Ловля Минотавра на живца - Шаганов Андрей - Страница 27

— Вот именно, — перебил его Лев. — В этот раз вы дали убежище ворам, убийцам и террористам!

— Насколько мне известно, подпольная организация, к которой принадлежат мои недавние гости, борется за освобождение своей страны от власти иностранных и планетных захватчиков.

— Но они пользуются самыми низкими методами!

— Хорошо, если вы сможете мне доказать, что они действительно совершили преступления, которые могут быть признаны таковыми нашей юриспруденцией, я помогу вам в пределах своей компетенции.

— Прекрасно! — воскликнул Лев. — Для меня это не составит большого труда.

Он извлек из кармана портативный компьютер и взглянул на экран. Это были краткие заметки, понятные только хозяину.

— Итак, две недели назад группа вооруженных оппозиционеров напала на особняк герцога Семикского. В завязавшейся перестрелке были убиты двое нападавших и шесть человек охраны. Не достаточно ли одного этого, чтобы надолго упрятать всех их за решетку?

— Каковы были причины нападения?

— Если вы думаете, что они таким образом пытались свергнуть тирана и деспота, то очень ошибаетесь. Герцог — милейший человек.

— Меня не интересуют второстепенные лица, — холодно сказал полковник. — Продолжайте.

— Это был примитивный вооруженный грабеж. Бандиты ворвались в особняк, вынудили герцога открыть сейф и похитили оттуда, что бы вы думали? Выигрышный билет Фингеровской лотереи!

По всей видимости, Лев рассчитывал удивить Савичева, но ни один мускул не дрогнул на лице полковника. Лишь вежливое внимание отражалось в его глазах.

— Они фактически похитили десять миллионов кредитов! Это же бюджет целой планеты!

— Этот выигрыш еще нужно получить, — заметил Савичев.

— Я больше чем уверен, что никто не будет спрашивать, откуда счастливчик взял свой билет. Поэтому мы должны…

— Простите, а как этот билет оказался на вашей планете, отношения которой с Федерацией пребывают в весьма напряженном состоянии? Насколько мне известно, к вам даже не транслируют телеканалов.

— Вы правы, — после небольшой паузы склонил голову Лев. — Но нашим гражданам не запрещено посещать планеты Федерации.

— О да! Но, согласитесь, это не так просто сделать при отсутствии собственного космофлота и регулярного сообщения.

— Герцог почти случайно оказался на Руданде, когда там объявляли завещание Фингера Двадцать Первого. Он сумел приобрести билет.

— О да! — повторил полковник. — Мне известно, он очень богатый человек и может позволить себе так рисковать деньгами. Носить в кармане миллион кредитов на мелкие расходы — это, по-моему, неплохо.

Он ничего не сказал о том, что разоренная непрерывными войнами с соседями по системе и раздираемая внутренними конфликтами планета Грай просто не в состоянии высылать эмиссаров с поручением сыграть в лотерею.

— И заметьте, какой патриот! — попался на крючо Лев. — Он мог бы с этими деньгами уехать с Грай навсегда.

— И билет оказался выигрышным? Один-единственный? Да, удача по-прежнему сопутствует герцогу! — В голосе Савичева был слышен ядовитый сарказм.

Лев был вынужден прикусить язык. Билет попал на Грай не без посредничества космических пиратов, которым покровительствовал герцог Семикский. И нападение на корабль, везущий счастливого обладателя этого билет также было не случайным.

— Тогда понятно, — продолжал шеф контрразведки, — но почему вы мобилизовали все резервы, чтобы вернуть себе этот билет. Имея выигрыш в десять миллионов и шанс на получение главного приза, трудно отказаться от такого куша.

— Да, эти деньги очень нужны моей планете. Вы не хуже меня знаете, в каком бедственном положении мы сейчас находимся.

— Только не надо мне жаловаться! — Савичев откинулся на спинку кресла и взмахнул рукой. — Я действительно очень хорошо осведомлен о вашем положении и не намерен завязывать с вами дискуссию на эту тему. Мне также известно, как этот билет оказался на планете и каким образом вы намеревались его использовать.

— Да, но…

— Искренне сожалею, но ничем не могу помочь. Конфликт не выходит за рамки ваших внутренних дел.

