела. Граф Крофтон сердито насупился.

– Не говори глупости, дочка! Конечно же, ты выйдешь замуж за лорда Парнелла. Хотя бы для того, чтобы позлить своих сестер. – Он усмехнулся. – Они даже и не мечтали о такой партии. То-то будут завидовать.

Дэниела отвернулась, чтобы скрыть обиду. Отцу было наплевать на ее чувства. Для него родство с Парнеллами было слишком заманчивым, чтобы обращать внимание на такую мелочь, как желание дочери.

Почувствовав состояние девушки, Морган взял ее за руки:

– Мне кажется, мы утомили твоего отца, Дэниела. Думаю, нам пора идти. Надеюсь, вы не возражаете, милорд, если ваша дочь погостит в Лондоне в доме герцога Уэстли. Герцогиня просила меня уговорить вас.

– Но, может быть, папа хочет, чтобы я осталась и ухаживала за ним? – И Дэниела вопросительно посмотрела на отца.

В глазах Моргана зажглись насмешливые искорки.

– Я просто уверен, что с этим прекрасно справляется... э... сиделка.

Дэниела с удивлением взглянула на него. На что он так странно намекает? И почему так хитро улыбается?

– Да, да, – поспешил согласиться граф, с благодарностью взглянув при этом на Моргана. – Ты не должна обо мне беспокоиться. Я в хороших руках. До свидания, Дэниела. Был счастлив познакомиться с вами, лорд Парнелл. Передайте мою благодарность ее светлости герцогине Уэстли.

– Ну вот видишь, ты совершенно зря расстраивалась, – сказал Морган, когда они вышли на улицу. – Твой отец очень хорошо к тебе относится, а ты думала, он тебя ненавидит.

– Да, – с едким сарказмом заметила девушка, – ведь он так рад был избавиться от меня! А я надеялась, он захочет, чтобы я была рядом с ним в эти тяжелые дни.

– Возможно, он бы хотел, но ты забываешь о Бетси, дорогая.

Морган помог Дэниеле сесть в карету.

– А при чем тут сиделка? – удивилась девушка, откидываясь на подушку сиденья.

Морган велел кучеру трогать и взял Дэниелу за руку.

– Она не сиделка, любовь моя. Она его любовница, и притом не из нашего круга. Разве мог он позволить своей дочери остановиться под одной крышей с любовницей? Ты бы поставила его в очень затруднительное положение.

Дэниела внезапно почувствовала, как ее щеки заливает жаркий румянец. И как же она сама сразу не догадалась, в чем тут дело. Но у Моргана, конечно, гораздо больше опыта в таких делах! Эта мысль почему-то Дэниеле совсем не понравилась.

Между тем Морган с любовью целовал ей руку – пальчик за пальчиком, и эта интимная ласка заставила Дэниелу покраснеть еще больше.

– Какая ты хорошенькая, когда краснеешь, – улыбнулся Морган. – Я уже предвкушаю, как поведу тебя на раут к герцогине Карлайл завтра вечером.

– К герцогине? – удивилась Дэниела. – Но я уже много лет никуда не выходила.

– Я знаю, и с этим надо кончать.

– Хорошо, но только с одним условием. Ты никому не скажешь, что мы помолвлены.

– Но почему? У нас есть благословение твоего отца. Наш брак – дело решенное!

– Прошу тебя! Иначе я никуда не пойду!

– Ты не оставляешь мне выбора, – недовольно буркнул Морган. – Что за упрямая особа! Ну хорошо, обещаю. Хотя тебе совершенно нечего бояться. Тебя будут поддерживать герцог и герцогиня Уэстли, а это что-нибудь да значит для всех этих сплетников. Поверь, никто не осмелиться даже бросить косой взгляд в твою сторону!

Дэниела очень обрадовалась, когда узнала, что с ними вместе в Лондон едет все семейство Уэстли, а также Арлингтоны. Она чувствовала постоянную поддержку Меган и Рейчел, да и герцог относился к ней все теплее.

Тем временем Морган привлек ее к себе и поцеловал.

– Не трусь. Вот увидишь, никто даже не вспомнит о том, что случилось шесть лет назад!

Дэниела молилась в душе, чтобы он оказался прав, хотя почти не надеялась на то, что ее молитвы будут услышаны.