Наперекор стихии - Хэвиланд Диана - Страница 73

— Мне нужно время подумать…

— Здесь не о чем думать. Я могу предложить тебе безопасность, прекрасное будущее. И для мальчика тоже.

— Я в состоянии позаботиться о себе и Кейте.

Рауль сделал нетерпеливый жест.

— Писать статейки для «Лейдиз газетт»? Жить на одни гонорары, в постоянной борьбе? Нет, ты заслуживаешь куда большего. Положение в обществе — оправа, в которой твоя красота засверкает как драгоценный камень. Постой, я знаю, что и другие мужчины в Париже могут предложить тебе жизнь, полную покоя и роскоши. Но ты не куртизанка, Селена. Ты из хорошей, уважаемой семьи. Что у тебя общего с женщинами вроде Жизель Сервени, Норой Перл и другими? Ты будешь моей женой.

Его слова и властность, сильная воля, стоящие за ними, тронули какие-то струны в ее сердце.

— Мы поженимся в Лоррейн, в моем семейном замке. Мои родители ждут этого. Но после свадьбы мы вернемся в Париж. Ты будешь представлена ко двору. Наш император — любитель красавиц.

— Рауль, у меня есть свои планы… У меня есть работа…

Рауль нетерпеливо вздохнул.

— Хорошо, можешь писать свои маленькие эссе, хоть стихи, если тебе нравится. Но, ради Бога, не из-за денег.

— Мириам Сквайер в своих письмах расхваливает мои статьи. Она предложила мне работать для «Лейдиз газетт» в Нью-Йорке.

— От чего ты откажешься. Селена, я знаю, что ты решительная женщина, стремящаяся к независимости. И ты доказала, что можешь обеспечивать сына. Но что будет через несколько лет?

— У Кейта будет дом… Я сделаю это…

— В каких-нибудь обшарпанных меблированных комнатах в незнакомом городе? Он заслуживает лучшего. У него есть право на честное имя, достойное место в обществе, семью. Господи, неужели ты хочешь, чтобы он вырос как Брайн? Изгнанником, озлобленным и полным обиды. Ты дашь Кейту свою любовь, но это не самая лучшая защита. Неужели он должен провести свое детство, борясь с теми, кто назовет его ублюдком?

— Ты жесток… — начала Селена.

— Я?! Другие будут более жестокими. Любовь моя, однажды Кейт начнет упрекать тебя в том, что ты упустила шанс в вашей жизни!

— А твоя семья? Что с ней? Почему они должны хотеть принять меня и Кейта?

— Только скажи, что выйдешь за меня замуж, и я все устрою. Моя семья примет тебя, а я буду нежно любить и защищать.

Он попытался обнять ее, но она отпрянула. Рауль резко спросил:

— Это все еще Брайн? Ты все еще лелеешь глупые мечты, что он вдруг появится и унесет тебя и своего сына отсюда?

— Нет, Рауль, — спокойно сказала Селена. — У меня больше нет этих глупых надежд…

Девушке так хотелось, чтобы это было правдой…

Несколько недель, проведенных в замке Лоррейн, Селена была занята приготовлениями к свадьбе. Она полюбила родителей Рауля: его отца, высокого, величавого джентльмена, служившего на Севере Африки во времена Луи Филиппа и не скрывающего презрения к «императору-выскочке», правившему сейчас Францией, и его мать, которая в ее годы была красавицей. Не одобряя существующее правительство, они перестали посещать Париж. Генерал де Бурже посвятил себя управлению поместьем, в то время как его жена командовала многочисленной прислугой, а вечера проводила за вязанием изысканных кружев.

— Я распорядилась купить дом в Париже, — сказал Рауль своему отцу однажды вечером после ужина. — Разумеется, ты и мама должны будете приехать к нам.

— У меня нет желания посещать Париж, пока на троне сидит этот самозванец, — твердо сказал старый генерал. — Ты знаешь мое отношение к этому, сын.

— И я разделяю его, папа. Но мы должны чувствовать направление ветра. Чтобы завоевать расположение императора, необходимо добиться успеха в армии. А я хочу этого. Взгляни на Сен-Арно — приобретя опыт в Алжире, он отличился в военных операциях, которые возвели нашего императора на трон…

— Сен-Арно был беспринципным авантюристом, — сказал генерал, его лицо побагровело от гнева. — Он уехал в Алжир, чтобы спастись от кредиторов и скандалов, связанных с его любовными похождениями.