— То есть вы отказываетесь выдать нам преступников?

— Я их не задерживал. У меня нет оснований для ареста. А если вы считаете иначе, то основания для этого могут появиться и относительно вас.

— Но я могу надеяться все же на ваше содействие?

— Нет, только на нейтралитет. И только надеяться.

— Ну что же, — сказал Лев, поднимаясь, — спасибо и на этом.

Лев еще раз провел ладонью по своему пиджаку, нащупал дырочки и ковырнул их пальцем. Он проверил содержимое своих карманов. Ничто не пострадало от удара деструкторов. Потом он осторожно отстегнул значок и бросил его в багажный ящик. Жилет жилетом, а искушать дьявола без повода было не в правилах начальника полиции.

Он оглянулся назад. Андроид, доставшийся ему вместе с машиной, по-прежнему занимал заднее сиденье и не трогался с места. Его хозяин, Лукато, исчез при загадочных обстоятельствах, а пароля, запускающего исполнение приказов, Лев не знал. Пока робот не был обузой, его можно было потерпеть, а потом, если не удастся ничего придумать, можно бросить как ненужный хлам.

Убедившись в том, что на обгон нечего и рассчитывать, пока по обеим сторонам дороги стоят переплетенные между собой кустарники, Лев снова погрузился в воспоминания.

Не добившись ничего в Космобезопасности, он решил действовать сам, на страх и риск. Найти человека даже на небольшой планете — дело непростое, что уж говорить об освоенном пространстве, которое бороздят десятки тысяч кораблей. Но Лев был упорным, скрупулезным человеком. Благодаря этим качествам он и занимал должность начальника департамента имперской уголовной и политической полиции.

В конце концов ему все же повезло. Следы террористов нашлись на Руданде, где озабоченная безопасностью граждан колониальная администрация вела строгий учет за передвижением по планете каждого человека. Говорили, что даже в пустыне нельзя было чихнуть — тотчас над головой возникала карета «скорой помощи». Двух террористов арестовали почти сразу, но третьему удалось скрыться вместе с билетом. И самое скверное в этой ситуации было то, что примет беглеца никто не знал, а его товарищи упорно молчали, несмотря на самые жестокие методы дознания.

Единственное, что удалось узнать, то, что билет никто не собирается продавать — было решено получить по нему выигрыш.

Вот тогда-то Лев и решил перехватить преступника вместе с выигрышем. Он не мог вернуться с пустыми руками. Сам император поручил ему это дело, и отказаться, прикрывшись непреодолимыми обстоятельствами, было немыслимо. Всех очень волновал этот выигрыш, но особенно — тот, кто сумел похитить билет и скрыться. Лев подозревал, что под этим интересом скрывается нечто большее, чем страсть к наживе. Вполне возможно, что не в деньгах было дело, ибо и герцог, и император особо подчеркнули, что похититель должен вернуться на Грай живым. Это обстоятельство и наводило Льва на подозрения. Постоянно конфликтующие между собой иерархи вдруг пришли к одному мнению, хотя и независимо друг от друга.

Но тех, кто не имел билетов, не допускали ни на планету, ни даже на орбитальную станцию. Несмотря на это, проблема разрешилась сама собой, к всеобщему удовольствию.

Герцог, оскорбленный нападением и считающий месть делом чести, решил взять штурмом станцию. Два его лучших корабля уже приблизились к планете Тотзаун, когда появился Лев. Он хотел предложить устроить засаду и подождать возвращения игроков на орбите. Но его никто не слушал. Подготовка к штурму шла полным ходом, когда появился запаздывающий корабль одного из счастливцев. Впрочем, назвать его так было уже нельзя. Корабль был захвачен, экипаж и пассажиры стали заложниками, а вместо них за призом отправился Лев.

У него было свое понятие о деле чести. Он не мог допустить, чтобы кто-то безнаказанно водил его за нос. А этот террорист трижды сумел обмануть главного полицейского империи, и Лев имел твердое намерение исправить положение. Его нисколько не смущало то обстоятельство, что он не знает своего противника в лицо. Вполне достаточно того, что тот был где-то рядом. Вычислить его среди трех десятков людей не составило большого труда. Интуиция подсказывала, что он — один из троих молодых людей, вырядившихся в камуфляж в таком светском обществе.