— Но он был награжден Луи Наполеоном, — невозмутимо продолжал Рауль. — Он стал первым военным министром за свое участие в том деле…

— И ты выбрал такого негодяя в качестве примера для подражания? Идеала? — встал старик.

— Дорогой, прошу тебя, — мягко сказала мать Рауля. — Сейчас не время спорить. Рауль амбициозен, это естественно для молодого человека, собирающегося жениться.

Пролетели дни, и замок, каменное строение восемнадцатого века, стоящий среди цветущих садов, начал наполняться друзьями и родственниками. Селена проводила дни в каком-то приятном изумлении, счастливая, когда ей удавалось ускользнуть вместе с Кейтом поиграть на речном берегу. Радость согревала ее, когда она стала замечать, как день за днем мальчик забывает смущение и ищет ее ласки.

В один солнечный майский день Селена стала женой Рауля.

— Не было невесты, прекраснее тебя, — нежно сказал ей Рауль.

Гости делали ей приятные комплименты по поводу ее платья, придуманного самим Вортом, сшитого из белой и серебряной тафты, и ее кружевной вуали, поддерживаемой тиарой из алмазов и жемчуга — фамильной драгоценностью, подаренной родителями Рауля в качестве свадебного подарка.

— Как великодушны твои родители и как добры, — сказала Селена.

На следующий день они должны были уезжать в Париж, и Селена с Раулем прогуливались по яблоневому саду.

— И они так любят Кейта. — Она посмотрела на реку. — Знаешь, я сперва подумала, что они… Ну, немного суховаты, что ли… Но теперь все изменилось. Боюсь, они избалуют Кейта…

— Я сказал, что обо всем позабочусь. — Глаза Рауля весело блестели. — Они верят, что Кейт мой сын, понимаешь? Их первый и единственный внук.

— Но я никогда не говорила им…

— Я говорил, — сказал Рауль. — В ту ночь, когда мы приехали сюда. У меня был важный разговор с отцом.

Заметив ее испуганный взгляд, он продолжил:

— Я рассказал им, что на Багамах у тебя было романтичное, но импульсивное замужество за конфедератским капитаном капера. У тебя не было родителей, чтобы дать тебе совет. И ты была так молода…

Рауль поведал, как сказал отцу, что муж Селены был убит во время военной операции, спустя всего несколько недель после короткого медового месяца, что сама она приехала в Париж к друзьям, чтобы забыть свое горе.

— Я сказал, что встретил тебя там и был сражен твоим очарованием. Уж это истинная правда…

— Но мой ребенок…

Рауль сказал, что перед тем, как ему пришлось уехать в Алжир, он провел некоторое время вместе с Селеной и, находясь в Алжире, не знал, что она беременна.

— Но, вернувшись в Париж, я собирался жениться на тебе. Папа согласился, что в этих обстоятельствах я действовал достойно.

— Рауль, как ты мог обмануть своих родителей?!

— Перестань, Селена. Ты же выдавала себя за молодую вдову, когда устраивалась на работу в том американском журнале, не так ли?

— Чтобы не упустить возможность. Чтобы быть в состоянии содержать моего малыша. Но я никогда не обманывала Мириам Сквайер… или Крейга… И я никогда не собиралась лгать твоим родителям. Я не имею права носить украшения, которые они мне подарили.

— Мои родители безнадежно старомодны, — сказал Рауль. — Если бы я только усыновил Кейта, они не считали бы его полноправным наследником. — Его голос стал жестче. — И они никогда не считали бы тебя настоящей невесткой.

— А если бы я рассказала им правду…

— Не говори как безмозглая школьница. Я солгал ради тебя! И ради ребенка. Я думал, что ты будешь довольна…

— Довольна?

— И благодарна. Господи, что я должен был сказать им? Что ты бывшая любовница Брайна Маккорда? Что он не дал ребенку свое имя?

— Нет… Я не знаю… — Она смутилась, побежденная безжалостной логикой Рауля.

— Может, мне стоило рассказать им, что я купил тебя, неслыханно дорого, на одну ночь у левантийского торговца?

— Рауль, прошу тебя! — Она вздрогнула, как будто он ударил ее, и, повернувшись, побежала от него. Но он легко догнал ее и обнял.